«Два мира, одна любовь»

Два мира, одна любовь

Наталья Буланова

- Хоть кому-то я нужна? Не в этом мире, так в другом?! – в отчаянии жала на педаль газа, стирая слезы руками.

Белое платье в грязи, душа – в лохмотьях. Руки на руле мелко подрагивают, а губы проклинают несостоявшегося мужа.

- Гори в аду с этими деньгами! – крикнула в сердцах, сорвала фату, открыла окно и выбросила вон.

Удивительно, но фата каким-то образом оказалась на окне, закрывая обзор, и я в панике надавила на тормоз. Не работает!

Вот козел, Саша еще и тормозные шланги подрезал! Мало нулевого банковского счета: захотел лишить меня не только денег, но и жизни!

Машина разгонялась все сильнее, а потом колеса перестали шуршать, словно авто прыгнуло с трамплина. С лобового стекла сорвало фату, а перед глазами зависли летающие над землей изумрудные острова.

Где я? Это сон? Или я попала в рай?..

Ворот застегнут до последней пуговицы, грудь перевязана, шикарные локоны отрезаны, а вокруг дышащие тестостероном и магией тела чародеев в несколько рядов. Магическая военная академия Чировшир, будь она неладна! Отборные маги, сильнейшие боевые единицы, да и просто такие мужчины, что неясно, как сюда взяли такого задрипыша, как я. Точнее, паренька, который похож на меня как две капли воды…

- Посмотрите на этого тюфяка! – раздался сзади болезненный выпад, заставляя сжаться, будто от удара. Все, мне крышка!

-Вер, остынь! С утра настроение испортили, так хочешь поделиться со всеми? – одернул кто-то, шикая.

- Почему я должен молчать? Эй, мелкий, только попади в мою группу: три шкуры спущу, но сделаю мужиком! Нет, Сол, ты видел когда-нибудь такую крючкообразную спину у бойца? А трусливый взгляд? Мнется как девчонка, ни разу в глаза не посмотрел! 

Да я и есть девчонка, идиот! Вот только тебе это нужно знать в последнюю очередь!

Кто виноват, что в этом мире не мужики – а борцы какие-то?! Насколько прекрасно для глаз, настолько же ужасно в моем положении: я выделялась на фоне двухметровых широкоплечих мужиков, как малек среди акул.

- У него даже на щеках румянец! Глянь, Фил! – продолжал потешаться вставший не с той ноги. – Смазливый, как баба!