«Магия чувств»

Магия чувств

Внезапное заявление недавно работающей здесь преподавательницы по защите от гипноза потрясло спорящих. Повисло тяжёлое молчание.

На большинстве лиц читалось одинаковое: «Да как она смела?!» Но ни одно из названных решений не было удачным. А проблема слишком серьёзная, чтобы закрыть на неё глаза. Заявление Джамилии было справедливым, хоть и неприятным. Никто не хотел признавать это.

— Что? — возмущённо переспросил кто-то. Его поддержали.

Первичный шок прошёл, теперь заседание накалила атмосфера негодования.

Молодая преподавательница чуть не растерялась перед таким напором, но быстро смогла взять себя в руки.

— Я озвучила то, о чём мы все уже думали. Если мы уже который раз выпускаем тёмных магов… Это вопрос мировой безопасности.

Линдси, кандидат магических наук и декан факультета обоняния, презрительно сморщилась. Мерзко выслушивать, как новенькая позволяла себе высказываться об академии чувств как о собственности. «Мы»… Только недавно здесь работала, а уже считала себя частью этой громадины. Да ещё и смела предложить закрыться! Конечно, ей легко говорить. Не она приложила все усилия, чтобы появилась академия и развилась до такого уровня.

— Это решать не вам, а ректору, — процедила Линдси, не скрывая враждебности.

Сейчас на её стороне было большинство — это подбадривало, позволяло выплеснуть накопившуюся злость.

Все обернулись в сторону до сих пор молчавшего мужчины. За всё обсуждение он ничем не выказал участия. Отчасти поэтому спорящие забылись, словно его тут не было.

Но это ничего. Ректор не был строгим. Скорее, спокойным и терпеливым.

— Я уже всё решил, — объявил он. — Просто хотел послушать вас и убедиться, что сделал правильный выбор. Если бы здание было проклято, мы бы знали. Если бы на академию кто-то наложил тёмное заклинание, мы бы знали. В общем, мы бы в любом случае знали, если дело касалось бы магии… Но понятно, что это не так. Тут дело в чём-то другом. Мы привыкли размышлять, как маги. Потому я обратился к специалисту среди обычных людей. Он расследовал даже самые невероятные дела. В министерстве нам дали год, последний. Если детектив разберётся, в чём дело, мы сможем работать дальше. Если нет — академию и вправду придётся закрыть.

Его слова прозвучали в напряжённой тишине. Все знали, сколько для ректора значила академия. Джонатан — так его звали — когда-то был могущественным колдуном. Он обладал магией всех органов чувств. Это редкий дар, и лишь те, кто владел им, могли приблизиться к другому, самому желанному человечеством. Такая магия значила целую жизнь. Колдун, обладающий ею, мог сотворить заклинание, которое обеспечит ему бессмертие. Вот только после этого он лишался магии. Становился обычным человеком, пусть и живущим веками, застыв в той внешности, которая была с ним в момент обмена.

Такое произошло с Джонатаном. Он сделал сознательный выбор, но скучал по волшебству. Именно поэтому открыл академию, привлёк колдунов со всей страны. Помня прошлое, Джонатан мог обучать магии, пусть даже не владея ею. Потерять такую возможность стало бы мощным ударом для него.

— И как этот детектив впишется сюда? — наконец, нарушил молчание Мартин, декан факультета вкуса.

Пока только министерство магии заметило, что последние десять лет академия стала выпускать тёмных магов. А оно — высший орган их власти, который контролировал все школы и университеты, обучающие колдовству.

Выпускники пока не так прогремели, чтобы их пакости заметил мир, но достаточно, чтобы насторожить. А потому репутацию академии решили не портить. Дали возможность исправить всё без лишнего шума.

— Для студента он взрослый, для преподавателя — не компетентен. Так что просто будет жить здесь в общежитии, и ходить туда, куда посчитает нужным. Может присутствовать на любых занятиях и посещать любой уголок академии.

— А студенты не испугаются? — снова озвучила общие мысли Джамилия, только на этот раз все молча одобрили её слова. — Детектив в академии выглядит подозрительно.

Какой же будет скандал, если произойдёт утечка информации о проблемах! Любое неосторожное действие, и студенты перестанут поступать сюда, даже когда проблемы решатся. Или уйдут прямо посреди учебного года. А после такого удара по репутации непросто будет восстановиться во влиянии.

— Для всех будет легенда, что мы хотим быть открытыми всему миру, включая и обыденный, лишённый магии, — Джонатан выглядел уверенно. Хотя самым проницательным было видно, что он скорее пытался оставаться непоколебимым, чем так чувствовал себя на самом деле. — И что пригласили журналиста с мировым именем для того, чтобы он открыл наш волшебный мир простому народу. В свете этой легенды то, что детектив — обычный человек, будет смотреться очень гармонично.

Это объяснение приняли легко и с воодушевлением. Ни у кого не было сомнений в успехе задумки. Ведь хотелось верить в хоть какой-то шанс.

Вся обстановка вокруг зарядилась новым объединяющим всех чувством. Это была надежда.

Алисия поёжилась от холода. Она посмотрела на дорогу: ещё немало идти. Вздохнув, Алисия поволочила чемодан дальше к общежитию, которое станет её домом в ближайшее время.

Предвкушение необычного и чудесного затмевалось холодом, пробирающим до костей. Очень нетипичная погода для начала осени. Словно кто-то напустил лишние препятствия на пути студентов.

Жаль, Алисия пока не управляла магией, чтобы устранить эту неприятность. Оставалось лишь утешать себя, что трудности были временны, а наградой за них станет волшебная жизнь, полная прекрасных приключений.

Эта мысль действительно заставила приободриться. Алисия воодушевилась, представив, как, наконец, узнает о своей силе, сможет ею воспользоваться.

‍ Алисия с детства знала, что владела магией. Но по правилам в академии чародейства можно поступать только после обучения в обычной школе среди простых людей. Во-первых, это гарантировало общую образованность; а, во-вторых, давало волшебникам повзрослеть вне своих сверхъестественных способностей, научиться ответственности. Ведь сила, которую они имели, слишком велика. Нельзя растрачивать её необдуманно и беззаботно.

А потому Алисия долго жила в сладком предвкушении момента. Скоро она узнает всё о таинственном мире волшебства, частью которого ей посчастливилось быть.

За этими мыслями Алисия чуть не споткнулась на дороге. Надо же, так задумалась, что перестала смотреть под ногами. Светлые пряди волос упали ей на лицо. Почему-то всегда на ветер реагировала только эта сторона её причёски, в отличие от чёрной. Алисия не красила волосы: такой контраст был с ней с детства. Ей это нравилось: своеобразный символизм. Свет и тьма. Едины и разделимы. Против и за.

Волочённый сзади чемодан чуть проехался по левой ноге, и Алисия остановилась, быстро поправив волосы. Она не получила болезненного ранения, но наверняка поцарапалась. Её полусапожки были слишком миниатюрными, чтобы принять весь удар на себя.

От неприятных ощущений вдруг отвлекло тёплое прикосновение мужской ладони, которая легла на её руку, держащую чемодан. Алисия тут же развернулась… И замерла, столкнувшись с откровенно заинтересованным взглядом. Она и раньше нравилась парням, но никто прежде не смотрел так, чтобы сбивать с толку, заставлять теряться.

— Давайте я вам помогу, — предложил незнакомец, которого Алисия и не разглядела за ощущениями от его взгляда.

Ей было не по себе соглашаться, но и отказывать странно. Она одна, и видно, что таскать тяжеленный чемодан не самое лёгкое и приятное занятие для неё.

Что ж, всегда можно распрощаться с внезапным помощником, если он позволит себе лишнего.

Алисия убрала руку, позволив ему взять чемодан. При этом жесте его ладонь, продолжающая накрывать её, приятно скользнула по её руке, усилив непонятное волнение.

— Спасибо, — поспешила заговорить Алисия.

Она, наконец, посмотрела на незнакомца более осмысленно. Отметила интересное сочетание интеллигентной элегантности с небрежностью во всём его виде. Это читалось и в чертах лица, сочетающих мягкость и твёрдость одновременно; и в зачёсанной назад, но слегка растрёпанной причёске, даже в тёмно-огненных, коричневатого оттенка, волосах. Не говоря уж об уверенном спокойствии и беззаботной непринуждённости в его фигуре. Стильное пальто и татуировки на руках.

Ей стало спокойнее. Она любила необычные и гармоничные сочетания в людях. Алисия всегда считала моду ориентиром для тех, у кого не было собственного вкуса. А потому обращала внимания на ярко выраженную индивидуальность.

— Жаль, что я пока не могу использовать магию, — Алисия решила начать разговор, имея в виду проблему с чемоданом. — А старшим курсам это можно?

По виду незнакомцу явно не семнадцать. Вопрос казался уместным, но его усмешка заставила её колебаться. Да и взгляд, который он на неё бросил, задевал и смущал одновременно. Умилительно-снисходительный. Будто она несмышленый ребёнок.

— Как узнаю, обязательно сообщу, — с лёгкой улыбкой пообещал помощник.

Алисии снова стало не по себе.

— Простите, — неловко пробормотала она.

Её смятение лишь усиливалось от явной заинтересованности в его глазах.

— Всё в порядке. Я уж точно не первокурсник, в этом вы правы, — хмыкнул незнакомец.

Видимо, он оказался даже чуть старше выпускников.

— Я Алисия, — решила представиться она, раз уж они шли вместе.

Хотя дорога кончалась: здания общежитий уже виднелись. Но всё-таки, неловкость от недавнего разговора лучше перебить новыми словами. Причём чем банальнее они были, тем действеннее срабатывали.