«Перекрёсток»

Длительная тишина. Эпицентр происходящего Анатолию за спинами любопытных не виден, но Анечкину позу он представляет себе безошибочно: голова низко опущена, руки - за спину, большой палец босой ноги вычерчивает в пыли нечто замысловатое. Наконец хрипловатый голос (ее голос) нехотя удостаивает ответом:

- Ну, поселение скифов-пахарей... И захоронение...

- Правильно. - Это снова Виталий Максимович. - Скифов-пахарей. Только без "ну", пожалуйста. А вы мне что суете? Это же каменный век! Не знать таких вещей для третьекурсницы непростительно! Ну-ка, кто может объяснить Кораблевой, что она нашла?

Чей-то торопливый голос:

- Женская фигурка культового назначения, с гипертрофированными половыми признаками. Амулет, часто встречающийся при раскопках стоянок эпохи мезо- и неолита...

- Совершенно верно. - В голосе Виталия Максимовича одобрение, наверняка он благосклонно кивает ответившему. - Так при чем здесь скифы-пахари, Кораблева?

Снова гнетущее молчание, потом кто-то несмело предлагает:

- Это Кравчуку надо отдать, он обрядностью неолита занимается...

- Разберемся. - Виталий Максимович голосом ставит точку, дает понять, что обсуждение окончено. - Предлагаю всем разойтись по рабочим местам. А с вами, Кораблева, мы поговорим отдельно. На зачете.

Выполнять распоряжение относительно рабочих мест Анатолий не поспешил, и поэтому успел заметить, что найденный Анечкой амулет Виталий Максимович сохранять для передачи доценту Кравчуку не стал, а просто-напросто запустил в прилепившиеся под обрывком чахлые кустики. Логика этого поступка была своеобразна и, увы, не нова: передашь находку коллеге, тот, чего доброго, сумеет доказать начальству, что разрабатывать его тематику на этом раскопе перспективнее, и о насиженном, не выработанном еще до конца месте придется забыть навсегда. Кстати, можно не сомневаться, что доцент Кравчук с найденными на своих раскопках предметами материальной культуры оседлых скифов поступает аналогично.