«Изменить судьбу»

Марина Кондратенко

Изменить судьбу

Хабаровск 15 октября 2013 год.

Сегодня мне исполнилось тридцать лет. Я смотрю на романтический ужин, который специально по такому случаю приготовила сама. Уже остывшая, но источающая божественный запах свинина с коньяком и яблоками, аппетитные фаршированные помидоры и теплый салат из морских гребешков и спаржи под апельсиновым соусом. Романтического света добавляют свечи, расставленные на столе в форме сердца. Смотрю на всю эту красоту, но – кусок в горло не лезет. От злости и обиды хочется кричать и плакать.

В который раз смотрю на часы и вздыхаю. Терпение на исходе. Аккуратно сложив свои кулинарные шедевры в контейнеры, убираю их в холодильник, задуваю свечи и прохожу в спальню. Подойдя к большому зеркалу во весь рост, начинаю снимать свое новое вечернее платье, которое специально купила, чтобы поразить мужа. «Вот дура» – пронеслось в голове, – «он бы даже и не заметил». Черный шелк нежно проскользнул вниз, и я осталась в ажурном нижнем белье.

Мне нравится раздеваться перед зеркалом – что скрывать, я очень себя люблю. Люблю свое тело и свою душу. Природа-мать не поскупилась, наделила меня яркой внешностью: большие и выразительные серо-голубые глаза хорошо оттеняют черные блестящие волосы, подстриженные в форме каре, и смуглая оливковая кожа. Красивый, чувственный рот с белыми и ровными зубами; аккуратный, чуть вздернутый носик; среднего размера упругая грудь; узкая талия и ровные длинные ноги с тонкими щиколотками…

– Кошка, – тихо сказала я своему отражению в зеркале.

Нежно провела ладонями по волосам, слегка откинув голову назад, погладила шею по направлению к груди, слегка помассировав, и далее вниз, до ягодиц. Мне нужно успокоиться, иначе до истерики не далеко. Импульсивность и эмоциональность – моё второе «я».

Хотя к 30 годам уже более-менее удается справляться со своими эмоциями. Тело покрыли приятные мурашки, но спокойнее от этого не стало. Я нервно надела шелковый халат и так же нервно села на край кровати. Просто рухнула. Не ожидала, что он так поступит со мной в день моего рождения. Да еще в такой значимый, круглый…

Ну да, мы вчера серьезно с ним поссорились, но это же не повод портить мне праздник! По-детски люблю свой день рождения, когда все вокруг тебя поздравляют, обнимают, целуют и дарят подарки. Его всегда хочется видеть особенным и незабываемым, но, как правило, в семейной жизни это обычный и ничем не примечательный день. А в этот раз Филипп совсем решил меня проигнорировать. Комок в горле так и норовил вырваться наружу. Господи, до чего же я несчастна! Приготовила вкусный ужин, украсила квартиру, купила платье и нижнее белье… Хотела помириться. Уже три недели хожу холодная, как снежная королева, показывая Филиппу, что он меня не получит, пока не возьмет долгожданный отпуск и не свезет нас с детьми на море. Не прошу Таиланд и Бали: наше приморье, обычный домик у моря…

Но я устала. Соскучилась по нему, в конце концов. Уже только и думаю, что о его крепких объятиях и страстных поцелуях. Поэтому решила окончить эту холодную войну и с белым флагом ждала его сегодня. Но он не спешил и отключил телефон. Пытаюсь еще раз его набрать, но снова слышу холодный голос автоответчика, безучастно сообщающего, что «абонент временно не доступен». Не доступен! Это невозможно! Собственный муж и – не доступный! Мне просто физически необходимо на чем-то выместить эту злость. Я изо всей силы швырнула свой телефон об стену, и он разлетелся на части. Мне полегчало, но на резкий звук сбежались мои дети, Софья и Данила.

Софья постарше, ей восемь лет. Она укоризненно на меня посмотрела и по-взрослому спросила:

– Мам, с папой опять поругались? Сколько можно? – она подошла ко мне, села на колени и обняла за шею. Сонечка – нежная и ласковая, как пушистый котенок, с длиной косой из темных густых волос. Она очень похожа на меня. Дочка с недетским участием смотрела на меня невинными глазами – большими и серыми, как у меня. Шестилетний Данила бросился собирать мобильный и сейчас пытается его починить. Данила – крепыш с детства, сообразительный и находчивый мальчик. У него глаза Филиппа, цвета небесной лазури, красиво очерченный ротик и маленькие ушки. Я забрала у него телефон и, чуть повысив голос и напустив строгости, спросила:

– А вы почему еще не спите? Уже поздно! Ну-ка, марш по кроватям! Завтра в сад и школу!

Я за два дня так вымоталась с ними, сил моих нет. Почему детские сады и школы не работают без выходных? Но тут же запретила себе такие мысли, еще раз упрекнув себя в том, что я плохая мать.

Взяла детей за руки, проводила их в детскую и по их просьбе спела любимую колыбельную. Пять лет в музыкальной школе не прошли даром: они подарили мне хороший голос и слух. А игра на гитаре открывает во мне самые хорошие качества, я переношусь в свой мир, где расслабляюсь и живу.

Уложив детей спать, я снова прошла на кухню и включила телефон. Он тут же зазвонил. Зазвучал мамин голос:

– Дочка, ну что, Филипп пришел? – с волнением спросила она.

– Мам, нет! – я ответила раздраженно, потому что надеялась – звонит муж.

– Сердце болит, за вас переживаю, не стоило так сильно ругаться вчера. Филипп любит тебя, всё образуется.

– Мам, почему ты всегда на его стороне?! – возмутилась я. – Филипп не любит меня! Его никогда нет рядом, он работает, работает, но ничего не зарабатывает! Я что, многого прошу? Хочу отдохнуть семьей, побыть вместе, – мой голос уже звучал жалобно и на глаза снова навернулись слёзы. – Он изменился, мам, в своей полиции… Стал холодным. Разведусь с ним, вот и все дела!

Мама снова заохала.

– Вика, не пори горячку, какой развод? Ты о детях подумала? Поддерживать нужно мужа, он один работает всё-таки.

– Мама! – отчаянно крикнула я. – Ты же знаешь, я бы с удовольствием вышла на работу. Мне надоело всё это, девять лет сижу дома, ради чего? Выпрашивать себе на жизнь? Мне тридцать лет, а я жизни не знаю! Ничего хорошего-то и не видела… Надоело!

– У тебя ведь день рождения сегодня, Викуль, не расстраивайся так! – чувствовалось, что мама не на шутку переживает.

– Все хорошо, переживу как-нибудь… Ладно, мам, спокойной ночи. Не волнуйся.

Мы попрощались, и мне снова стало гадко от того, что сорвалась на мать. Она растила меня одна. Холила, лелеяла и никогда не ругала. И это, конечно, не могло на мне не отразиться. Выросла я капризной и избалованной, привыкшей получать все, что пожелает. Всю свою жизнь до моего брака мы с мамой всегда находились рядом, она была мне и сестрой и подругой. Я доверяла ей все свои секреты и всегда слушала ее мудрые советы. Благодаря нашим откровенным отношениям и ее мягкому характеру, я избежала многих подростковых проблем и благодарна ей за это. Она с детства воспитывала во мне доброту, порядочность и искренность. Но вместе с этим во мне живёт пламенный темперамент, горячность и капризность. Я представила маму, плачущую дома и переживающую за меня. Всю жизнь она посвятила мне, единственной дочери, так и не выйдя больше замуж. А дочь всю жизнь только и делает, что портит ей нервы. Не могу ничего с этим поделать, такая уж я, резкая и взбалмошная. Но все же бесконечно ее люблю, хотя всегда стыдилась ей это сказать. Как-нибудь скажу…

Настенные китайские часики показывали уже 22:40. Чтобы как-то отвлечься, я позвонила Кристине. Мы с Крис дружим с ранних лет. Сначала на горшках в детском саду рядом сидели, потом за школьной партой. И, наконец, в институте на одном факультете международных отношений учились. Мы обе амбициозные и целеустремленные подруги. С одной только разницей: Крис сделала карьеру, сейчас она заместитель министра по образованию. Свободная, как птица в небе. Завидую ей белой завистью. Она тут же взяла трубку:

– Викусь! Помирились уже? Сколько раз? – Крис усмехнулась. Я тут же представила, как у неё приподнимается левый уголок рта.

– Крис, он не пришел… Надо было все-таки тебе приехать, – самым несчастным голосом произнесла я. – Такого дня рождения у меня ещё никогда не было.

– Странно, на него не похоже. Вика, совсем ты мужика довела, – всё также с улыбкой в голосе продолжала она.

Видимо, сегодня все решили меня довести. От этой несправедливости и обиды у меня перехватило дыхание и снова захотелось плакать.

– Значит, по-твоему, я во всем виновата? Я? На часах ночь давно, а мужа нет! А ничего, что у меня сегодня день рождения?..

– Дорогая, ты ведешь себя, как ребенок, правда. Муж у тебя золото, а ты не ценишь, пилишь его постоянно. Он ведь один на всю семью работает. Будь терпеливее, в конце концов, у тебя замечательные дети. Как можно грустить, когда рядом эти ангелочки?

– Ты у нас смотрю взрослая! А, конечно, ты же у нас птица важная! И вообще, что ты его постоянно защищаешь? Если он такой трудоголик, то мне молиться теперь на него, что ли?

– Перестань, я вас всех очень люблю. Ты же знаешь, что я все бы отдала за семью. Ты не представляешь, что такое одиночество и неразделенная любовь! Некому меня встречать дома с работы, не с кем разделить радость и горе. Я одинока и несчастна, – в ее голосе почувствовалась грусть и обида. – Чему тут завидовать?

– Ты свободна, – ответила я и положила трубку.

Вот и приехали. Лучшая подруга меня не понимает. Все мои лучшие годы ушли на семью. Молодость промчалась – я и оглянуться не успела. А что вспомнить? Детский плач, пеленки, семейные разборки?..