«Суженая из лужи»

Давыдова Майя,Шаль Вероника

Суженая из лужи

Глава 1. С битьем посуды посредством магии и без

- Отец, вы меня продали! Как... как вещь! - Изабелла раскраснелась, всего час назад уложенная волосок к волоску прическа растрепалась, а глаза сияли праведным гневом - во всяком случае, именно так ей казалось. Она, в принципе, надеялась, что похожа сейчас на гордую воительницу, о которых приходилось читать в лучших женских романах.

- Вещь? - серо-зеленые глаза лорда Медора блеснули усмешкой. - Ты моя самая большая драгоценность, доченька.

- Надо полагать, вы не продешевили.

- Не продешевил, - теперь усмешка тронула и губы. - Король - человек, который сможет заплатить даже за бесценное.

- И вы так спокойно об этом говорите?

Иза гулко вышагивала в своих новых туфельках с дизайном под хрусталь - самый писк магической моды, хотя и жутко неудобно шуршало парчовое платье, и каменья на нем ловили солнечные блики. Седовласый мужчина с благородными чертами лица сидел в массивном кресле с видом совершенно невозмутимым.

- Я не понимаю, чем ты так взволнована, дорогая? Разве я не позволял тебе выбрать жениха по своему усмотрению? - и вскинул палец, призывая к молчанию. - Твоего уровня, а не этого бродячего музыканта. Ты должна быть мне благодарна только за то, что не приказал его плетьми гнать до границ королевства. Я не ограничивал тебя в разумном выборе, но тебе никто не нравился.

- Поэтому вы выбрали за меня? - девушка стиснула кулачки - и ваза с цветами брызнула осколками стекла и воды.

Красиво и эффектно. А следующим она расщепит кофейный сервиз из заморского фарфора.

- Помилуй, чем тебя не устроил принц?

- Не наследный. И к тому же проклятый!

У заварочного чайника отвалился носик, следом отправилась ручка. А крышечка взмыла в воздух и зависла. Лорд покосился и неодобрительно скривил губы.

- Так и что в этом плохого, что проклятый? Жить ему осталось недолго, скоро ты останешься вдовой с приличным состоянием. Да от женихов отбоя не будет!

- Он занимается запретной магией!

Чашечки благородным числом тринадцать раскололись посередине с тоненьким хрустом, точно скорлупка у яйца. Изабелле было их даже жаль, но на какие жертвы не пойдешь, чтобы отстоять собственное мнение.