«В плену его страсти (СИ)»

В плену его страсти - Наталья Грейш

Тот самый миг последней надежды. Раиса очень старалась всё исправить. Но её мечты о тихом семейном гнёздышке совершенно не входили в планы Томазо.

— Пошла вон, тварь! Видеть тебя после этого не желаю!

— Прости меня, Томазо! — С трепетом умоляла Раиса. — Я буду хорошей любовницей. Только дай мне время, молю…

— Да что же ты за женщина?! — Негодовал Томазо. — Не сумела удовлетворить мужчину в постели! У вас это должно быть в крови!

— Но это была наша первая ночь…

— Большего мне и не надо. В двадцать шесть лет уже пора бы обладать нужными навыками, — бросил напоследок Томазо Гардиэлле, и весьма невежливо хлопнул дверью.

Раиса села в уголочке своей комнаты, обняла руками колени. Последняя надежда растаяла. Томазо и знать её больше не хочет. Раисе мучительно стыдно за бездарно потраченное на неё время. Три месяца Томазо старательно ухаживал за девушкой. А Раиса стеснялась даже лишний раз самостоятельно подарить ему поцелуй. Ну стыдно девушке делать первый шаг в отношениях. По мнению Раисы подобное поведение страшно неприличное.

Это была их первая ночь. А Томазо в жизни Раисы был первым мужчиной. В память о первом сексе лишь осталась кровавое пятнышко на белоснежной простыни да тянущая боль внизу живота. Дебютный сексуальный опыт оказался весьма неприятен. Раиса анализировала его с нарастающим ужасом. Захочет ли она после этого хоть ещё раз переспать с мужчиной?

— Мне больно, Томазо! Остановись! — Раиса вырывалась из хватки потерявшего голову от вожделения Томазо.

Он вторгся в её лоно разом, нисколько не заботясь о самочувствии партнёрши. А Раиса в это время чуть не взвыла от мучительной боли.

— Я не понял вообще?! Что ты тут преставляешься. Нет никакой боли — одно удовольствие! Вот же дуры бабы. — Томазо непочтительно ворчал, и продолжал безжалостно вбиваться в её тело. По-другому этот процесс не назовёшь.

— Не было у меня мужчин до тебя…

— Что? — Член Томазо немедленно опал. — Так ты девственница в таком возрасте?

Мучительный стыд обжигал щёки Раисы. Она скрывала этот пикантный факт до последнего. Мучительно боялась, что Томазо уйдёт. Он честно высказывал своё презрение к припозднившимся девственницам.

— Врала мне, скотина?! А я пытался сообразить, почему так трудно вводить в тебя член.