«Наследник для медведя»

Когда позади щелкнул замок, мне будто кусок льда положили на грудь, и сердце ударилось об него и забилось глухо. Вошедший не включил свет — не было нужды, эти звери прекрасно видят и так. Только сейчас я почувствовала в своей комнате чуждый тяжелый и пряный запах в сплетении дорогого мужского парфюма. Так устала, что хотелось быстрее завалиться в кровать. И ведь свет тоже не додумалась включить — зачем? А теперь, когда глаза привыкли к темноте, увидела и небольшой чемодан у комода, и пальто, брошенное через кресло.

Мужчина замер в нескольких шагах от двери, сложив руки в карманы брюк дорогого костюма и молча уставился на меня. Казалось бы, что проще — объяснить, что это моя спальня, что брат-козел специально подстроил нам это соседство. Но что-то подсказывало — с Рэмом Арджиевым таких случайностей не происходит. Весь вечер я контролировала каждый вдох в его присутствии, слишком хорошо представляя, какая власть и возможности в его распоряжении…

Будь он человеком, его все равно стоило опасаться. Но он им не был. Его мрачный внимательный взгляд — острый, как нож, будто полосовал кожу, а редкие слова будоражили каждый волосок на теле. Иногда я жалела, что знала о полузверях так много — работа обязывала, и такую свою реакцию на него могла точно объяснить: Рэм положил на меня глаз. Почему — планировала выяснить, но не таким образом, оказавшись в постели, предназначенной сегодня ему. В большом доме достаточно комнат, чтобы размещать гостей, но брат выбрал для Арджиева мою. Подонок. Устроил мне ловушку, и я в нее угодила, потеряв бдительность.

Медленно села, прекрасно зная, что он слышит и чувствует мой страх, слышит стук сердца…

— Простите, это всегда была моя комната, — спустила я ноги с кровати и поднялась. До чертиков хотелось еще и пуститься бегом к двери, но я только облизала пересохшие губы, отвлекаясь от паники. — Меня не предупредили, что она кем-то занята…

— Он тебя продал, — опасно громыхнуло в моей вселенной в исполнении низкого, немного хриплого голоса.

Я тяжело сглотнула, лихорадочно соображая:

— Ну вы же не животное, чтобы покупать живого человека, — попыталась улыбнуться.

— Изящная попытка, — усмехнулся он.

Впервые на моей памяти. Это обнадеживало. Но пока все складывалось плохо — Рэм весь вечер ставил мои нервы на дыбы не просто так. Решил, что я — его?