— Каэри, этот человек, о котором говорил твой Император — из мира из твоих снов? Это он пытался уничтожить драконов, впечатал в меня заклятье, и вызвал вновь драконью лихорадку? — спросил Сиерлен немного задумчиво, словно решая, заслуживаю ли я доверия, чтобы со мной поделились ценной информацией.
Я отметила нюансы. Сиерлен сказал: "твой Император". Пресекать революционные настроения нужно сразу.
— Сиерлен. Это не "мой" Император. А наш. Не твои драконы. А наши. Если ты действительно хочешь связать со мною свою судьбу и то, что сказала твоя мама о том, что мы уже женаты по законам драконов — правда. Только тогда, когда мои проблемы — это и твои проблемы, а твои проблемы — мои, только в этом случае из нашей совместной жизни что-то получится. Одного секса для семейной жизни мало.
Я была готова к эмоциональному взрыву в стиле "я никогда не буду вассалом человека" и "драконы свободны и Императорам не подчиняются" и "никаких щитов я поднимать не собираюсь".
И была удивлена сердитым но "в тему" ответом Сиерлена: "Раз ты говоришь, что это наш Император, значит наш. У драконов матриархат Каэри. Тебе не нужно ставить мне ультиматумы. Достаточно просто сказать. Просто… когда я подумал, что потерял тебя, когда ты спасала Ричарда от драконьей лихорадки… я почти умер, Каэри. А потом, когда этот чертов полукровка Маэльтар решил отнять тебя у меня и я подумал, что ты выбрала его… я почти умер еще раз. Мне… сложно с тобой, Каэри. Тебе, наверное, тоже со мною сложно. Мы — разные. Но я помню, что ты из расы людей и что у тебя другие законы и другие правила. В моем мире девушка дракон… просто говорит парню, что он должен делать. И все. Не вдаваясь в объяснения "зачем и почему". Слово — уже закон. Также важно послушание старшим драконам. Это непреложно, это не обсуждают. Поэтому я встану рядом с тобой, без вопросов. Даже если это будет означать, что я погибну. Только учти, до того, как ты снимешь с меня проклятие, одним из рыцарей щита я стать все равно не смогу. Я просто не выдержу, мой магический резерв жрет это людское проклятие".
"Людское" прозвучало как ругательство. Сиерлен практически прорычал последние два слова.
Такая постановка вопроса поразила меня до глубины души. Это значит, Сиерлен считает, что рыцари щита могут погибнуть? Значит щит — это опасно?
Комментарии к книге «Академия для старшей дочери графа. Часть 2», Юлия Юрьевна Хегбом
Всего 0 комментариев