«Сборник рассказов»

Снежно-белые единороги бродят вокруг, тихо переговариваясь, и их почти неслышные шаги так хорошо вписываются в музыку леса… На их грациозные движения можно смотреть часами, не уставая и не переставая наслаждаться видом этих чудных созданий…

Ты когда-нибудь видел оленят, играющих со львятами и медвежатами на солнечной лужайке, в то время как их родители в тенечке ведут добродушную соседскую беседу, медленно текущую сквозь полуденную жару? Случалось ли тебе играть в карты с обезьянами, которые отчаянно рискуют, подтасовывают карты, дерутся за возможность раздавать и отвечают шуткой на каждое твое слово?

Случалось ли тебе видеть сказочные миражи над клочком пустыни величиной с небольшой пруд? Видел ли ты в колебаниях раскаленного воздуха драконов, парящих над песчаными бурями, гномов, живущих в скалах, эльфов, варящих эль или фей, танцующих в лунном свете? А случалось ли тебе, обернувшись, увидеть их всех, глядящих в то же марево и видящих там свои, другие сны?

Случалось ли тебе проходить через увитые плющом ворота замка, стоящего между лесом, пустыней, горами и морем? Видел ли ты стены белее снега, крытые красной черепицей, над которыми светится червленое золото колоколен? Сидел ли ты на башне со стаканом золотистого вина, обсуждая с баньши смысл жизни и глядя, как солнце садится за лесом, оттеняя зелень своим багровым дымом, или на ночь и бочонок позже встречая его из-за гор, и сравнивая розовый оттенок вершин с цветом вина в новой, покрытой пылью и паутиной бутылке?

Сидел ли ты в библиотеке, хранящей рукописи Олимпийских богов? Приходилось ли тебе бросать на турнире перчатку и нестись вперед на покрытом сталью коне, думая о той, кто смотрит на тебя с трибун? Пробовал ли ты прочесть тайны Сущего на дне тигля, в котором плавится философский камень? Танцевал ли ты на Балу Миров?

Одним словом, был ли ты в Ланвейле?

Он ждет тебя. Рано или поздно, верхом или пешком, с мечом или книгой, полный сил или умирающий, победивший или нет — ты обернешься и увидишь золотые купола, красные крыши и белые стены. Хлопнут на ветру флаги, ляжет под ноги тропа и грифон на замковой башне махнет тебе крылом.

Добро пожаловать в Ланвейл.

ПЕРЕКУР

Мужики, перекурим! А то в этой духоте сдохнуть можно. И послушайте, что я вам расскажу. Не, мамаша, приличное, пусть слушает. Он у вас уже большой, как я тогда. Когда? Да какая разница, все мы такими были. Детями. Чтоб не сказать — интеллегентами. Почему интеллегентами? А слушай почему.

В детстве я любил играть в слова сам с собой. У меня был хороший противник — я мог предсказать все его ходы вперед. Только было тяжело найти незнакомое ему слово. Я до сих пор помню как расширились глаза моей бабушки когда я в три года на вопрос ее знакомой «кем ты будешь» ответил «эксгибиционистом», искренне полагая что это продавец мороженного.

Сейчас, когда этот мужик в умных очках смотрит на меня так, словно я должен помнить закон Дюлонга и Пти, и при этом нежно поглаживает мою помятую зачетку, у меня появляется нехорошее ощущение в правом желудочке. Левый мне удалили в детском саду вместо гланд, по ошибке. И после того, как я чистосердечно рассказываю ему все что только что прочел на крышке стола, он с таким тяжким вздохом ставит мне три, что мне хочется ему сказать: «Мужик, не надо так, тут все свои, ты же знаешь, что когда Эйнштейн писал теорию относительности, мы копали картошку». Когда я однажды сказал это куратору, он долго объяснял мне как будет брать мой интеграл, цитируя Фихтенгольца и поминая функции Бесселя до пятого колена включительно.

Когда меня вчера вызвал к себе декан, я не думал что это будет ТАК плохо. Ну не знал я, что там 50 киловольт, ну не знал, что тут такого! И даже не очень долго горело. Так, час, может два. Зато декан сказал что когда лабораторию отстроят, то там повесят табличку, чтоб не трогали. Так что я тоже буду приносить пользу.

Вы не представляете, как иногда хочется в Африку! Нет, вы не смейтесь, вы подумайте — жирафы бегают, слоны там всякие, зебры… Песок… И посередине, так гордо, медленно, важно — я. На этом, как его… А, Кэмеле. Ну, такой, с горбом. На картинке видел — ну зверюга! Как наш бывший проректор. Тоже так — с виду и не скажешь, а глаза такие умные-умные… И жует еще все время, просто прелесть. О здоровье заботится.

Ладно, мне пора. Там ребята с утреца за багажом знаний пошли, мне надо за рыбкой сбегать. И хлеба добыть где-нибудь, если найду, а то канарейка уже третью неделю почти ничего не ест. С утра только на пару минут лапы в розетку вставит — и потом хоть бы что. Во, приспособилась! Мой сосед тоже так пробовал на прошлой неделе — до сих пор чирикает. Думаю, как заряд кончится, так и перестанет, а нет — сведу к врачу, а то перед людьми неудобно.

Ну, в общем, бывайте. Как говорят, будете проходить мимо — заглядывайте в окна. Не, через дверь не надо, у нее петель нет, так мы ее гвоздиками прибили и она теперь не открывается. Все ходим через окно, даже бабушка, даром что 80 лет. Не, четвертый этаж не высоко. Сначала тяжело, а потом привыкаешь. Короче, я убег, а то моя очередь пройдет. Курите, если есть что!

ДУЭЛЬ

Я увидел молнию среди туч. Черная птица спустилась ко мне в ветре из темной пучины неба. Зеленые листья почернели и увяли.

Я шагнул вперед и поднял мой меч. Песня проклятия полилась из моего рта, и глубокий вздох Земли сотряс почву. Безрассудный крик вознесся к звездам, и мы начали.

Желтый песок стал красным. Петь было тяжело, но еще можно, и мы пели друг другу песню нашей ненависти. Воздух входил и выходил из моих легких, сгорая и дрожа между нами. Сияние клинков почти ослепило нас, и острые лезвия резали ткань наших снов.

Мгновенный шок вернул меня к реальности. Мое тело кровоточило, и это не было правильно. Я с трудом парировал его следующий удар в мою голову и отступил назад.

Капля моей крови упала на землю и почва расплавилась. Я почувствовал боль на мгновение, и гнев поднялся во мне. Сердце забилось быстрее, дыхание сбилось с ритма… Мой разум восстал, и мозг опять взял контроль над телом.

Он ударил опять и промахнулся. Острие моего меча проникло в круг его защиты и рассекло кожу. Из его шеи потек ручеек крови. Мы снова были равны.

Наши мечи сцепились и растаяли вместе. Мы стояли посреди пустыни, с пустыми руками. Оружие больше не было аргументом.

Шепот чувства пришел ко мне, и я подбросил себя в воздух. Язык пламени лизнул то место, на котором я только что стоял, и исчез. Я опустил себя на землю.

Моя рука вытянулась вперед, шевеля пальцами. Тонкие струйки воды появились между нами, вгрызаясь в него под давлением. Он дернул плечом и исчез.

Я переместился и увидел его впереди, обрушивающим каменный ураган на пустое место. Камни повернули ко мне, приближаясь, но ветер подул из-за моей спины, и унес их с собой.

Я расслабился и сконцентрировался вновь. Моя кожа вдруг почувствовала сильный холод, и я перестал дышать. Земля превратилась в лед, а я стоял на коленях, собирая свои силы. Воздух почти стал жидким, когда я увидел, как он приблизился.

Мои волосы поднялись и разделились. Голубой свет электричества возник в моих глазах, наполняя их сиянием. Я медленно повернулся к нему, бережно неся своим мозгом чашу, полную энергии. Его глаза расширились, и он попытался отступить. Он уже не мог.

Цепи молний обняли его и подтащили ближе. Пламя поднялось вокруг меня, и умерло на льду. Корона разряда окружила его тело. Камни появились в смягчающемся воздухе, и превратились в песок. Молния ударила его в грудь, и его голова откинулась назад. Дождь собрался, но так и не начался. Он был рядом, и он стоял на коленях. Я стоял над ним, и он поднял лицо. В его глазах не было ненависти, только боль. Не страх, но отчаяние. Я отпустил его и он упал лицом вниз.

Я сел на зеркало расплавленного песка рядом с ним, и спросил, почему.

Он перевернулся на спину и молча уставился на звезды.

Я поднял кулак и он закрыл глаза, соглашаясь.

Я выиграл и должен был заплатить цену.

Я открыл ладонь и тихий гром нарушил тишину.

Заклятие упало на него, забирая его жизнь и отпуская его душу в отпуск, названный — смерть. Его тело превратилось в воду, которая впиталась в оживающую почву.

Я поднялся на ноги. Первый солнечный луч подчеркнул уходящую ночь. Звезды ярко сияли на темной сфере, наблюдая меня в центре цветущей пустыни. Я приветствовал их и вызвал ветер, чтобы отправиться домой.

Первый порыв ветра мягко подтолкнул меня, и я отбыл в тюрьму, именуемую жизнью, ждать своей удачи. Думая о странных правилах игры, я вспомнил его лицо. Я опять увидел его улыбку, и глубоко вздохнул. Ничего не изменилось. Мои силы возросли, мой долг — тоже, и жизнь все еще не хотела меня отпускать.

Я увидел мой дом впереди, и слезы покатились из моих глаз.

МИГ