«Хранительница темных врат»

Хранительница темных врат

Лана Андервуд

— Сара, тебе там письмо пришло, — зайдя в мою комнату сказала Вика.

— Мне? — удивленно переспросила я, отвлекаясь от сбора вещей.

— Да. Иди скорее.

Кто вообще мог отправить мне письмо? У меня ведь не осталось родственников. Я сирота.

Думаю, стоит представиться — Сара Голфрид восемнадцать лет. Ровно тринадцать лет назад в пятилетнем возрасте меня нашли у порога детского приюта Аист. Кто я и откуда известно не было. В руке у меня нашли листок с двумя словами "Сара Голфрид".

Я совершенно ничего не помнила и не говорила. Даже как я оказалась у приюта, и кто меня привел. Не сама же пришла в самом деле? Говорить я начала только через год после этого события. И то если бы не врачи так и осталась бы немой. память ко мне за все эти годы так и не вернулась.

Внешность у меня немного не обычная по крайней мере для этих мест. Темные прямые волосы. Всегда длинные и стричь их очень трудно. Да и я не позволяла очень ими гордившись. Прямой носик, чуть пухлые губы, почти черные глаза. Телосложение очень худое. Как бы меня не пытались откормить все бесполезно.

Расследование по моему делу было заведено, но уже через два года было закрыто. Стало ясно, что семью мою так и не найдут.

Приемной семьи так и не случилось. Детей приходили смотреть, но на меня никогда не обращали внимание.

И вот вчера мне исполнилось восемнадцать. Я наконец могу уйти из приюта и начать свою жизнь. Как сироте мне полагалась квартира и небольшая сумма денег.

Я как эту квартиру увидела так сразу и решила продать ее Вике. Она сейчас беременна и лишней квартира не будет.

Что не так было с квартирой? Жить там невозможно. Ремонт явно делался в прошлом веке, а мебель только на помойку. Когда я возмутилась мне заявили, что другого нет.

Что ж я все равно не собиралась оставаться в этом городе. Грязный, захламленный и девяносто процентов населения пьют почем зря. Я решила уехать и найти место получше.

После продажи жилья у меня приличная сумма. Хватит на покупку небольшого домика и еще останется.

Закрыв чемодан, я вышла из комнаты и спустилась на первый этаж. Там меня ждала директриса нашего приюта — Валентина Картеева.

— Сара, идем в мой кабинет, — сказала директриса, держа вскрытое письмо и запечатанный большой конверт.

Хранительница темных врат

Лана Андервуд

— Сара, тебе там письмо пришло, — зайдя в мою комнату сказала Вика.

— Мне? — удивленно переспросила я, отвлекаясь от сбора вещей.

— Да. Иди скорее.

Кто вообще мог отправить мне письмо? У меня ведь не осталось родственников. Я сирота.

Думаю, стоит представиться — Сара Голфрид восемнадцать лет. Ровно тринадцать лет назад в пятилетнем возрасте меня нашли у порога детского приюта Аист. Кто я и откуда известно не было. В руке у меня нашли листок с двумя словами "Сара Голфрид".

Я совершенно ничего не помнила и не говорила. Даже как я оказалась у приюта, и кто меня привел. Не сама же пришла в самом деле? Говорить я начала только через год после этого события. И то если бы не врачи так и осталась бы немой. память ко мне за все эти годы так и не вернулась.

Внешность у меня немного не обычная по крайней мере для этих мест. Темные прямые волосы. Всегда длинные и стричь их очень трудно. Да и я не позволяла очень ими гордившись. Прямой носик, чуть пухлые губы, почти черные глаза. Телосложение очень худое. Как бы меня не пытались откормить все бесполезно.

Расследование по моему делу было заведено, но уже через два года было закрыто. Стало ясно, что семью мою так и не найдут.

Приемной семьи так и не случилось. Детей приходили смотреть, но на меня никогда не обращали внимание.

И вот вчера мне исполнилось восемнадцать. Я наконец могу уйти из приюта и начать свою жизнь. Как сироте мне полагалась квартира и небольшая сумма денег.

Я как эту квартиру увидела так сразу и решила продать ее Вике. Она сейчас беременна и лишней квартира не будет.

Что не так было с квартирой? Жить там невозможно. Ремонт явно делался в прошлом веке, а мебель только на помойку. Когда я возмутилась мне заявили, что другого нет.

Что ж я все равно не собиралась оставаться в этом городе. Грязный, захламленный и девяносто процентов населения пьют почем зря. Я решила уехать и найти место получше.

После продажи жилья у меня приличная сумма. Хватит на покупку небольшого домика и еще останется.

Закрыв чемодан, я вышла из комнаты и спустилась на первый этаж. Там меня ждала директриса нашего приюта — Валентина Картеева.

— Сара, идем в мой кабинет, — сказала директриса, держа вскрытое письмо и запечатанный большой конверт.