«Отвернись. В плену у зверя»

Отвернись. В плену у зверя

Кира РАЙТ

Я смотрел на девушку, спящую на моей... ну постелью это сложно было назвать, скорее – подстилке, и недоумевал. Она была раздета (и это в такой-то морозец) и прижималась ко мне под собственным пуховиком (я её что ли укрывал ночью?). Память возвращалась медленно. С каждым новым воспоминанием делая меня всё злее.

Уж не знаю, кто она и как нашла меня, но что дело тут не чисто, ясно сразу. Понять бы только, кто её подослал. И как она всё провернула. Ну реально. Одна бы не смогла. А кто отпустил её в лапы к спятившему оборотню… Даже мы так не поступали со своими шестерками.

В это время девчонка зашевелилась и открыла глаза, такие знакомые и в то же время чужие. После небольшого диалога, приложилась головой о бревно и вырубилась. Охренеть. Мне теперь что с ней делать? Пока соображал, смогу ли недалеко припрятать её хладный трупик или она ещё придёт в себя, лавиной накрыли другие воспоминания.

Но моими глазами и моим внутренним голосом. И вот тогда я завис от того, в какой заднице оказался...

Абсолютная тишина.

И пустота.

Ничего нет. Никого. И ни хрена не помню.

Опускаю взгляд ниже. Руки. Странно. Должно быть что-то другое. Лапы? Наверное. Не руки. Руки – это же людское. А я… Я вообще человек? Кто я?

Вокруг бревна, дверь, земляной пол. Наверное мое жилище. Сколько я тут? Почему? Ничего не понятно.

Открываю деревянную дверь. Вокруг лес. Вроде знакомый. Голова раскалывается. Тянет куда-то вглубь. Зачем?

Веду носом по воздуху. Откуда-то издали доносится слабый запах. Как вкусно. Внутри от него всё на дыбы встает. Особенно, когда чувствую в этом сбивающем с ног от удовольствия аромате, страх. Не должно так быть.

С места перехожу на бег. Ноги крепкие – хорошо. Мои ли? Не знаю. Чувство, будто очнулся от длительной спячки. Не в себе. Но сейчас кажется понимаю, что именно меня пробудило.

Уже за километр понимаю, что запах самки. Вкусной. И точно моей. Не понимаю, откуда это знание. Но я уверен. Моей самке страшно. Надо защитить. И пометить. Она ничья – так не положено. Так не должно быть. Вдруг её ещё кто почует и захочет.

Отвернись. В плену у зверя

Кира РАЙТ

Я смотрел на девушку, спящую на моей... ну постелью это сложно было назвать, скорее – подстилке, и недоумевал. Она была раздета (и это в такой-то морозец) и прижималась ко мне под собственным пуховиком (я её что ли укрывал ночью?). Память возвращалась медленно. С каждым новым воспоминанием делая меня всё злее.

Уж не знаю, кто она и как нашла меня, но что дело тут не чисто, ясно сразу. Понять бы только, кто её подослал. И как она всё провернула. Ну реально. Одна бы не смогла. А кто отпустил её в лапы к спятившему оборотню… Даже мы так не поступали со своими шестерками.

В это время девчонка зашевелилась и открыла глаза, такие знакомые и в то же время чужие. После небольшого диалога, приложилась головой о бревно и вырубилась. Охренеть. Мне теперь что с ней делать? Пока соображал, смогу ли недалеко припрятать её хладный трупик или она ещё придёт в себя, лавиной накрыли другие воспоминания.

Но моими глазами и моим внутренним голосом. И вот тогда я завис от того, в какой заднице оказался...

Абсолютная тишина.

И пустота.

Ничего нет. Никого. И ни хрена не помню.

Опускаю взгляд ниже. Руки. Странно. Должно быть что-то другое. Лапы? Наверное. Не руки. Руки – это же людское. А я… Я вообще человек? Кто я?

Вокруг бревна, дверь, земляной пол. Наверное мое жилище. Сколько я тут? Почему? Ничего не понятно.

Открываю деревянную дверь. Вокруг лес. Вроде знакомый. Голова раскалывается. Тянет куда-то вглубь. Зачем?

Веду носом по воздуху. Откуда-то издали доносится слабый запах. Как вкусно. Внутри от него всё на дыбы встает. Особенно, когда чувствую в этом сбивающем с ног от удовольствия аромате, страх. Не должно так быть.

С места перехожу на бег. Ноги крепкие – хорошо. Мои ли? Не знаю. Чувство, будто очнулся от длительной спячки. Не в себе. Но сейчас кажется понимаю, что именно меня пробудило.

Уже за километр понимаю, что запах самки. Вкусной. И точно моей. Не понимаю, откуда это знание. Но я уверен. Моей самке страшно. Надо защитить. И пометить. Она ничья – так не положено. Так не должно быть. Вдруг её ещё кто почует и захочет.