«(не)вредный герцог для попаданки»

Знаете, что я больше всего ненавижу? Свою работу! Улыбаться, главное сейчас — улыбаться.

— Уважаемые гости, прошу, присаживайтесь. Сейчас вам принесут специальный сбор, в покупке которого вы заинтересованы. — Я сделала незаметный жест рукой, и дворецкий тут же испарился. Слуги здесь добросовестные и вышколенные, не то что их герцог. — Все компоненты для этого сбора полностью произрастают на нашей территории, потому он такой уникальный.

— Все это прекрасно, но где же герцог? — спросила высокая пожилая дама, которая даже на простом кресле для гостей выглядела как королева.

— Герцог будет с минуты на минуту, а вы пока, господа и дамы, наслаждайтесь чаем.

Горничные как раз вкатили столик с чаем и выпечкой. Элли, честь ей и хвала, идеально выверенными движениями расставляла все перед гостями, а дворецкий, которого здесь и не должно было быть, стоял недалеко от двери на случай неприятностей.

Я выдохнула и вылетела из малой гостиной, половина часа у меня точно. Звуки шагов гулко разносились по коридору. Как же я не люблю ходить на каблуках! Но что в прошлой, что в этой жизни я была вынуждена их носить.

Вот и знакомая дверь. Постучать, обождать, постучать погромче. Из-за двери раздался стон, явно не боли. Я вздохнула. Ненавижу свою работу.

Я распахнула двери: шторы занавешены, постель в беспорядке, но все непотребство прикрыто нереальных размеров одеялом. Ага, вижу мужскую пятку, явно принадлежащую герцогу. Вижу женские пятки в количестве… четырех штук.

Что же, мне не привыкать с каждым разом все больше проникаться ненавистью к своей работе. Я подошла и резко сдернула одеяло с постели, вызвав судорожный женский визг. Две хорошенькие девушки — то ли балерины, то ли певицы со вчерашнего концерта — легко разлетелись с кровати в разные стороны.

— Крис? Кристин, что ты делаешь? — Герцог сощурился, мол, только проснулся. Лжец! Чей я стон только что слышала, а? — Ты хочешь посмотреть на мое обнаженное тело? Так тебе надо было раньше сказать! Я бы разделся в любой момент.

Нет, возможно, на тело герцога и стоило посмотреть, вот только сейчас я была куда больше увлечена лицезрением того, как две дамочки впервые без своих горничных пытались втиснуться в свои платья. Презабавное зрелище, могу я сказать вам.

Знаете, что я больше всего ненавижу? Свою работу! Улыбаться, главное сейчас — улыбаться.

— Уважаемые гости, прошу, присаживайтесь. Сейчас вам принесут специальный сбор, в покупке которого вы заинтересованы. — Я сделала незаметный жест рукой, и дворецкий тут же испарился. Слуги здесь добросовестные и вышколенные, не то что их герцог. — Все компоненты для этого сбора полностью произрастают на нашей территории, потому он такой уникальный.

— Все это прекрасно, но где же герцог? — спросила высокая пожилая дама, которая даже на простом кресле для гостей выглядела как королева.

— Герцог будет с минуты на минуту, а вы пока, господа и дамы, наслаждайтесь чаем.

Горничные как раз вкатили столик с чаем и выпечкой. Элли, честь ей и хвала, идеально выверенными движениями расставляла все перед гостями, а дворецкий, которого здесь и не должно было быть, стоял недалеко от двери на случай неприятностей.

Я выдохнула и вылетела из малой гостиной, половина часа у меня точно. Звуки шагов гулко разносились по коридору. Как же я не люблю ходить на каблуках! Но что в прошлой, что в этой жизни я была вынуждена их носить.

Вот и знакомая дверь. Постучать, обождать, постучать погромче. Из-за двери раздался стон, явно не боли. Я вздохнула. Ненавижу свою работу.

Я распахнула двери: шторы занавешены, постель в беспорядке, но все непотребство прикрыто нереальных размеров одеялом. Ага, вижу мужскую пятку, явно принадлежащую герцогу. Вижу женские пятки в количестве… четырех штук.

Что же, мне не привыкать с каждым разом все больше проникаться ненавистью к своей работе. Я подошла и резко сдернула одеяло с постели, вызвав судорожный женский визг. Две хорошенькие девушки — то ли балерины, то ли певицы со вчерашнего концерта — легко разлетелись с кровати в разные стороны.

— Крис? Кристин, что ты делаешь? — Герцог сощурился, мол, только проснулся. Лжец! Чей я стон только что слышала, а? — Ты хочешь посмотреть на мое обнаженное тело? Так тебе надо было раньше сказать! Я бы разделся в любой момент.

Нет, возможно, на тело герцога и стоило посмотреть, вот только сейчас я была куда больше увлечена лицезрением того, как две дамочки впервые без своих горничных пытались втиснуться в свои платья. Презабавное зрелище, могу я сказать вам.