«Секретарь старшего принца 5»

— Лин сказал, что Элору становится лучше, когда ты ему читаешь, — говоривший это император не смотрел на меня. Даже на бледного, неподвижно лежащего на каменной плите Элора не смотрел, а на основание этой прикрытой простынёй плиты. — Поэтому ты будешь неотлучно находиться при нём и читать. Велларр заготовил для тебя укрепляющие зелья, Лин их доставит.

Узнав, что Валерия Элору не избранная, и ему надо искать новую, иначе он, скорее всего, умрёт в ближайшие месяцы, я вернулась в лабораторию на стул в изголовье Элора и попыталась успокоиться чтением вслух. Это закончилось таким вот приказом императора. Книги он тоже принёс.

— Я буду следить, — предупредил император и бросил на пол камушек, развернувшийся в миниатюрного голема.

После чего ушёл, оставив меня с мертвенно-бледным Элором и стопкой книг в его изножье.

Я опустилась на стул, крепче сжимая томик приключенческого романа.

Голем запрыгнул на плиту, потеснил одного из пауков-анализаторов Линарэна. По белёсой руке Элора забрался на его едва вздымавшуюся грудь и уселся на границе между кожей и простынёй. Взмахнул ручками. Я, не глядя, раскрыла книгу и стала читать.

Голем действительно следил. Недовольно взирал на меня, когда я вставала и, не прекращая читать, ходила, разминая мышцы. Он провожал меня до туалета. Недовольно бдел, когда прерывалась выпить зелье придворного целителя или воды и уж совсем подозрительно на меня косился, когда я, положив книгу в кресло и продолжая читать, изображала массаж мышц, при этом втирая изменяющее запах зелье на случай визитёров и пробуждения Элора.

Если я смотрела на Элора, голем начинал возмущённо скакать и цокать камешками, намекая, что скоро явится его создатель.

И когда Линарэн приходил наложить на Элора очередное экспериментальное заклинание, влить в него магию из кристаллов, проверить состояние диагностическими заклинаниями, голем не позволял мне умолкнуть. А Линарэн не отличался многословием:

— Не отвлекай вопросами.

— Не мешай, мне нужно сосредоточиться.

— Ничего не происходит.

— Ты не поймёшь.

— Я пробую разные методы. Возможно, этот сработает.

Время превратилось в бесконечную ленту чужих переживаний, я пила бодрящие зелья, читала книгу за книгой и потеряла счёт часам. Я была заперта в этом замкнутом пространстве, и хотя тело не уставало благодаря природной выносливости и зельям, разум постепенно затягивало тёмной пеленой бесконечной усталости, в которой тонули все стремления, беспокойства о делах вассалов, планы, сомнения.

Сколько так прошло? Казалось, целую вечность. И при этом всего десять книг. Может, дней пять-шесть.

А Элор, когда я всё же смотрела на него, был по-прежнему страшно же бледен, но дышал, кажется, чуть чаще.

Я читала. В книгах рушились и спасались жизни, мой голос послушным инструментом воплощал эти переживания и события в звук.

И снова читала.

Во мне, казалось, не было ничего, кроме этих книг и бесконечной усталости.

Я уже не хотела ничего.

И, кажется, даже уходить из этой ярко освещённой лаборатории, застывшей где-то в безвременье.

Я парила в бескрайнем пространстве между телом и образами, порождёнными звуками моего голоса, когда в этот совершенный и отчуждённый звук ворвался хриплый шёпот:

Я метнулась к нему слишком быстро, книга с шелестом рухнула на каменный пол, а я нависла над Элором. Как же он был бледен, бледнее вампиров. Он смотрел на меня так странно: измученно, нежно и надломленно.

Его плечо дрогнуло, простыня пошла складками, а миниатюрный голем на груди покачнулся, когда рука приподнялась. Ледяные пальцы коснулись моей щеки.

— Халэнн, ты здесь…

Чувств не было. Только безграничная бескрайняя усталость.

— Ничего не говори, береги силы, — попросила я. — Сейчас придёт твой отец, он оставил следящего голема.

Элор зацепился за мой воротник и потянул вниз, а может, его рука ослабла и тянула меня вниз. Пауки-анализаторы засуетились. Один подбежал к голове Элора, другой обхватил запястье лежащей руки.

— Я такой дурак, — едва слышно прошептал Элор, его пальцы отчаянно цеплялись за ткань, пытались перебраться выше на моё плечо. — Наклонись…

Я склонилась ниже, почти к самому голему. Элор уложил руку мне на шею и снова надавил. Потянулся ко мне и второй рукой.

— Халэнн, — шептал Элор лихорадочно, — Халэнн… я чувствую себя так странно, что произошло?

Слишком ослабленный, он… пытался прижать меня к груди, будто не замечая сидящего на нём каменного голема. Я заглянула в мутные глаза с золотистыми радужками и попросила:

— Не надо. Отдохни. Я рядом…

— Не уходи… только не… умолкай… — Веки Элора опускались, ослабевшие руки соскальзывали с моей шеи. Из последних сил Элор цеплялся, но вот одна рука, а затем и другая безвольно упали на каменную плиту его ложа. Взгляд совсем расфокусировался, и ресницы опустились.

— Всё наладится, — пообещала я, поглаживая его блеклые волосы.

Элор не шевелился, не пытался открыть глаза, но дышал… он дышал глубже, и под холодной кожей сердце билось быстрее.

Я ждала, что принц Линарэн ворвётся и примется изучать состояние Элора, может, что-нибудь сделает, но тот не приходил. И император тоже не являлся, а его голем скатился с груди Элора и остался сидеть на краю плиты, соблазняя толкнуть его, чтобы упал, разбился, потерял связь с создателем, ненадолго подарив мне свободу.

Вот только зачем? Всё равно не уйти.

Элор дышал ровно и не двигался. Не откликнулся, когда я позвала его:

Помедлив, я подняла книгу с пола и снова уселась на стул. В голове и душе было пусто. Я продолжила читать.

Линарэн явился полторы сотни страниц спустя с тележкой, наполненной магическими кристаллами.

Снова кристаллы… не родовой артефакт, а именно кристаллы.

— Элор приходил в себя, — предупредила я.

Голем замахал мне, но я не обратила на это внимания. Разложенные на подносах кристаллы манили силой. Линарэн закрепил на животе Элора золотую конструкцию и принялся вставлять в неё кристаллы. Мои руки безвольно лежали на книге, я следила, как пальцы Линарэна порхают над Элором, чертят магические знаки.

— Что ты делаешь? — без особой надежды спросила я, но Линарэн неожиданно ответил:

— Элор приходил в себя, значит, его энергетические каналы достаточно окрепли для более интенсивного вливания магии. — Он что-то сдвинул в золотой конструкции, и она просела, упирая кончики кристаллов в живот Элора. — Ты читай, на него это действует благотворно.

Хотела спросить, сколько времени прошло, как там вне лабораторий, но поняла, что мне неинтересно: всё равно заперта здесь и сделать ничего не могу.

Снова я читала. Линарэн держал Элора за руку, а пауки-анализаторы мерцали встроенными кристаллами.

И опять бесконечное время отмерялось словами, фразами, страницами…

— Что?.. — снова этот хриплый шёпот.

Умолкнув, я посмотрела на Элора. Тот повернул голову на бок и косился на меня всё тем же странным взглядом. Поднявшись, я обошла его, чтобы оказаться напротив принца Линарэна, и прижалась к плите. Элор потянулся ко мне рукой. Я перехватила его запястье и заставила опустить руку на плиту, накрыла его ладонь своей. Элор смотрел на меня, и я потупилась, чтобы не видеть этого. Он напоминал зомби. И он по-прежнему умирал.

— Что случилось? — задыхаясь, прошептал Элор, и его рука под моей ладонью задрожала. — Почему я… так… себя чувствую… почему… с Ареном… что…

— На тебе был приворот на крови нового типа, — Линарэн сообщил это со свойственной ему увлечённостью. — Он вызывал не просто сексуальное влечение к Валерии, но имитировал связь избранных, транслируя тебе её эмоции. Вообще очень интересное заклинание, которое могло бы помочь драконам синхронизировать источники магии даже с неизбранными, если бы он не крепился на куски материи Бездны в источнике, что приводит, собственно, к его разрушению.

— Я… не чувствую…

— Больше влечения к Валерии быть не должно. Также с помощью магических потоков приворота мне удалось вытянуть связанные с ним куски из источника, но остальные не достать.

— Может… ещё один такой приворот сделать и остальные куски вытянуть? — Я посмотрела на удивительно красноречивого Линарэна.

— Я думал об этом, но рабочей модели наложения приворота создать не удалось. И я не уверен, что в нынешнем состоянии источник Элора перенесёт ещё одну операцию извлечения: она травматична.

Я едва слышно вздохнула, а Элор чуть крепче сжал мои пальцы, попытался переплести со своими, но ему не хватило сил.

— Арен… — прошептал Элор, всё так же глядя на меня, судорожно пытаясь крепче взять меня за руку. Мой взгляд скользнул по белёсым шрамам на его шее — следам от когтей принца Арендара. — …ты сказал ему, что я… что… я больше не…

— Да. — Я высвободила руку из слабого захвата и погладила его ладонь. — Твой брат знает, что ты больше не представляешь угрозы для Валерии и не попытаешься её украсть.

— Хорошо. — Элор закрыл глаза. — Сколько мне осталось?

— На данный момент, — заговорил Линарэн, — исходя из впитывающих возможностей источника и имеющихся наработок по его наполнению, прогноз — месяц.

Месяц… Внутри всё сжалось, но, к счастью, эмоций не было. Только даже без эмоций… Это не укладывалось в голове, это было невозможно, это… Мне стало тесно здесь, душно, темно.

Месяц… это же ничто! Миг!

— Понятно, — прошептал Элор, и смирение в его голосе было таким… страшным.

Я поспешила его заверить: