«Шиповник Его Величеству!»

В очередной раз перепроверяю сумки. Тааак, вещи сложила, травы тоже, свечи, амулеты, воск и вощина есть. Эфирные масла! Забыла! А нет, тоже есть. Отлично, значит, готова. Можно выдохнуть.

Последние два дня, с тех пор как через портал заявился брат со своей молодой женой, прошли в срочных сборах. Мне предложили переехать на время в другой мир, а я возьми и согласись.

А что? У меня кроме брата родных больше нет. Из подруг только Машка, но она идет со мной. Получается, что меня тут ничего не держит. Но больше всего, конечно, греет мысль, что я переселюсь в мир, где знать ничего не знают о ведьмах. Я восторженно потераю ручки. Это ж какое непаханое поле для деятельности, уже предвкушаю. Глянула на мобильном время. Все, пора.

— Мааашаааа!!! — заголосила во всю силу легких. — Пора! Выходи, а то за шкирку вытащу!

Тут же ко мне в коридор выбегает моя подруга. Она младше меня на 10 лет. Мне — 28, а ей, соответственно, 18. Родственников у нее нет, друзей тоже. Получается, что мы с ней, как те два сорванных ветром листика — летим по ветру. А в нашем случае — в другой, магический, и надеемся, лучший мир.

— Погнали, мелкая! — говорю я, и мы, подняв наши баулы, устремляемся на выход.

Раяна, жена брата, может открыть портал только на улице, желательно в просторном и нелюдном месте. Мы такое нашли. У нас за домом, через два квартала начинается старый, заброшенный парк — приют для алкашей и наркоманов. Там есть на редкость удачная полянка, туда мы и устремляем свой бег. Деловито, как муравьи. И с такими же огромными поклажами. Вот прикол будет, если Раяна скажет оставить барахло тут. Но я — оптимистка, поэтому все равно тащу сумки и надеюсь на лучшее.

— Машуня, шевели булками, наш личный межмировой экспресс ждать не будет — подгоняю я подругу.

Мы выбегаем на полянку как раз вовремя. Совсем рядом бьет молния, и я понимаю, что портал скоро откроется. Замечаю недалеко от нас, сидящего на пенечке, местного алконафта Степаныча. В руках у него настойка боярышника, видать, опять решил «подлечить сердце» и засохшая тарань. Уууу, он, оказывается, гурман. Увидев нас, улыбается во все оставшиеся зубы, а их ровно четыре, и активно машет руками, приглашая, так сказать, к столу.

В очередной раз перепроверяю сумки. Тааак, вещи сложила, травы тоже, свечи, амулеты, воск и вощина есть. Эфирные масла! Забыла! А нет, тоже есть. Отлично, значит, готова. Можно выдохнуть.

Последние два дня, с тех пор как через портал заявился брат со своей молодой женой, прошли в срочных сборах. Мне предложили переехать на время в другой мир, а я возьми и согласись.

А что? У меня кроме брата родных больше нет. Из подруг только Машка, но она идет со мной. Получается, что меня тут ничего не держит. Но больше всего, конечно, греет мысль, что я переселюсь в мир, где знать ничего не знают о ведьмах. Я восторженно потераю ручки. Это ж какое непаханое поле для деятельности, уже предвкушаю. Глянула на мобильном время. Все, пора.

— Мааашаааа!!! — заголосила во всю силу легких. — Пора! Выходи, а то за шкирку вытащу!

Тут же ко мне в коридор выбегает моя подруга. Она младше меня на 10 лет. Мне — 28, а ей, соответственно, 18. Родственников у нее нет, друзей тоже. Получается, что мы с ней, как те два сорванных ветром листика — летим по ветру. А в нашем случае — в другой, магический, и надеемся, лучший мир.

— Погнали, мелкая! — говорю я, и мы, подняв наши баулы, устремляемся на выход.

Раяна, жена брата, может открыть портал только на улице, желательно в просторном и нелюдном месте. Мы такое нашли. У нас за домом, через два квартала начинается старый, заброшенный парк — приют для алкашей и наркоманов. Там есть на редкость удачная полянка, туда мы и устремляем свой бег. Деловито, как муравьи. И с такими же огромными поклажами. Вот прикол будет, если Раяна скажет оставить барахло тут. Но я — оптимистка, поэтому все равно тащу сумки и надеюсь на лучшее.

— Машуня, шевели булками, наш личный межмировой экспресс ждать не будет — подгоняю я подругу.

Мы выбегаем на полянку как раз вовремя. Совсем рядом бьет молния, и я понимаю, что портал скоро откроется. Замечаю недалеко от нас, сидящего на пенечке, местного алконафта Степаныча. В руках у него настойка боярышника, видать, опять решил «подлечить сердце» и засохшая тарань. Уууу, он, оказывается, гурман. Увидев нас, улыбается во все оставшиеся зубы, а их ровно четыре, и активно машет руками, приглашая, так сказать, к столу.