«Наследство для безумцев»

Малахова Валерия. Наследство для безумцев

Ночь была лунной.

Хранители Времени только что прокричали с городских башен о том, что начался Час Воющего Волка. Джамина услышала их голоса сквозь сон и удивилась быстролётности времени. Казалось, она лишь несколько минут назад сомкнула веки, и вот — уже полночи позади…

В этот момент в дверь комнаты постучали.

Отец Джамины — Советник Правителя славного торгового города Падашера, благороднорожденный Амбиогл, — построил свой дом, следуя традициям, привезённым с далёкого севера. Вместо обычных занавесей и пологов комнаты, выходящие в общий коридор (ещё одна северная новинка), имели двери. Джамине очень нравилась такая планировка — девушка вообще любила время от времени побыть наедине сама с собой. Помимо всего прочего, двери можно было запереть, и хотя этой возможностью в доме Амбиогла почти не пользовались, рабов приучили не входить в комнату без разрешения хозяев. А поскольку настойчивый стук в дверь не прекращался, значит, по другую сторону двери стоял именно раб.

Желтоватые глаза Джамины обозленно сверкнули. Ну, если только у негодяя не будет веской причины — уж она-то позаботится о хорошей порке для мерзавца, осмелившегося тревожить госпожу в столь поздний час! К Ушбарту — Хозяину Мёртвых, конечно, не пошлёт, незачем быть слишком жестокой, людскую молву подобными слухами подогревать нельзя, а у рабов языки длинней той плети, которой их хлещут… Но пару десятков плетей за подобное всыпать не грех!

Джамина потянулась к лёгкому ночному покрывалу и набросила его на волосы.

— Заходи! — резко и повелительно крикнула она.

В дверь проскользнула Зин-Зан, и раздражение схлынуло, подобно прохладной воде из утреннего кувшина для омовения, сменившись всё возрастающей тревогой.

Зин-Зан была молоденькой красавицей, купленной отцом для мужских утех полгода назад. Судя по тому, что благороднорожденный Амбиогл её пока не менял, дело своё она знала. Однако нрав Зин-Зан имела весьма робкий и обычно старалась не покидать отведённой ей комнаты, а когда прогуливалась по саду или торопилась к своему господину, всегда падала на колени и склоняла голову, стоило ей увидать любую из дочерей Амбиогла. Эта точно не осмелится беспокоить дочь хозяина по пустякам!

— Заходи, — уже мягче повторила Джамина, — и говори, зачем пришла.