«Брижит и Смэл»

Брижит не помнила своих родителей. Смэл сказала ей, что они умерли, когда девочки были маленькими. Но на самом деле, как потом узнала Брижит, двадцать лет назад сестер в большой корзине для двойняшек подкинули в этот странный дом, в котором они жили всю свою жизнь и живут сейчас. Они не были близнецами, не были похожими. Смэл, по мнению Брижит, была очень красивой. Ее белокурые кудрявые локоны гармонично обрамляли линию лица, а необычайно огромные и выразительные глаза с длинными черными ресницами не оставляли равнодушным ни одного проходившего мимо мужчину. Небольшой рост и стройная фигура Смэл естественно дополняли ее совершенный облик. А Брижит была незаметная, очень худая и, наверное, не очень красивая. Она особо не задумывалась, какая она, потому что у нее было много забот и мало времени разглядывать себя в зеркало.

Сколько себя помнит, Брижит жила здесь, в этом здании на улице Красных фонарей. В их доме всегда царил полумрак и тишина. И особенно не видно было гостей. Приходили в основном мужчины и расходились по разным квартирам. Потом также тихо выходили оттуда и покидали дом. Никогда Брижит не была свидетелем какого-то скандала или громких вечеринок с большим количеством гостей.

Она толком и соседей-то не знала. Но, по ее мнению, все, кто здесь жил или приходил в гости, хорошо к ней относились. Она знала только двух соседок, двух красивых девушек-китаянок. Они одевались как Рок-звезды, часто стояли в коридоре и весело смеялись. Они разговаривали с Брижит и давали ей сладости. Так Брижит и выросла. Она всю свою жизнь заботилась о Смэл и помогала ей во всем. Смэл – это сестра. Она тоже заботилась о Брижит. Она зарабатывала деньги для них двоих. Если раньше, будучи маленькими, девочки ютились в маленькой комнате-чулане, который служил хранилищем для инвентаря уборщицы, то сейчас у них была отдельная квартира. И Смэл прямо здесь и работала. А Брижит убирала, готовила, ходила в магазины и делала все остальные дела по дому. Она была застенчивая и молчаливая, и, кроме этого, Смэл была против, чтобы Брижит работала.

– Я одна нас прокормлю, – обычно грозно говорила она, если Брижит заводила разговор о заработке. Конечно, Брижит подрабатывала уборщицей в их же доме. И поэтому часто встречала двух девушек-китаянок на лестничной клетке, но это были гроши по сравнению с тем, что зарабатывала Смэл.

Брижит не помнила своих родителей. Смэл сказала ей, что они умерли, когда девочки были маленькими. Но на самом деле, как потом узнала Брижит, двадцать лет назад сестер в большой корзине для двойняшек подкинули в этот странный дом, в котором они жили всю свою жизнь и живут сейчас. Они не были близнецами, не были похожими. Смэл, по мнению Брижит, была очень красивой. Ее белокурые кудрявые локоны гармонично обрамляли линию лица, а необычайно огромные и выразительные глаза с длинными черными ресницами не оставляли равнодушным ни одного проходившего мимо мужчину. Небольшой рост и стройная фигура Смэл естественно дополняли ее совершенный облик. А Брижит была незаметная, очень худая и, наверное, не очень красивая. Она особо не задумывалась, какая она, потому что у нее было много забот и мало времени разглядывать себя в зеркало.

Сколько себя помнит, Брижит жила здесь, в этом здании на улице Красных фонарей. В их доме всегда царил полумрак и тишина. И особенно не видно было гостей. Приходили в основном мужчины и расходились по разным квартирам. Потом также тихо выходили оттуда и покидали дом. Никогда Брижит не была свидетелем какого-то скандала или громких вечеринок с большим количеством гостей.

Она толком и соседей-то не знала. Но, по ее мнению, все, кто здесь жил или приходил в гости, хорошо к ней относились. Она знала только двух соседок, двух красивых девушек-китаянок. Они одевались как Рок-звезды, часто стояли в коридоре и весело смеялись. Они разговаривали с Брижит и давали ей сладости. Так Брижит и выросла. Она всю свою жизнь заботилась о Смэл и помогала ей во всем. Смэл – это сестра. Она тоже заботилась о Брижит. Она зарабатывала деньги для них двоих. Если раньше, будучи маленькими, девочки ютились в маленькой комнате-чулане, который служил хранилищем для инвентаря уборщицы, то сейчас у них была отдельная квартира. И Смэл прямо здесь и работала. А Брижит убирала, готовила, ходила в магазины и делала все остальные дела по дому. Она была застенчивая и молчаливая, и, кроме этого, Смэл была против, чтобы Брижит работала.

– Я одна нас прокормлю, – обычно грозно говорила она, если Брижит заводила разговор о заработке. Конечно, Брижит подрабатывала уборщицей в их же доме. И поэтому часто встречала двух девушек-китаянок на лестничной клетке, но это были гроши по сравнению с тем, что зарабатывала Смэл.