«Побочный эффект»

Мария Буквина

Побочный эффект

Файл создан в Книжной берлоге Медведя.

Это был дождливый день. Или будет. Все зависит от временного статуса. Хотя о каком статусе можно вести речь, когда совсем скоро смысл этого слова, как впрочем, и всех остальных, канет в лету.

Но пока до дня первых инцидентов еще оставалось время, и Анатолий Висаевский мирно посапывал на лекции по философии. Гамбургер, который сейчас пролетал мимо его рта, держал путь из самых глубин подсознания этого полного жизни двадцатиоднолетнего парня. Из тех же пенат росли ноги и у книжки-лангольера, возжелавшей отведать почему-то не разрекламированный американский продукт, а мускулистую человеческую плоть.

Анатолий закричал. Но, к счастью, в реальности вырвавшийся из его рта звук напоминал скорее хрипящее шипение (или, если угодно, шипящий хрип).

- Не дергайся пока, – прошептал другу Дима. – Еще двадцать минут осталось.

Где-то рядом раздался смех, но стоило только Анатолию повернуться, как реакция на его «помятый» вид тут же трансформировалась в суетливое копошение и нелогичные разговоры. Да, все-таки жизнь намного легче, когда ты под два метра ростом, неплохо накачан и умеешь делать взгляд «счас вcех урою».

Посмотрев на часы, Анатолий улыбнулся. Еще совсем немного, и он познакомится с той белокурой бестией, которая с грохотом вошла в аудиторию в самом начале лекции.

«Интересно, откуда она? – задумался Анатолий. – Наверняка, новенькая. Такую чудачку сложно не заметить».

Подобные чаяния молодости никогда не интересовали профессора Дюмонте. Даже в те далекие годы, когда все его сверстники сходили с ума от обилия мыслей о любовных утехах. А сейчас в свои пятьдесят два Кристиан Дюмонте мог думать лишь о наследии. Он должен был создать имя, которое сохранится навеки. Имя, которое будущие поколения будут произносить с придыханием.

Однако до сего момента все его попытки «примагничивания» биологических объектов оборачивались если не катастрофой, то хотя бы громким пшиком. На протяжении тридцати лет безрезультатных опытов профессор Дюмонте с завистью наблюдал за восхождением коллег. А те в ответ отпускали едкие замечания о бесполезной трате времени и средств.

Кристиану Дюмонте отчаянно не везло. Возможно, дело было в судьбе, высших силах, недостаточно большом мозге или разном размере ног. Но как бы то ни было, он с упорством барана продолжал настойчиво искать объяснение эффекту временной дезинтеграции.

И однажды случилось чудо. Эксперимент номер пятьсот четыре превзошел все отсутствующие ожидания собравшихся. Мышка Ками не просто выжила после очередного облучения, но и пролевитировала в течение целых пятнадцати секунд.

Это была сенсация. Социальные сети взорвались мыслями о будущем, полном полетов, и возникновении у людей невероятных способностей. Вспоминая все фильмы и истории, некоторые всерьез начинали готовиться к неминуемой войне с «мутантами».

Ученые в ответ на это лишь смеялись. Ведь открытие Дюмонте никоим образом не связано с генетикой, а до начала коммерциализации проекта могли пройти десятки лет.

Но что именно говорили люди, самого профессора волновало мало. Главное, это имя, звучащее каждый раз, когда речь заходила о летающих крысах и прочих чудесах.

Сын знаменитого ученого, Кристиан Дюмонте смог так долго продержаться в этой сфере лишь благодаря семейным связям. И теперь презрение других сотрудников института, которое в последние годы скрывалось все с меньшим тщанием, должно было пошатнуться и рухнуть под напором статей и публикаций.

А как могло быть иначе? Живой объект воспарил в воздухе, и вот уже две недели пребывает в добром здравии. Все жизненные показатели идеальны. Следовательно, Лучи Дюмонте не только действуют, но и безопасны.

Вот только настроение у мышки никто не изучал. А она изо дня в день кушала, бегала, спала. И снова. И снова… Как по расписанию: секунда в секунду. Все изменилось, когда Ками вернули в клетку с другими особями. Но этот побочный эффект остался незамеченным.

Возможно, если бы охранник не так часто смотрел на работе футбол или хотя бы не забыл включить камеры наблюдения, тогда сущность человека была бы спасена…

Это началось незаметно. Легкая забывчивость, затухание взгляда, ощущение нехватки чего-то очень важного. Как только лучи Дюмонте соприкоснулись с электричеством, произошла реакция, остановить которую уже не представлялось возможным.

А люди не привыкли жить без электричества. И чем больше они находились под воздействием поглощенных лучами электромагнитных полей, тем сильнее менялись. Их внутренняя сущность, та энергия, которую многие называют душой, постепенно отделялась от тела. А с ней исчезала и индивидуальность.

К ужасу человечества, это был лишь первый этап изменения…

Анатолий Висаевский не мыслил своего существования без общения с гаджетами. Его сущность покинула хозяина уже через сутки после начала эпидемии.

Но Анатолий этого не заметил. Как и многие другие, он больше ничего не понимал. Лишь когда к нему зашел сосед Юра, Анатолий вновь ощутил какое-то желание. Нет, не так. Вернее, не совсем так. Пропажа ощущается куда заметнее, если обнаруживаешь, что другой владеет чем-то подобным.

Так у Анатолия возникла потребность. Своего рода голод, утоление которого теперь было единственной целью его физической оболочки.

- Ээээ… Я не по этой части, – только и успел произнести гость, когда Анатолий подошел к нему сзади. – Ты чего!? Не хватай меня так.

Стоит признать, у Юры еще был шанс сбежать от предстоящих обнимашек, но он почему-то предпочел его не использовать.

Всего десять секунд – и внутреннее я этого улыбчивого парня переместилось в нового хозяина.

- Юра?! Что с тобой? – очнувшись словно от сна, Анатолий попытался расшевелить гостя. И гость, что характерно, расшевелился.

Как только образовавшаяся пустота почувствовала сущность, которой может быть заполнена, Юра встал и приложил руку к голове Анатолия. Вновь теряя часть потока, рассеянную при перемещении, остаток души вернулся к своему хозяину.

- Ааааа! – заорал Юра и бросился прочь, так и не поняв, что именно только что произошло в жилище Висаевского.

Косяк двери преградил ему путь – легкая дезориентация так неудачно оказалась одним из симптомов возвращения сущности. Анатолий воспользовался заминкой и вновь набросился на Юру. С каждым своим перемещением душа теряла свою часть. И вскоре по квартире расхаживали две пустые физические оболочки.

Они могли продолжать свое движение довольно долго, но визит распространителя какой-то метафизической литературы заставил парней объединиться в своем желании последовать за горе-проповедником.

Выбежав на улицу, они как раз успели к началу мировой эпидемии. Эпидемии, не причиняющей боли, не изменяющей ДНК и никоим образом не влияющей на здоровье.

- Нет! Оставьте меня! – еще пару дней назад подобные крики «белокурой бестии» заставили бы Анатолия наброситься на любого ее недруга. Но сегодня он даже не повернулся на призыв о помощи.

Аврора Крутская, впрочем, тоже была не лыком шита. И она не собиралась задерживаться, чтобы выяснять причину, по которой люди вели себя совсем не как люди. Всего одни выходные за пределами города, всего пару дней без интернета, телефона и прочих спутников современного человека. И вот мир уже сошел с ума, а Авроре об этом сообщить никто не потрудился.

«Так… Кажется, главное – это не позволять никому прикасаться к себе», – подумала она, оставив в руках слишком настойчивого мужчины свою кожаную куртку.

«И что теперь? Куда бежать? Надо понять, что происходит. Гугл, где ты, когда так нужен?!» – Аврора принялась судорожно оглядываться, но ни один путь отхода не казался безопасным на сто процентов.

Распространение неизвестного вируса происходило донельзя хаотично и при этом стремительно. Все больше людей теряли свою душу и проводили остаток сознательной жизни в поисках ее заменителя. Пока рядом находился кто-то, наполненный сущностью, остановиться было невозможно.

К сожалению, чужая начинка оказалась неспособной надолго возместить потерю. Обновленный человек терял ее, как старый мобильник теряет свой заряд. Когда-то так любимый хозяином, но постепенно забытый благодаря покупке новомодной замены. И вот уже никому нет дела до изжившего себя устройства. Поэтому его последние писки навсегда остаются незамеченными.

В отличие от телефона, у людей встроена функция передвижения, и их инстинкт выживания работает, даже когда выходит из строя «программное обеспечение».

Анатолий держался долго. Раз за разом он вновь потреблял сущность и возрождался. На час, на два, иногда заряда хватало и на день. Но все же этого было недостаточно. Особенно когда истинные люди перешли в разряд деликатесов.

Прошла неделя, и большинство душ совершило уже не одно перемещение. Разодранные, истерзанные, эти остатки человечности дарили последние моменты осознанной жизни. Жизни, о которой совсем скоро не останется даже воспоминаний.

В отличие от большинства девушек, Авроре Крутской требовалось мало времени, чтобы превратиться в объект желания. Красота от природы – это редкий дар. Вот только пока он почему-то принес ей больше вреда, чем пользы.

Но мир изменился. И стандарты красоты тоже. Теперь внешность стала последним фактором, влияющим на внимание окружающих. При прочих равных, Аврора вряд ли бы выделилась из толпы. Если бы не одно но: вернувшись в город абсолютно нетронутой, она каким-то чудом умудрилась практически не приближаться к порабощенным лучами Дюмонте электромагнитным полям.