«Загадки древних храмов или верните тело обратно!»

Инна Кентий

Загадки древних храмов или верните тело обратно!

Файл создан в Книжной берлоге Медведя.

Алевтина Семеновна почувствовала ожегший болью ее обнаженную пятую точку шлепок увесистой ладони и резко вынырнула из вязкого удушливого забытья. Плохо понимая где она и что с ней случилось дернулась, пытаясь выбраться из неудобного положения, и поняла, что кто-то крепко придавливает ее к столу, удерживая руки в крепком захвате.

- Не дергайся, мелкая дрянь! – зло взрыкнули над ней. – Я покажу тебе, как дерзить! К тебе быстро придет понимание, кто тут главный и, что меня надо слушаться!

Если бы выдавали премию за самый ошеломленный взгляд, то она получила бы ее, заметно обогнав своих конкуренток. Сказать, что Алевтина Семеновна была в шоке – ничего не сказать. Уж сколько она всего успела увидеть за свои 79 очень разных лет, а такого даже представить себе не могла.

Она ведь только минуту назад шла с рынка домой…

И вновь попу обожгло увесистым шлепком, а бедро пронзило резкой болью от грубого щипка.

- Прекратите немедленно это… - попыталась грозно возмутиться она, но из горла вырвался лишь едва слышный хрип.

- Ты поставишь свою подпись под брачным договором, если не хочешь, чтобы в следующую нашу встречу я приказал тебя выпороть у столба, как какую-нибудь проворовавшуюся прислугу! – и еще один хлесткий шлепок достался и так уже горящей от ударов попе.

Это она – мелкая дрянь?! Выпороть у столба?! Что за чертовщина?! Что это за шутки?! Кто мог так насмехаться над ней?

Какой брачный договор? Ее ненаглядный дед, с которым они живут душа в душу уже 58 лет, был жив и здоров, на сколько это было возможно в возрасте 85-ти лет, когда она утром пошла на рынок за продуктами.

Неужели скрытая камера?! – с ужасом подумала она и, впервые, за последние 35 лет уж точно, к ее щекам прилил яркий румянец. Не хватало только на старости лет на весь мир голой попой посветить! Позор-то какой!

Ну она им задаст! Она до суда дойдет! Охальники! Это ж подумать только до чего развратники додумались! ...

Но когда и где они успели ее так ухватить? Что с ней сделали, что она ничего не помнит? Алевтина попыталась восстановить события последнего времени.

Перед глазами промелькнули картинки, как огромный черный внедорожник, который вывернул на встречную полосу, чтоб не сбить выбежавшую из-за автобуса девчушку, понесся виляя и пытаясь затормозить к противоположному тротуару, где стоит она, Алевтина Семеновна. Визг тормозов, сонм автомобильных гудков…

Попу в очередной раз обожгло болью, напомнив, что для воспоминаний она выбрала крайне неподходящую кампанию.

Не время выяснять детали всей этой аморфии. Сейчас главное, вырваться из захвата этого извращенца и понять, кто они такие, и куда следует бежать, чтоб потом так ответить, что больше этим беспредельщикам неповадно будет над пожилыми людьми так насмехаться!

Очередной болезненный шлепок и язвительный вопрос:

- Ты все еще не хочешь подписать бумаги?

Перестав обращать внимание на все странности происходящего и кипя от негодования, Алевтина извернулась и больно лягнула своего обидчика, попав каблуком ему по колену, с мстительной радостью услышала его болезненное шипение. Захват руки, удерживающей ее, заметно ослаб.

Воспользовавшись минутной растерянностью хулигана, Алевтина Семеновна рванулась в сторону, краем сознания отмечая удивительную для ее больной спины гибкость и уж очень могучее, «не городское» телосложение «воспитывающего» ее мужчины.

Как молодая козочка она скакнула к двери.

Комната больше всего напоминала кабинет из тех прошлых, еще довоенных лет, когда маленькая девочка Аля после школы забегала к отцу на работу в похожий кабинет, чтобы занести купленный у бабы Зои горячий пирожок, отчитаться, как прошел день в школе, и потом не спеша пойти домой делать уроки.

Недолго думая, Алевтина Семеновна рванула дверь на себя и перескакивая через ступеньки, побежала вниз, на первый этаж.

Ого! Как я, оказывается, могу! Есть еще порох в пороховницах! – восхитилась она своей неожиданной прыти, резво вылетев на крыльцо.

Окинула взглядом совершенно не характерный для города пейзаж, на автомате подхватила мешающиеся в ногах пышные юбки и устремилась к маячившим вблизи воротам.

Вначале бегом из этого содома, а потом уже анализировать все странности, выяснять личности хулиганов и писать жалобы и заявления в полицию.

Но не успела Алевтина сделать и шага от крыльца, как побег был ловко пресечен захватом поперёк туловища. Ее, словно пушинку приподнял над землей и запихнул подмышку огромный детина, раза в полтора крупнее и выше того, что кричал на нее в кабинете. Одной рукой крепко удерживая Алевтину Семеновну на внушительной высоте от земли, другой рукой мужчина отправлял меч в ножны.

Да что ж они тут все такие огромные! – пыхтя сердитым ежиком, подумала она.

- Полно те, барышня. Куда Вы собрались? По дорогам разбойники бродят, да и не гоже это знатной девице одной без сопровождения за ворота выходить. – пробасили у нее над головой.

- Отпусти меня, мерзавец! – задергалась в крепких мужских руках Алевтина.

Захват был хоть и мягкий, но профессиональный, не вырвешься. Пришлось, порыпавшись еще немного в запале, смириться со своим положением.

Обвиснув в руках своего «захватчика», она начала осознавать всю абсурдность ситуации. Какая барышня? Какие разбойники на дорогах? Какое сопровождение? Странные одежды, странный говор, странные претензии… Кто сейчас ходит с огроменными мечами по двору своего дома? Да и что это за дом такой, больше напоминающий роскошный готический замок? Кто носит кожаные доспехи поверх одежды? И на ней пышные юбки откуда?

Тут громко хлопнула входная дверь.

- Поймал, негодницу? Молодец, Лерон! Запри ее в башне, и чтоб глаз с нее не спускали! – часто дыша, на крыльцо прихрамывая вылетел уже знакомый Алевтине Семеновне любитель шлепать старушек по попе. – Не кормить! Один ковш воды в день, пока не образумится!

Выкрикнув последнее распоряжение, мужчина вытер платком взмокшую лысину и обессиленно привалился к столбу крыльца, кривясь от боли в ноге.

Ага! Получил на орехи, голубчик! Будешь знать, как распускать руки! – злорадно подумала Алевтина Семеновна.

- Не извольте беспокоиться, сударь! Будет исполнено. – пробасил в ответ верзила Лерон.

Перекинул Алевтину через плечо, как пушинку, и легкой походкой понес куда-то через весь двор, а затем по мрачной, узкой, темной лестнице наверх до единственной массивной узкой двери, расположенной под самой крышей строения.

Резкая встряска отозвалась острой болью в виске. К горлу подкатил комок горечи. Стараясь, как можно меньше дергать пульсирующей болью головой, Алевтина болталась кверху попой на плече Лерона и, пока он тащил ее в башню, разглядывала удивительную сюрреалистическую картину вокруг.

Хоть как-то логически объяснить увиденное не получалось. Это не спектакль и не розыгрыш, слишком достоверным было все вокруг.

Кони, воины в экипировке а-ля Средневековье, величественный замок, окруженный внушительной каменной стеной, странные, ни на что не похожие светильники на стенах…

Реализованные мечты чокнутого миллионера, помешанного на Средневековье? И зачем ему 79-летняя старушенция? Тоже не сходится.

Едва протиснувшись в узкий дверной проем со своей ношей, мужчина грубо скинул Алевтину с плеча на жесткую лежанку в маленькой комнатушке. И даже не обернувшись на ее сдавленный стон, вышел, лязгнув засовом.

Ловушка захлопнулась.

Дождавшись, когда утихнет вспыхнувшая от резкого приземления на дощатую постель боль в копчике, в избитой попе, в виске, и немного отпустит накатившая волна тошноты, она начала собирать разрозненные фрагменты случившегося в единый пазл.

Дело приобретало совсем уж худой оборот. Все это совсем не было похоже на шутки молодых идиотов-хулиганов. Те запирать и удерживать ее не стали бы. Поулюлюкали вслед, посмеялись, да и забыли о жертве своей злой шутки.

Столь масштабную фантасмагорию ради розыгрыша одной резвой старушки никто не стал бы устраивать, как и красть ее, чтобы поиграть в БДСМ…

Что нужно от нее бандитам тоже пока не ясно. Согласие на брак? - Да глупость это полнейшая! Группа шизофреников!

Но сидеть и дожидаться, пока ее объявят в розыск, найдут и спасут от этих психов, она была не намерена. Ее полыхающая пятая точка буквально кричала, что это не игра, и сматываться отсюда надо, как можно скорее и дальше.

Эх, как говорится, спасение утопающих дело рук самих утопающих.

Прикидывая так и эдак варианты своего освобождения, Алевтина Семеновна, простукивая стены, обходила доставшиеся ей во временное пользование владения.

Окно зарешечено, дверь крепкая, запор надежный. Открыла хлипенькую дверку, за которой обнаружилась аскетичная ванная комната. Ничего лишнего - душ со странным краном для умывания и стульчак, неизвестно каким образом прикрученный к стене.

Так и не найдя при осмотре никаких зацепок, чтобы можно было незаметно покинуть это скромное жилище, женщина решила слегка передохнуть, освежиться и вновь уже более детально исследовать свою камеру предварительного заключения.

В висок все также долбился дятел, во рту ощущалась противная горечь, попа ныла, болела и горела огнем. На предплечье наливались внушительных размеров синяки. Все указывало на то, что за нее взялись всерьез.