«Время обедать»

Позади медленно успокаивалась серебряная планета, ее дрожь постепенно стихала.

Вскоре она стала, как и прежде, неподвижной и монолитной.

* * *

Крадтер был все еще белым, как мел.

- Надо вернуться и установить связь с Землей!

Голос Дембоиса дрожал.

- Эта ш т у к о в и н а чудовищна! Она опасна! Мы должны вернуться на Землю, чтобы потом очистить от нее космос!

Их остановил хохот Колка. Оба уставились на него, поскольку впервые на лице капитана появились настоящие признаки эмоций.

Истошные звуки веселья бились о переборки, звенели вокруг них, точно песчинки. Они одновременно подумали об истерии, о том, что капитана надо привести в чувство, но когда Крадтер сделал шаг вперед, Колк отшвырнул его ослабевшей от смеха рукой. Немного погодя он успокоился, тяжело отдуваясь и покачиваясь.

- Ну вы даете! С вами животики надорвешь!

Он еще раз хихикнул, но тут же его лицо сделалось жестким, голос окреп. Он внимательно посмотрел на них.

- Вы хотя бы немного умеете думать? Вы хоть сообразили, что случилось?

Они глядели на него, ничего не понимая.

- Весь путь сюда, - продолжал капитан, - вы мне долдонили, как велик и удивителен человек, - голос его был полон горечи, - что ему предназначено править Вселенной, что его ель - опекать заблудшие племена или уничтожать их, как если бы Человек был конечным продуктом живой природы, как если бы мы являлись вершиной творения. Вам даже в голову не приходило, вы просто не могли поверить, что могут существовать формы жизни, превосходящие нас.

- О чем это вы? - резко спросил Дембоис. - Вы что, совсем с ума сошли?

Лицо Колка стало свирепым, по-настоящему свирепым, когда он произнес:

- Ну вы и ослы! Тщеславные, самонадеянные ослы! Вы так и не поняли, о чем я говорю? С у п е р м е н ы, ха! Вы что, кретины, не видите - человек вызывает величайшее отвращение у всего, к чему прикасается! Эту планету от нас с т о ш н ил о!