«Репортаж на миллион»

Дарья Кузнецова

Репортаж на миллион

Моя горячность меня погубит.

Помнится, ещё матушка, когда была жива, постоянно это приговаривала, предостерегая меня от опрометчивых поступков и скоропалительных решений. Правда, это совсем не помешало ей сгинуть в очередной экспедиции в Северных горах, куда она ввязалась на голом энтузиазме и без толковой подготовки. Однако пример получился очень вдохновляющим, и выводы я из него сделала, так что мама могла бы гордиться.

«Если я не могу не влезать в неприятности, споры и сомнительные пари, то стоит хотя бы выбираться из них с гордо поднятой головой и надёжно прикрытыми тылами», — как-то так звучало моё жизненное кредо. И это позволило дожить до двадцати пяти лет в относительной целости и здравии. Я считаю, отличное достижение.

Сейчас тыл, впрочем, настойчиво предупреждал, что влезла я в какую-то совсем уж безнадёжную авантюру. Но сдаться и повернуть назад, когда цель — вот она, совсем рядом, в паре метров впереди? Ну уж нет! Я Тиана Бран, и отступить, опозорив славную фамилию, никак не могу! Зря я, что ли, потратила полгода и все свои сбережения на подготовку и ещё почти месяц убила на дорогу?

Славу Бранов большинство окружающих, с нами знакомые, искренне полагали весьма сомнительной. Отец, пока был жив, только пренебрежительно отмахивался, что это они или из зависти, или по глупости, и умудрился ненавязчиво привить эту точку зрения нам, своим детям. И эта установка хоть порой подвергалась серьёзным испытаниям, но до сего дня дожила — потрёпанная, но не сломленная.

Все Браны как один отличались тягой к экспериментам, приключениям и просто не могли сидеть на месте. И если выходили замуж или женились, то и пары себе находили такие же, достаточно вспомнить маму, которая поначалу успешно притворялась скромной девочкой из хорошей семьи. Но потом связалась с Виктором Браном и, как говорят, покатилась.

Как и положено любящим супругам, на встречу с богиней-матерью они ушли друг за другом. Сначала матушка с этой её экспедицией, через полгода — отец со своей алхимией и, заодно, половиной дома. Благо дом был застрахован на этот случай: мы, Браны, знаем, чего от себя ожидать. Мне тогда было двадцать два, братьям и того больше, так что потерю мы пережили стоически, с пониманием и семейным чёрным юмором: начали подтрунивать друг над другом, строя предположения, кто следующий.