«Идеальный помощник»

Марина Орлова

Идеальный помощник

Даже Главный не знает, откуда я притащил в нашу часть Эрика. Ну, эта история – не очень, так что я молчу, а он молчит тем более. На его месте мне бы тоже не хотелось кому-либо рассказывать, что меня нашли на свалке – еле живым и на цепи, а потом откармливали кровью. Главное, что сейчас Эрик – отличный военный и лучший помощник среди всех, кто у меня был.

Итак, история. Два года назад я вызвался возглавить экспедицию – турне по заброшенным маршрутам галактики, которые периодически нужно чистить от криминальных элементов, обожающих ныкаться по таким вот тёмным углам. Мероприятие обещало быть скучным – долгая дорога и не факт, что найдём кого-либо, – однако это всё-таки шанс устроить побоище, а то сидеть в кабинете мне осточертело.

Вскоре мы остановились проверить мелкую нищую планетку, населённую вконец опустившимися потомками первых колонистов – несколько десятков тысяч спившихся и сторчавшихся граждан.

Чтобы ускорить процесс, проверку начали сразу как прилетели – чудесным звёздным вечером разбрелись по окрестностям. Ночь – лучшее время, чтобы обнаружить тёмные делишки, а также чтобы услышать пьяные похвальбы этими делишками.

Я направился в сторону населённого пункта, обозначенного на карте как «город Мусорка-22»: внутри ограждения – центральная площадь и круг хибар из подручных материалов, а снаружи, чуть поодаль, – огромная свалка. Таких свалок, оставленных неведомо кем, на планете много. Колонисты, поначалу вдохновлённые, устраивали лагеря рядом с ними, изучали непонятные артефакты, но толку от этого не было, так что постепенно учёные спились с горя и превратились в обычных алкоголиков, копающихся в мусоре – которого на этой планете хватит на сто лет вперёд.

К городу я вышел как раз со стороны свалки. Впереди – словно бы праздник: костёр, человеческие фигуры вокруг, весёлые пьяные крики и разрозненные звуки барабанов. Было похоже, что отмечающие уже перепились и хороводят кто во что горазд.

Странно было то, что чем больше я приближался к городу, тем гаже себя чувствовал. Я уж было начал гадать, что это за ощущение – побочный эффект от долгого перелёта или влияние унылой атмосферы планеты, как вдруг – накрыло меня отчаянием так, что хоть застрелись на месте, а в голове раздался тоскливый и какой-то измученный скулёж – словно кому-то очень больно, но у него уже нет сил сопротивляться.