«Чужая игра для Сиротки. Книга 2»

Субботина Айя

Чужая игра для сиротки

Книга 2

Глава первая: Герцог

У девчонки вид загнанного в угол котенка.

И только это не дает мне реализовать жгучее желание свернуть ей шею.

Естественно после того, как переложу ее через колено и всыплю за каждый раз, когда я был в полушаге от ее разоблачения, но ей всегда удавалось меня одурачить.

Кстати, иногда именно вот такой наигранной беспомощностью, но часто просто выставленным на показ кокетством.

И то, что она поразительно похожа на ту набожную монашку, никак не может быть правдой. Любой мужчина в здравом уме и крепкой памяти подтвердит, что Невесты Плачущего над целомудрием трясутся больше, чем над мощами своих ушедших в мир иной праведниц.

Так что, хоть в моей голове пока не укладывается, каким образом в мире образовалось три совершенно одинаковых девицы и с какой целью Боги решили устроить такой каламбур, остается надеяться, что за всем этим спектаклем с переодеванием, стоит хотя бы интересная история.

Желательно еще и коварная, чтобы я мог как следует истечь желчью, чтобы не корить себя за слепоту и глухоту. Куда подевался мой знаменитый нюх?

Девчонка моргает и медленно вжимает голову в плечи.

А вот и ответ — мой «нюх» блуждал в этих зеленых глазах.

Так что, помня предыдущие ошибки, беру заразу за плечо чуть не силой усаживаю в кресло. У нее поразительная выдержка — уверен, что перестарался и теперь у нее будет синяк. Хотя, какая к демонам разница? В темнице его вряд ли кто-то увидит, а девчонка проведет там весь остаток жизни, и то если Эвин будет достаточно милостив и не велит ее повесить уже сегодня.

А Эвин и милосердие — это как солнце и луна в полден на одном небосклоне.

— Я… — девчонка еле оттягивает голос.

— Прежде чем ты продолжишь, имей ввиду — больше тебе меня не одурачить. Но у тебя все еще есть две возможности выйти отсюда — живой, если расскажешь правду, или в погребальном саване, если будешь испытывать мое терпение.

— Не уверена, что саван — такая уж плохая идея, — глядя на меня в упор, отвечает девчонка.

Так и тянет громко ей поаплодировать — только что тряслась от страха, а теперь как будто готова идти на плаху под военный марш.

— Твое настоящее имя?