«Сомбра. Кровь предателя»

Моревна Марья

Сомбра. Кровь предателя

Пролог

- Милая, следуй за мной. Не пытайся прыгнуть вперед без партнера - в танце так не делается.

Я поспешно закивала, потому что уже слышала эти правила много раз. Я все знала, это просто ноги слишком спешили и все портили. Вечно с ними такая история.

Мы вновь закружились по залу под тихий напев отца и визгливые завывания Гьяра. Но не прошло и пол минуты, как я снова сбилась и наступила отцу на ногу. В воцарившейся тишине было слышно, как Гьяр то ли прыснул, то ли фыркнул в туманное крыло.

- Раймира Айпель! - отец сжал мою руку и посмотрел строго. - Ваша матушка танцевала лучше всех при дворе. А вы сейчас скачете словно стрекоза. Двенадцать лет - достаточный возраст для того, чтобы голова наконец-то начала командовать вашими ногами, а не наоборот. Угомонитесь и извольте следовать пра...

Он оборвал обидную речь на полуслове, потому что в зал вошла Дея. И я облегченно выдохнула. Стыдно было до жути. Десятое занятие, а я будто слон в посудной лавке.

- Мистер Айпель, там.. .пришли, - служанка как-то растерянно оглянулась, видимо не зная, как представить гостей, но говорить ничего не пришлось. Дверь отворилась, и я испуганно глянула на отца. Это ведь.

Каратели! - чуть было не крикнула я, в последний момент прикусив язык. Юная леди должна вести себя сдержано.

В зал вошли четверо мужчин - высокие, все в черном с ног до головы, а на плече у каждого поверх одежды красовался широкий серебряный браслет со страшной мордой кричащей гарпии. У меня от ее оскала даже мурашки по ногам побежали.

- Добрый день, господа! - как ни в чем не бывало поздоровался отец. - Чем обязан?

Один из темной четверки выступил вперед. Черные волосы, ледяной взгляд.

- Лорд Дорс Ливан, - представился каратель. - Лорд Гордон Айпель, вы обвиняетесь в измене. Нам приказано вас арестовать и препроводить в Тувр.

В измене?! Тувр?! Боги милосердные! Это же королевская темница!

Мне показалось, что в голове что-то лопнуло и ненадолго меня оглушило. Перед глазами будто поднялся туман.

От непонимания и ужаса из глаз брызнули слезы. Я вцепилась в отцовскую руку и сжала так, что самой стало больно. Никому не отдам!