«Снежная сказка»

Ольга Вадимовна Горовая

Снежная сказка

Коридоры оказались странно пусты. Ей думалось, что на прием к Хранителю стремятся попасть куда больше сограждан. И почти полное отсутствие людей заставляло Элис еще больше нервничать, испытывая все те сомнения, неуверенность и страх, которые едва ли позволили на секунду забыться этой ночью. Из-за этих же эмоций она практически не ощущала усталости.

Хотя не совсем так. Измождение, опустошение и смирение давно стали частью ее сущности. На это она уже даже не обращала внимания. Но после бессонной ночи сейчас испытывала ажиатированный подъем энергии и странную дрожь внутри, которой не знала, да уже и не искала объяснений.

Или это лишь на первом этаже, и на следующих людей окажется больше? Она не была уверена, но поняла, что не хотела бы этого. Элис было тяжело сейчас оказаться сосредоточием чьего бы то ни было внимания. Тем более, что она пришла в роли просителя.

Тяжело втянув воздух, она на секунду замерла, переводя дыхание. Здесь пахло лимоном и мятой. И еще чем-то, едва уловимым, горьковатым. Пока не различимым. Мята все перебивала. Холодно и отстраненно, несмотря на ковровые дорожки, скрадывающие шаги.

Хотя и свежо. Даже приятно, несмотря на холод и метель на улице, от которых все ещё покалывало кожу щек. Впрочем, в последние месяцы ей и летом было холодно, морозно до костей, так что аромат мяты не повинен. Он к месту. Тонизирует. Ее взбодрило, во всяком случае, помогая продолжить путь.

Тело болело. Все тело. И дышать было больно. А еще – смотреть по сторонам. Оттого она с гордым достоинством и безупречной осанкой смотрела только вперед. Правда, из-за этой проклятой осанки ныли все остальные синяки и ссадины. Николо вчера словно с цепи сорвался. Из-за воздержания? Хотя не то чтобы с ним такое не случалось и раньше. Регулярно. Однако вчера, видимо из-за заключения и своего подвешенного состояния, муж совершенно утратил контроль над собой. Или не считал необходимым сдерживаться.

Элис ощущала большую часть смятенных, злых и разъяренных эмоций мужа, когда он безжалостно и жестоко овладевал ее телом, пользуясь правом позволенного им свидания. Буквально пропитывалась его гневом. Они проникали в нее вместе с хаотичными и злыми ударами его плоти, с алчными и неумолимыми захватами твердых рук. Забивали ее нос, перекрывали горло. Душили, забирая возможность ощущать и различать ароматы.