«Колыбельная»

Дарья Кинкот

Колыбельная

Предисловие

Что бы вы отдали ради вечной жизни? Отсутствие болезней, невозможность какого-либо повреждения. Идеальная крепкая оболочка – вы словно робот, но ваша душа все еще при вас. Вам не требуется удовлетворение таких биологических потребностей как сон, голод и справление нужды. Вам даже не нужно мыться! Но это не значит, что вы не можете насладиться вкусным ужином и горячей ванной, если пожелаете.

Если все это кажется вам идеальной жизнью, то вы бы явно были в восторге, родившись сибаритом на планете Труа. Правда, «рождение» слишком громкое слово… Ресурсов здесь с лихвой хватает для того, чтобы никому и никогда не приходилось работать. И все же, если в вас бушует жажда трудоголизма, вы были бы прекрасным виртуозом. А если вам больше по душе мирно наблюдать за происходящим и плыть по течению – вашей тропой стала бы дорога созерцателя. Неугомонных же личностей с кучей хобби здесь принято называть артистами.

А как вы думаете, что бы отдали эти прекрасные бессмертные существа ради возможности отдохнуть от надоедающей обыденности?

Заморозка – идеальный вариант для скучающих сибаритов. Специальный аппарат погружает вас в анабиоз, срок которого вы выбираете сами. Это может быть всего пара недель или месяцев, а может быть сотня лет. В это время с вами, естественно, никто не сможет связаться.

Вам кажется это диким? Проживите для начала несколько столетий, делая одно и то же, тогда вам станет понятно желание этих несчастных.

Но порой и этого им бывает мало… Сколько вы готовы прожить, прежде чем поймете, что больше вы жить не можете? У каждого сибарита есть свой такой срок. И когда он подходит к концу, они записываются на процедуру, которая носит приятное название колыбельная. Благодаря ней ваш разум загружается в главный компьютер. Ваши друзья и родственники могут поговорить с вами, когда им только вздумается, придя в ведущий центр технологий. Но как бы красиво это не звучало, итогом введения этой особенной сыворотки является смерть. Для сибаритов это является единственным способом умереть.

Валери спешила к центру заморозки – ее пышная длинная юбка развивалась на ветру, как и яркие оранжевые волосы, длиной до лопаток. У этой бледной девушки были блестящие серебристые веснушки в виде звезд по всему телу, а также на щеках. У многих сибаритов были подобные отличительные особенности. Ко всему прочему у нее была гетерохромия. Правый глаз был насыщенного зеленого цвета, а левый – голубого.

Улицы в этом районе были крайне пустынны – сюда наведывались лишь сибариты, желающие «впасть в спячку», а также провожающие и встречающие. Валери была как раз из последних.

Обойдя кругом главное здание – серое и минималистичное, в форме куба – девушка стала замедляться, увидев у входа фигуру своего брата-близнеца. Единственное, чем он отличался от своей спутницы, так это отсутствием веснушек и наличием негустой бороды. Короткие волосы были модно уложены. Парень поправил цветастую рубашку, заправленную в горчичные брюки, и помахал ладошкой с лучезарной улыбкой.

– Мартиии! – протянула сибаритка, обнимая юношу.

– Блестка, ты опоздала.

– Да, я в курсе…

Валери зачесала назад свои растрепанные волнистые волосы и приняла надутый вид. Будто бы у ребенка отняли конфету. Она вела себя так только с ним.

– Тебе повезло, Ханна еще не вышла… – Мартино взглянул на входную дверь. – Почему ты задержалась?

– Ты же знаешь меня, не уследила за временем, как обычно, – она махнула рукой.

Сибарит нахмурился.

– Ну что? – фыркнула его сестра.

– Она пришла встречать тебя вовремя.

Это была правда. Пять лет назад Валери вышла из десятилетней заморозки, в которую она впала на свой сотый день рождения. Да-да, вы все верно подсчитали – ей и Мартино было сто пятнадцать лет. Еще совсем дети по меркам Труа.

– Я не просила вас встречать меня, – девушка скрестила руки. – Да и к тому же, у нее этот год прошел за одну секунду. Я-то уж знаю…

– И все же…

– Тшш! – театрально прикрикнула сибаритка, увидев, как открывается дверь.

Парень тут же перевел нетерпеливый взгляд на возникший там силуэт. Ханна, ровно такая же, как и в день заморозки, выходила из центра с легкой улыбкой на лице. Ее светлые русые волосы, тянущиеся до самого копчика, были подстрижены лесенкой, а на щеках был едва заметный румянец. Карие глаза сверкали, как и пайетки на темно-синем платье.

– А вот и наша спящая красавица! – радостно воскликнула Валери.

Она действительно сильно соскучилась.

– Здравствуй, – Марти потянулся к девушке и коснулся ее губ своими.

– Здравствуй, – сибаритка потерлась лбом о своего возлюбленного.

Отстранившись, она позволила Валери обхватить себя руками.

– Ну что, надеюсь, что на этот раз мы уложимся за пару часов? – ухмыльнулась Ханна.

В прошлый раз ребятам пришлось рассказывать о произошедших событиях на протяжении нескольких дней.

– Да, думаю, да, – Валери оценила шутку.

Обхватив плечи спутницы, она повела ее в противоположную от здания сторону. Мартино шел рядом.

– Наш виртуоз как раз подготовил свою новую выставку, – с энтузиазмом продолжила девушка. – Так что ты сможешь заняться своим привычным делом – созерцанием.

– О, да неужели? – Ханна положила руку на плечо ее брата. – Марти, это просто замечательно.

– Я не мог дождаться, чтобы показать тебе мои новые работы, – он улыбнулся.

– Теперь я здесь.

– Что поделать, – вмешалась Валери, – по статистике созерцатели чаще других решают воспользоваться услугами заморозки.

– А артисты – колыбельной…

Девушки напряглись, услышав данное замечание. Родители близнецов были артистами, и уже лет как двадцать их разумы покоились в главном компьютере. Для Мартино это была больная тема. Ко всему прочему, его сестра тоже была артисткой.

Троица провела прекрасное время за трапезой и разговорами, в ходе которых Ханна была просвещена обо всех важных событиях, случившихся за время ее анабиоза. Затем Валери вернулась к себе. У нее был потрясающе просторный дом, окна в котором тянулись вдоль всей высоты стен. В гостиной, такой же белоснежной, как и все остальные комнаты, стоял рояль. В тренажерном зале располагались стойки для занятия балетом, а снаружи, во дворе, находился бассейн.

Сибаритка направлялась именно к нему. Скинув с себя юбку и топ, она достала из шкафа в спальне черное бикини и неспешно надела его. Оказавшись у стеклянной двери, ведущий наружу, девушка застыла – то ли, чтобы полюбоваться безоблачным голубым небом, то ли от гнетущих голову мыслей. Валери утомленно вздохнула и толкнулась в проем всем телом. Солнце приятно грело ее кожу, а ветер трепал переливающиеся волосы. Она нагнулась к воде, чтобы проверить ее рукой – было тепло. Вытянув руки, сибаритка нырнула в бассейн и проплыла несколько метров, прежде чем «вдохнуть кислорода» – на самом деле, сибариты могли дышать под водой.

Через несколько минут по всему дому раздался звуковой сигнал, и тогда девушка приблизилась к краю – там тут же возникла цифровая панель с напоминанием. Завтра Валери должна была навестить родителей.

В центре технологий сегодня было на удивление людно. Сибаритка добралась сюда на сверхзвуковом поезде. Комнаты для встреч никаким образом не были отделены друг от друга – посетители просто стояли чуть поодаль, вокруг главного компьютера – он представлял собой достаточно широкую башню, тянущуюся к самому небу. От него шла целая сеть специальных устройств, которая была похожа на настоящий лабиринт. С определенной периодичностью там стояли стойки с планшетами – каждая такая стойка и являлась своеобразным местом встречи.

Аннабелль Эванс – мать Валери – стояла перед дочерью в виде проекции, созданной компьютером. Это была красивая женщина с длинными рыжими волосами, завязанными в пучок на боку. Ее большие зеленые глаза были самой цепляющей деталью ее внешности.

– Ты не хочешь пригласить сюда отца?

Голос Анны не был строгим, скорее удрученным. Валери, сидевшая все это время на небольшом пуфе напротив, устало взмахнула запястьем, вызывая проекцию Стивена – высокого темноволосого мужчины с маленькими родимыми пятнами по всему лицу.

– Какой приятный сюрприз.

Он улыбнулся дочери, а затем перевел взгляд на свою возлюбленную:

– Дорогая.

– Я рада тебя видеть.

Выражения их лиц были до глубины души трогательными, но Валери сейчас была не в настроении наблюдать за этим:

– Для вас время-то не идет, когда вы не вызваны. Хватит строить из себя соскучившихся любовников.

– Что-то случилось? – Стив выглядел взволнованным.

– Колыбельная, – печально подтвердила Аннабелль.

Мужчина испуганно распахнул глаза:

– Мы опять к этому вернулись?

– Почему вы так на это реагируете? – Валери всплеснула руками. – Вы сами прошли колыбельную. И я ни разу не видела, чтобы вы жаловались.

– Мы – это совсем другое дело…

– Да? И почему же? – сибаритка явно разозлилась. – Потому что своим поступком вы разбили Марти сердце, а значит, мне теперь не позволено сделать того же?

– Нет же, – ее мать покачала головой. – Мы утомились. Мы были намного старше тебя. О лорд, Стив, сколько нам тогда было? Кажется…

– Около тысячи лет.

Валери опустила разноцветные глаза.

– А тебе, милая, еще даже нет двухсот лет. Ты еще не познала жизни…

– Но я тоже утомилась!