«Залив Кресса»

Александра Елисеева

Залив Кресса

Солёные брызги волн, горячее солнце, мягкий песок – такой залив Кресса. Но скоро остров изменится, когда к его берегам вернётся чудище, рождённое океаном...

Залив Кресса

Босые ноги покрыты белым соляным налётом. Морские воды не берегут женскую кожу, а злые ветры, словно кистью, быстро рисуют морщины, не щадя недолговечную молодость. Завитки светлых волос щекочут шею, и стучат разноцветные бусинки, коснувшись плеч.

Фаль устало смотрит на горизонт. Взгляд лазурных глаз что-то выискивает вдалеке. Пламя заката обжигает тяжелеющие веки, а руки немеют под весом корзины с ундарией. Воды залива разбиваются о скалистый берег. Белая пена бурлит, и разъярённо гремит морской бог Арран.

По волнам скользит чёрная тень. Острый, словно клинок, плавник пронзает стихию. Скоро заволочёт небеса бархатной тёмной синью, и только свет блестящего тела морской твари озарит этот мрак. Смерть пришла в тихий, уютный мир племени Мейен.

Наследие Аррана, Ашшан, снова возвращается к острову. Акулья кожа так черна, будто натёрта углём, а прочна, как лучшие доспехи воинов Великого Короля. Не пробить чешую никаким мечом. Твари не страшен даже самый отважный боец – не родилось ещё такого, чтобы сразиться на равных. Она мечется вдоль берегов острова, выискивая, чем поживиться.

Тело Фаль пронзает острое жало страха. Лик девушки белеет, и морщинка ложится тонкой нитью на лоб. Там, в далёких водах океана, мчится по волнам отцовская шхуна. В жилах стынет кровь Фаль, когда она смотрит на могучее, громадное тело Ашшана. «Уходи! Уходи!» – шепчут её бесцветные губы. Солёные брызги мочат тонкую ткань рубахи, и холод дарит островитянке свои объятья.

Акула чувствует тепло. Ашшан разворачивается и уплывает, а сердце Фаль покрывается тоненькой корочкой льда. Морское чудовище чует любимый дурман – запах человеческой крови. Ашшан никогда не отступает, и пощады не будет.

Тем временем, жизнь племени Мейен идёт своим чередом: где-то мать укладывает спать детей, где-то неспешно едет телега возницы, а где-то идёт схватка. И только Фаль, горбясь, как древняя старуха, чувствует тяжёлый вкус беды на своём языке.

Судьба преподнесёт новое блюдо жителям островов, и они не смогут его не отведать.  Только яд в том даре придаёт странную горечь…