«Ты моя пара!»

Только не вздумай бежать!

Женя резко бросается к открытой двери.

Ну хорошо, девочка, сыграем в догонялки.

Каких усилий мне стоит неторопливо следовать за ней…

Даю возможность Жене выбежать из приемной: она теряется в коридоре и тратит драгоценное время на раздумье, бросается в противоположную сторону от лестницы, попутно дергая ручку каждой двери.

А вот кабинет юристов я не успел закрыть.

Банка кофе продолжает стоять на прежнем месте, клочья моей одежды и обувь разбросаны вдоль коридора.

Женя запинается о мои брюки и с глухим стоном падает на четвереньки. Резко разворачивается, ожидая моего нападения, я утыкаюсь головой в грудь и придавливаю девочку к стене.

Видят боги, не хотел я такого знакомства.

Я медленно отступаю на шаг и кладу морду на ее колени. Слушая рваное дыхание, закрываю глаза, давая понять, что не опасен.

– Господи, – шепчет Женя, держа руки на весу, чтобы меня не касаться. – Кому скажи, не поверят, – нервно хихикает. Я тихо поскуливаю и глажусь о бок. – Ты меня точно не собираешься съесть?

Собираюсь, но не так, как ты себе это представляешь, и не просто съесть – сожрать!

– Песик… да какой же ты песик, – несмело касается одной рукой моего лба. – Ты настоящий бог всех псов. Вон какой красавец, – гладит, не касаясь прижатых ушей. – Огромный, сильный, красивый и добрый, надеюсь, – быстро добавляет. – Не зря говорят, что питомцы похожи на своих хозяев.

Мне хочется рассмеяться, а выходят фыркающие звуки.

– Разреши мне встать, – она несмело шевелится, а я с силой прижимаю ее бедра к полу. – Ну хорошо, посидим еще немного. А где твой хозяин, он далеко ушел?

Я раскачиваю мордой из стороны в сторону.

– Нет, – понимает мой жест. – Это хорошо. На автобус я уже опоздала, но домой все же хотелось бы вернуться. Ира, подруга, искать будет. – Тон изменился с ласкового на взволнованный. – Подумает, что меня нашел Милосердов!

Я резко вскидываю голову, отчего девушка дергается и ударяется затылком о стену.

– Что ты разволновался? Все хорошо.

Будет хорошо, когда откушу ему голову.

– Ты удивительный, будто все понимаешь. Умный мальчик. Тише, – кладет и вторую руку на меня и несмело закапывается в шерсть.

Только не вздумай бежать!

Женя резко бросается к открытой двери.

Ну хорошо, девочка, сыграем в догонялки.

Каких усилий мне стоит неторопливо следовать за ней…

Даю возможность Жене выбежать из приемной: она теряется в коридоре и тратит драгоценное время на раздумье, бросается в противоположную сторону от лестницы, попутно дергая ручку каждой двери.

А вот кабинет юристов я не успел закрыть.

Банка кофе продолжает стоять на прежнем месте, клочья моей одежды и обувь разбросаны вдоль коридора.

Женя запинается о мои брюки и с глухим стоном падает на четвереньки. Резко разворачивается, ожидая моего нападения, я утыкаюсь головой в грудь и придавливаю девочку к стене.

Видят боги, не хотел я такого знакомства.

Я медленно отступаю на шаг и кладу морду на ее колени. Слушая рваное дыхание, закрываю глаза, давая понять, что не опасен.

– Господи, – шепчет Женя, держа руки на весу, чтобы меня не касаться. – Кому скажи, не поверят, – нервно хихикает. Я тихо поскуливаю и глажусь о бок. – Ты меня точно не собираешься съесть?

Собираюсь, но не так, как ты себе это представляешь, и не просто съесть – сожрать!

– Песик… да какой же ты песик, – несмело касается одной рукой моего лба. – Ты настоящий бог всех псов. Вон какой красавец, – гладит, не касаясь прижатых ушей. – Огромный, сильный, красивый и добрый, надеюсь, – быстро добавляет. – Не зря говорят, что питомцы похожи на своих хозяев.

Мне хочется рассмеяться, а выходят фыркающие звуки.

– Разреши мне встать, – она несмело шевелится, а я с силой прижимаю ее бедра к полу. – Ну хорошо, посидим еще немного. А где твой хозяин, он далеко ушел?

Я раскачиваю мордой из стороны в сторону.

– Нет, – понимает мой жест. – Это хорошо. На автобус я уже опоздала, но домой все же хотелось бы вернуться. Ира, подруга, искать будет. – Тон изменился с ласкового на взволнованный. – Подумает, что меня нашел Милосердов!

Я резко вскидываю голову, отчего девушка дергается и ударяется затылком о стену.

– Что ты разволновался? Все хорошо.

Будет хорошо, когда откушу ему голову.

– Ты удивительный, будто все понимаешь. Умный мальчик. Тише, – кладет и вторую руку на меня и несмело закапывается в шерсть.