«Рай: правила выживания»

Лена Романова

"Рай: правила выживания"

Часть первая. Нет тела - нет дела

  Я сидела на подоконнике в своём кабинете и ощипывала цветки с куста бальзамина, который рос здесь не иначе, как чудом. Крохотное растеньице приволок вместе с горшком кто-то из стажёров - сейчас уже и не вспомню, когда и кто... Месяц кабинетной работы явно отрицательно сказался на когнитивных функциях моего мозга. Для меня, ведущей оперативницы особого отдела, лучшего наказания и быть не могло. И все об этом знали. В том числе - вернее, в первую очередь - непосредственный начальник, полковник Герасименко.

  На последнем совещании с моим участием он плевался ядом и шипел, как гадюка, поскольку я имела неосторожность без его санкции взять Батрышкина, громкое дело которого сейчас широко освещалось прессой. Весь месяц я писала отчёты и развлекалась на рабочем месте с бальзамином, потому как покидать пределы кабинета не могла. Начальник - чтоб ему в Дисциплинарную Коллегию попасть! - приказал выводить на меня все контакты с этой самой прессой... А они случались с просто удручающей регулярностью.

  И вот снова - видеовызов. Я неспешно встала с подоконника, зажав в горсти цветки несчастного бальзамина, одернула форменную юбку, расстегнула лишнюю пуговку на белоснежной блузке, стряхнула невидимую пылинку с капитанского погона, и приготовилась отвечать на очередную порцию неудобоваримого бреда, регулярно генерируемого журналистами ведущих изданий и каналов. Становиться публичным лицом я не собиралась, поэтому пусть лучше запомнят высокую грудь, длинные каштановые локоны и зелёные линзы, чем срисуют мою настоящую внешность.

  Однако на сей раз я была приятно разочарована. По ту сторону монитора на меня смотрел генерал Светличный. Тот самый Светличный, который возглавлял наше Управление. Я вытянулась в струнку.

  - Товарищ генерал, капитан Афонасьева...

  - Вольно, капитан. Герасименко тут жалуется на тебя. Что опять натворила?

  - Ничего, товарищ генерал. Действовала строго по уставу внештатных ситуаций.

  - Вот это-то и смущает... Капитан, как смотрите на перевод в пресс-службу? Вы отлично справляетесь с этими акулами клавиатуры и стервятниками внешних камер, я доволен.

  - Товарищ генерал!

  Глаза вдруг защипало.

  - Отставить слёзы, капитан! - рявкнул Светличный. - Пожалуй, в пресс-службе вам самое место! Не могу себе представить рыдающего оперативника.

  Я собралась. Да он просто меня прощупывает! Точно, этот месяц вынужденного бездействия сделал из меня натуральную истеричку!

  - Есть отставить слёзы.

  - Ну, другое дело, - отечески улыбнулся генерал. - Но вынужден огорчить - капитан Афонасьева с завтрашнего дня уходит в отставку - по состоянию здоровья.

  Он сделал паузу. Я преданно пялилась в монитор, что полностью удовлетворило генерала, поскольку он продолжил:

  - А сегодня вы, капитан, сдаёте дела старшему лейтенанту Киму и вылетаете на орбитальную базу "Рассвет". Поступаете в распоряжение подполковника Раслея. Вопросы?

  - Никак нет, товарищ генерал!

  - Выполняйте.

  - Есть выполнять!

  Окошко видеовызова свернулось, а в дверь уже стучали - наверняка Ким.

  А вечером я наслаждалась кофе в своей каюте пассажирского лайнера "ВФ-15", или, на нашем жаргоне, "Вафли". Разумеется, не одна. Не в моих правилах отказываться от хорошей компании, которую, к тому же, столь явно мне навязали. То ли прощальный "подарок" от Герасименко, то ли, наоборот, приветственный от Раслея. В любом случае я теряться не собиралась.

  Напротив сидел весьма привлекательный мужчина, которому очень шла форма Космофлота. В неофициальной обстановке он представился просто Джоном. Ну, когда покажешь, на что способен, Джон?Но в его тёмных глазах периодически мелькало предвкушение, так что, думаю, он мыслил в унисон со мной.

  Говорили мы, впрочем, совсем не об этом. Герасименко выдал мне на прощанье убийственную легенду - дескать, я беременна и лечу на "Рассвет" выяснять отношения с отцом ребенка. И по тому же поводу увольняюсь со службы. Бред! Ну, ничего. Земля круглая... А космос не столь велик, как это полагали до эпохи Великих Астрономических открытий. Встретимся. Спускать такое унижение полковнику... Или я не Мария Афонасьева?

  Когда мы с Джоном перешли от кофе к поцелуям, он уже от души сочувствовал моему новому начальнику, из чего я сделала вывод, что он - человек Раслея. Но пока мы ещё не являлись сослуживцами. И значит, могли зайти значительно дальше поцелуев.

  И мы зашли. И ещё раз. И ещё. Потом... смутно помню, как Джон одевался... Потом - провал. Пришла в себя я в маленьком помещеньице - кажется, мед.отсеке, во рту было сухо, глаза слезились, в голове плавал туман. Этот мерзавец подмешал мне что-то в кофе? Но... зачем? И почему яд не обезвредили мои импланты?!

  Я с трудом сфокусировала взгляд на каком-то тёмном предмете... Это был датчик, прилепленный к моей руке. Второй рукой содрала его и попыталась сесть. Оказалось, что я вся обмотана проводами, ведущими к пульту, из которого уже раздавался противный, вынимающий всю душу, писк.

  В отсеке тут же появился мужчина в маске на пол лица и стерильной (я этого знать не могла, но очень надеялась) медицинской робе.

  - Вставать запрещено, - выдал он мне и с лёгкостью управился с моим ослабевшим телом, вернув его в горизонтальное положение.

  Следом в отсек проскользнул... гадский Джон. В чём я просчиталась? Неужели он... враг?! И как же мерзко, оказывается, чувствовать себя полностью беспомощной в присутствии... раскрытого преступника!

  Мария, соберись! Я сделала вид, что расслабилась и прикрыла глаза.

  Короткий тихий смешок ясно дал понять, что мой манёвр замечен, и я снова остро взглянула на Джона. Тот нарочито медленно раскрыл ладонь - она как раз была на уровне моего лица - и там оказалась тающая татуировка. Объёмная голографическая звезда. Подделать такую невозможно. Секретная служба! Он подтвердил, спокойно представившись:

  - Майор Крон, секретная служба.

  - Я... попала в разработку?

  - Соображаешь, - в его тоне были слышны и удовлетворение, и ирония. - Скажу больше - я тебя убил.

  - Яд? Но у меня же импланты?!

  - Да-да. Вот поэтому весь обратный путь ты проведёшь в мед.отсеке. Потребовалась тройная доза.

  - Но... Как? Я не понимаю! И чем я помешала секретной службе?

  - Все вопросы задашь руководству. Хотя... Жаль мне тебя. Так и быть. На вопрос "как" отвечу, - и он достал из кармана всё той же, космофлотовской, формы початую упаковку презервативов.

  У меня округлились глаза. А они там, в секретной службе, затейники... Крон ухмыльнулся и, склонившись надо мной, прошептал:

  - При случае повторим.

  Думаю, что моя ответная ухмылка вышла совсем кривой... Не-ет, я уж как-нибудь обойдусь без секретной службы с их специфическим арсеналом! В голове ещё плавал туман, но желание никогда больше не иметь ничего общего с майором стало в тот момент доминирующим.

  Крон давно ушёл, а я всё размышляла. И робко надеялась всего лишь на дисциплинарное взыскание. Потому как не могла себе даже вообразить, что попаду в оперативную разработку секретной службы. И что мне скажет на это Светличный... Позорище! Так проколоться!

  У нас, в УВБ, всё было гораздо проще. Я всегда могла провести грань и чётко знала: здесь свои, а здесь - преступники. Своих надо было прикрывать, а преступников - ну, понятно же? - ловить. Иногда это получалось лучше, иногда - чуть хуже, но у меня была самая высокая раскрываемость в отделе. Я заслуженно гордилась. И делом Батрышкина гордилась тоже.

  Стоп. А не связано ли всё это с... Неужели?! Вот почему так злился Герасименко... Но тогда получается, что любимое руководство сдало меня с потрохами! Ведь на "Вафле" я оказалась по приказу Светличного... Они всё знали!

  И, следовательно, секретная служба... Нет, даже думать об этом не хочу! Но, увы, не думать не получалось. Про секретчиков ходили легенды - люди без лиц, нет ничего невозможного... Ну да... С такими-то методами! Они вмешивались абсолютно во все сферы жизни Земли при возможности скрытой угрозы в совсем невинных с первого взгляда делах. И, если судить по слухам, не только Земли.

  Говорили, что сам Стас Андронник, вытащивший практически из небытия группу Сандерса, пропавшую без вести на Кси-2-эпсилон, а найденную у каролов, был секретчиком. И если то было правдой, человечество знало в лицо всего двоих представителей этой службы - его и генерала Шектеля, который совмещал руководство ей с работой Советника по безопасности Президента Земного Союза.

  Про него говорили с оглядкой и шёпотом. И иногда те, кому я могла без сомнений прикрыть спину, тихо судачили, что де Президент - всего лишь пешка Шектеля. Как там оно на самом деле - лично мне неинтересно. Сейчас бы со своими проблемами разобраться...

  В этот момент в отсек вернулся верзила в медицинской робе. Посмотрел на датчики, на меня... и нажал на что-то в том пульте. И я опять провалилась в черноту.

  Второй раз я пришла в себя в просторной светлой комнате, правда, опять обмотанная проводами и трубками. Но в значительно улучшившемся состоянии. Судя по пейзажу за окном, я снова на Земле. Но вот где? На большой город явно не похоже.

  - Мария Александровна, - раздалось откуда-то из-под потолка, - как себя чувствуете?

  Голос женский, тембр приятный...

  - Спасибо, хорошо. Я могу встать? - да, я вполне обучаема.

  - Секундочку. Бот-331, приступить.