«Шторм-2»

Корвин Райт

Шторм-2

Утро 27 сентября в Свиноустье было показательным во всех отношениях. Во-первых, в бойлерных включили горячую воду, во-вторых, пани Ковальчик привезли наконец из ремонта швейную машинку, о которой она уже и не вспоминала, а в-третьих, Якуб Тротт шёл жениться. Впрочем, перечень этих ярких событий можно было легко менять в произвольном порядке, в зависимости от понимания их значимости.

А ещё в местной газете появилась статья про удивительные способности Зоси Пакульской, которая провела под водой двенадцать минут без использования дыхательного аппарата. Это выходило из того, что капитан Тротт описал в объяснительной записке портовому дежурному, когда привёл к нему в конторку мокрую и замёрзшую Зосю.

Не утруждая себя литературными изысками, капитан просто достал судовой журнал и переписал из него всё слово в слово. Всякий, кто проработал в порту хотя бы год, знал Тротта как полного придурка, но здесь его знали ещё и как абсолютного формалиста и педанта в вопросах судовой хронологии. Журнал для этого капитана был той иконой, перед которой он не соврал ещё ни разу в жизни. Записано: «20.40 – Наладчица навигационных приборов упала за борт, и, не имея спасательного жилета, погрузилась с головой под воду…», – значит, так и было. Записано: «20.52 – Человек, находящийся за бортом, появился над поверхностью воды, и были предприняты меры к его спасению…», – значит, было именно так.

Тротту, конечно, не поверили. Да ещё и взгрели за то, что он выпустил на палубу человека без спасательного жилета. Но это был уже другой вопрос. А в том, что касалось точности описываемых событий, капитан мёртво стоял на своём. Так, утром 27 сентября, Зося стала знаменитой.

Погода затевала какое-то очередное осеннее коварство. Ветер сырой кистью размазал низкие облака над городом, но Тротт сиял как майский день, и в душе его мычали саксофоны. Должно быть, беспечную песенку «Only you» со старой пластинки цветной группы «Платтерс». Тротт слушал её только в дни особых торжеств.

Он уже прошёл Грюнвальдскую, и на перекрёстке с улицей Рыбаков какой-то наглец на старом фольксвагене взорвал колёсами глубокую лужу. Вода взлетела над дорогой осколками пролитой с неба осени. Как раз напротив магазина «Netto», где на вывеске чёрный пёс держит в зубах корзину.

Корвин Райт

Шторм-2

Утро 27 сентября в Свиноустье было показательным во всех отношениях. Во-первых, в бойлерных включили горячую воду, во-вторых, пани Ковальчик привезли наконец из ремонта швейную машинку, о которой она уже и не вспоминала, а в-третьих, Якуб Тротт шёл жениться. Впрочем, перечень этих ярких событий можно было легко менять в произвольном порядке, в зависимости от понимания их значимости.

А ещё в местной газете появилась статья про удивительные способности Зоси Пакульской, которая провела под водой двенадцать минут без использования дыхательного аппарата. Это выходило из того, что капитан Тротт описал в объяснительной записке портовому дежурному, когда привёл к нему в конторку мокрую и замёрзшую Зосю.

Не утруждая себя литературными изысками, капитан просто достал судовой журнал и переписал из него всё слово в слово. Всякий, кто проработал в порту хотя бы год, знал Тротта как полного придурка, но здесь его знали ещё и как абсолютного формалиста и педанта в вопросах судовой хронологии. Журнал для этого капитана был той иконой, перед которой он не соврал ещё ни разу в жизни. Записано: «20.40 – Наладчица навигационных приборов упала за борт, и, не имея спасательного жилета, погрузилась с головой под воду…», – значит, так и было. Записано: «20.52 – Человек, находящийся за бортом, появился над поверхностью воды, и были предприняты меры к его спасению…», – значит, было именно так.

Тротту, конечно, не поверили. Да ещё и взгрели за то, что он выпустил на палубу человека без спасательного жилета. Но это был уже другой вопрос. А в том, что касалось точности описываемых событий, капитан мёртво стоял на своём. Так, утром 27 сентября, Зося стала знаменитой.

Погода затевала какое-то очередное осеннее коварство. Ветер сырой кистью размазал низкие облака над городом, но Тротт сиял как майский день, и в душе его мычали саксофоны. Должно быть, беспечную песенку «Only you» со старой пластинки цветной группы «Платтерс». Тротт слушал её только в дни особых торжеств.

Он уже прошёл Грюнвальдскую, и на перекрёстке с улицей Рыбаков какой-то наглец на старом фольксвагене взорвал колёсами глубокую лужу. Вода взлетела над дорогой осколками пролитой с неба осени. Как раз напротив магазина «Netto», где на вывеске чёрный пёс держит в зубах корзину.