«Воскресшая»

Воскресшая

Лина Олан

От старой вещуньи несло неимоверной вонью. Казалось, что ее вонь, осязаемая некая субстанция, которая мешала ее рассмотреть. Ищейка видел лишь сгорбленную фигуру ведьмы и колтун из немытых седых волос.

С противным чавкающим звуком, она очередной раз опустила руки в выпотрошенную тушу. И, резко вытащив, начала слизывать стекающую кровь с грязных пальцев и длинных скрюченных ногтей. Блаженно закатывая глаза и причмокивая беззубым ртом.

Ищейку мутило. Тошнота подкатывала к горлу и обратно спускалось в желудок, не принося никакого облегчения. Тем временем, вещунья закончила свой пир. Утирая грязным рукавом кровавые губы, она с усмешкой посмотрела на Ищейку и громко прокаркала:

— Пока треснувший сосуд не наполниться будущим, которое мертво не быть твоему королю спасением для своего народа. Через огонь и страдания, пройдя прах, станет началом...

— Что за бред ты мелешь старуха! — перебив вещунью взревел Ищейка и вскочив с места направился к выходу. Больше двух месяцев он рыскал в Угасающем лесу ради того, чтобы услышать бред, не имеющий смысла от сумасшедшей женщины.

— Я увидела лишь то что угодно было Единому. Передай пророчество и прочь с моего порога. — спокойно продолжила она, не обращая внимания на взбешенного Ищейку.

— Смеешь мне указывать, что делать, ведьма? — развернувшись в дверях, процедил он.

Старую хижину огласил лающий смех вещуньи. Ищейка с ненавистью посмотрел на женщину. Мгновенно прекратив смеяться, она с вызовом посмотрела на него. Обойдя жертвенный камень, вещунья неспешно побрела к нему. Оставляя подолом своего грязного балахона кровавые узоры на каменном полу. Не в силах отвести взгляд, он с отвращением наблюдал как старуха приближается к нему.

— Смею ли я…? Хм, еще как смею! — громко выкрикнула она ему в лицо. И, крепко схватив его за руку, быстро прошептала;

— Сгорать будешь в огне! Сгорать и гореть! Проклятье твоё спадёт, как покрывало с невесты, обнажая твоё сердце, которое тебе больше не принадлежит. Только если воспротивишься огню, сгоришь в нем и пепла не останется.

Белёсые глаза смотрели в упор. Уродливое лицо усмехалось, чувствуя в своих словах власть над Ищейкой короля. От былого его гнева не осталось и следа. Проглотив вязкую слюну, он смог лишь прохрипеть:

— Твоя цена?

— Королю нечего мне предложить. Пусть считает это моим подарком. А с тебя я плату возьму! — ухмыльнулась она и приоткрыв кровавый рот, впилась жадным поцелуем в Ищейку, забирая награду за пророчество. Затем вытолкнула его за дверь с такой силой, что меченосцы его Величества позавидовали бы ей. Отлетев на достаточно большое расстояние он упал на спину и попытался перевернутся, так как тошнота снова подкатила к горлу и требовала выхода.

Его рвало, тело сотрясало от спазмов и выворачивало наизнанку. Липкий пот прошиб все тело, которое вмиг ослабло настолько что он не смог устоять на ногах. Через силу Ищейка поднялся и стал озираться вокруг ища хижину, только взгляд иссиня-черных глаз устремился в пустоту.

Хижины не было и в помине. Со всех сторон его окружал унылый лес. Искорёженные деревья тянули свои обугленные ветви вверх к густому туману, создавая иллюзию того, что эти небеса сейчас обрушатся на эту проклятую землю. Чертыхнувшись он снова рухнул на землю, переводя дыхание.

— Где чертова хижина.?! — со злостью выкрикнул он в пустоту. Не находя ответов, он долго сидел, приходя в себя. Постепенно уступала головная боль, он с жадностью вдыхал влажный воздух, который разгонял тошнотворный привкус во рту. Ну что ж как бы не было, свою задачу он выполнил, пора в путь.

Угасающий Лес спал. Вдали был слышен стук копыт. Звук которых утопал в багряной листве. Которая огненным ковром стелилась по земле. Угольно-черный конь, со скоростью ветра, нес своего всадника на встречу судьбе…

Две уставшие лошади тащили старую телегу, через пролесок. Возница, не имея возможности скрыться от пронизывающего ветра, без жалости хлестал несчастных животных. Но вместо того, что бы ускориться, лошади ещё сильнее вязли в грязной жиже. Выехав на небольшую поляну, он увидел унылую картину: чахлый пролесок перерастал в непроходимый лес, простиравшийся до горизонта.

Огромные многовековые деревья в безмолвии взирали на холодный океан, который бушевал после осенних дождей. А между ними вдалеке, виднелся склон каменистого утёса, на вершине которой, обдуваемая всеми ветрами, возвышалась обитель Молчаливых Матерей.

Обрадовавшись, что цель достигнута, он обернулся что бы известить своих спутниц. Только его радость никто не разделял. Закутанная в чёрный плащ Лея прижималась к полнотелой служанке. Безумный взгляд карих глаз, лишенных былого разума, бессмысленно смотрел вдаль. Маргарет с вынужденным смирением разделившая долю своей хозяйки, пыталась ее согреть.

Вдруг обветренные сухие губы начали бессвязно бормотать, а через мгновенье округу огласил безумный вой. Возница, натянув вожжи, попытался быстро слезть с козлов, а Маргарет тем временем скрутила руки несчастной и начала ее сильно тормошить. Не видя результата, замахнувшись, хлестко ударила по лицу с такой силой, что Лея отлетела на другую сторону телеги и, больно ударившись спиной затихла.

— Ты хочешь убить ее Маргарет! — выкрикнул Гор, который с трудом спустился и направился к ним.

— Она просто потеряла сознание, — раздраженно ответила она, приседая к затихшей девушке. — Я знаю, что делаю! И вообще не лезь ко мне. Ты бы лучше занимался тем, как быстрее довезти нас до этой треклятой обители. Так что иди давай, ну же! — громко прикрикнула она на него.

Не успев толком отдышаться Гор направился на своё место, и под громкий свист кнута они продолжили свой путь. Шумно застонав, девушка начала приходить в себя. Маргарет бегло осмотрела ее лицо и с досадой увидела наливающийся синяк на щеке. Затем вытерла кровь с разбитой губы, помогла ей подняться и усадила обратно на место. Сев рядом, она приобняла сжавшуюся в комок от боли и страха Лею в бесполезной попытке ее утешить.

Ближе к вечеру извозчик остановился перед высокими стенами монастыря. Ловко спрыгнув, несмотря на грузность, Маргарет подтащила к краю телеги небольшие пожитки. После поднялась за Леей и, взяв ее за руку, помогла спуститься. Гор подошел к маленькой двери в стене и постучал. Не успев отойти, дверь со скрипом отворилась, пропуская высокую худую женщину неопределённого возраста в сером балахоне.

— Кто такие? — сухо спросила она.

— Добрый вечер мадам. Прибыла герцогиня, Лорелея Байе Соранто со служанкой. Вас, точнее, Настоятельницу должны были предупредить о прибытии — доложил Гор, неуклюже поклонившись.

— Вы должны были приехать три дня назад и запомните, здесь нет имен и титулов. Я сестра Ада, ключница обители — резко пробормотала она и, круто развернувшись, бодро зашагала вглубь двора.

Спохватившись, Маргарет поспешила следом, таща за собой Лею. А Гор, собрав вещи, тяжелым шагом пошёл за ними. Пытаясь не отстать. Ключница прошла по темному двору мимо маленьких домиков прямиком к замку. Большим ключом открыв дверь, она пропустила путников и закрыла изнутри.

В замке было холоднее, чем снаружи. Столетние стены стонали под натиском ледяных ветров, дувшие с океана. Высокие узкие окна почти не пропускали свет, чтобы разогнать полумрак, царивший внутри. Пройдя через гулкий зал, она повела путников верх по лестнице в северное крыло. Через два пролёта, пройдя по длинному коридору они остановились возле массивной двери.

— Молчите, пока вас не спросят. — колко предупредила ключница и постучала. Дождавшись ответа, она распахнула дверь и отступила, пропуская вперёд путников.

Маргарет вошла, волоча за собой Лею. Следом неуклюже ввалился Гор, пытаясь на ходу привести себя в порядок. Его тучное тело вспотело, дыхание было прерывистым от быстрой ходьбы.

В отличие от мрачного замка, здесь было тепло. Комната представляла собой рабочий кабинет с большим камином от которого шёл жар. Напротив него стоял большой стеллаж с множеством книг и свитков. Расставленные по всюду большие свечи освещали комнату тёплым светом. Уставшие ноги путников утопали в толстом ковре. Тяжелые гобелены, висящие на стенах, защищали от сквозняка.

У дальней стены в глубоком кресле за дубовым столом сидела Настоятельница.

Сложив тонкие худые руки перед собой, она с интересом рассматривала вошедших. Оценивающий взгляд серых глаз в упор посмотрели на безумную девушку, стоявшую спиной, уткнувшись в плечо своей служанки.

— Лорелея Байе, мы вас заждались, — протянула она, растягивая тонкие губы в подобие улыбки. Прочистив горло, Маргарет решила осведомить Настоятельницу что девушка больна и ждать ответа бесполезно. Не успев и рта раскрыть, она остановилась, увидев резкий взмах руки Настоятельницы.

— Сестра Ада, проводите, пожалуйста, девушек в свои кельи. Они, наверное устали с пути, — мягко приказала она, все так же не спуская глаз с девушки. Затем, посмотрев на Гора, продолжила.

— А мы с вами побеседуем, если вы не возражаете.

Нервно проведя руками по своим сальным волосам, извозчик кивнул. Маргарет, быстро поклонившись Настоятельнице, собрала вещи и, подтолкнув застывшую девушку, направилась к выходу.

Подождав, пока ключница выведет девушек, Гор вытащил из-за пазухи запечатанное письмо и подал его Настоятельнице. Она, не шелохнувшись, следила за ним. Тонкие длинные пальцы неспешно перебирали изумрудные бусины длинных чёток.