«Шурочка и Вася в древнем городе»

Мия Шугар

Шурочка и Вася в древнем городе

– Да… Вот были же раньше мужчины… Не то, что сейчас – не мужики, а одно название. – Шура ткнула пальцем в экран смартфона, останавливая фильм, вынула наушник из уха и мечтательно посмотрела в окно купе. За стеклом не нашлось ничего примечательного, поэтому Шуре быстро надоело обозревать проплывающий мимо пейзаж, и она развернулась лицом к подруге. – Вась, ну скажи.

– Что сказать? – Василина отложила карандаш и газету сканвордов в сторону и устроилась с ногами на полке, приготовившись к очередному философскому опусу от подруги. Сашкин йорк Спартак лениво приоткрыл глаза, отчего пышные бровки смешно приподнялись, посмотрел на хозяйку и её подружку и, не найдя для себя ничего интересного, вновь задремал.

– Ты меня вообще не слушала? И перед кем я тут сорок минут, спрашивается, распиналась?

– Вообще-то, ты сериал смотрела!

– И что? Я же специально комментировала для тебя. Думала – обсудим после.

– Ну давай обсуждать, – обречённо вздохнула Василина. Тема мужчин её не особо интересовала, но против Потаповой разве пойдешь?

Сашка всегда была натурой увлекающейся, и Васе, как ближайшей подруге, волей-неволей приходилось участвовать во всех её затеях. В 11 классе, например, на Потапову снизошло откровение о собственном предназначении и она весь учебный год уговаривала подругу поступать вместе в Сельхоз на ветеринаров. Вася же не видела себя никаким врачом, и особенно, – последователем Айболита, потому на уговоры, шантаж и угрозы не поддалась и поступила в юридическую академию.

Потапова честно продиралась сквозь дебри ветеринарии, сдобренные парами по латыни и фармации, по выходным моталась в городской приют для животных и "волонтёрила" там, регулярно заманивая с собой ноющую Ваську, пока в середине третьего курса ее вновь не осенило.

Шура внезапно осознала, что работа ветеринара не такая беззаботная, как она себе представляла, и заключается не только в перерезании пуповины новорожденным щенятам, но и в гораздо более грязных и морально тяжелых манипуляциях.

Домучав кое-как третий курс и не сдав половину предметов, Шура помахала ручкой так и не ставшему родным институту, и отправилась искать себя дальше.