«Дорогой интриг»

Юлия Цыпленкова

Дорогой интриг

Я потянулась, открыла глаза и улыбнулась. Наступал прекрасный и значимый для меня день. И он был и вправду прекрасным, солнце, уже заглянувшее в мое окно, улыбалось в ответ. Сев на постели, я рассмеялась и повалилась назад, раскинув руки. Восхитительно! Всё-всё-всё сегодня восхитительно!!! И теплое солнечное утро, и шелест листьев за окном, и птичья трель, и даже шепот горничных за дверью опочивальни, ожидавших моего пробуждения. И пусть они уже услышали мой смех, но пока не войдут, потому что я не призвала их.

Перевернувшись на живот, я зарылась лицом в подушку и зажмурилась, что есть сил. Боги! Я ведь сегодня стала взрослой! И сегодня всё будет так, как я захочу, что бы ни случилась, это мой день. И я, опять перевернувшись на спину, рассмеялась, глядя в белый потолок с позолоченным орнаментом. Только так и не иначе, потому что я загадала свое самое главное желание, и оно непременно сбудется.

— Где моя дочь? — услышала я голос матушки. — Еще спит?! — ах, сколько недовольства было в ее восклицании, и я улыбнулась, уже предвещая в мыслях следующую фразу: — Несносное дитя! Как можно отлеживать бока в такой важный для всех нас день?! — Всё это она говорила, стремительно приближаясь к дверям опочивальни, и окончание было произнесено уже неподалеку от моей кровати. — Вставайте, дитя мое, немедленно пробудите свою совесть и вставайте с ней вместе, ибо без совести вы и дальше будете сводить меня с ума. Шанриз!

Но встретившись с моим взглядом и улыбкой, матушка снизила накал негодования и улыбнулась в ответ:

— Сколько вы еще будете терзать свою несчастную мать? — укоризненно вопросила она.

— Разве же вы несчастны, матушка? — спросила я в ответ. — Думаю, батюшка был бы сильно огорчен, узнав об этом.

Родительница всплеснула руками, а после, прижав одну ладонь тыльной стороной ко лбу, а второй накрыв грудь, произнесла:

— Вы совсем не жалеете своей матери, Шанни?

— Матушка, — я укоризненно покачала головой. — Я люблю вас.