«Вежливость»

Галина Романова

Вежливость

— Капитан Хватов! Хват!

Он остановился. Чтобы сам начальник отделения бежал за ним по пятам, крича на весь коридор…

— Да, шеф.

— Капитан Хватов, — капитан Крокус, его недавний начальник, сейчас пошедший на повышение, остановился, переводя дух. — Капитан… Гурий… у вас сейчас первый самостоятельный вылет в качестве патрульного…

— Так точно, шеф!

— Вы уже получили задание?

— Так точно. Сектор 2-бис-6-14-29 созвездия Улитки, — подробные звездные карты — он это знал точно — уже несколько минут как были отправлены в память «Стремительного» и продублированы на его собственный, капитанский, наручный комм.

— Черт… — выругался Крокус. — Они там с ума посходили, что ли? Там же «черных» как грязи… Шесть нападений за четыре месяца. Послать мальчишку… — он осекся, поймав пристальный взгляд Гурия. — Вы можете отказаться, капитан Хватов. Все-таки первый вылет…

— Разрешите обратиться… Никак нет, шеф! — отчеканил тот, непроизвольно выпрямляясь.

— Вы принимаете задание?

— Так точно.

— Тогда… — капитан Крокус помедлил и аккуратно коснулся плеча своего недавнего старшего помощника, — поосторожнее там. И, самое главное, повежливее. Все-таки мы — Галактическая полиция, а не это самое… Ну, понимаете? Вежливость — наше все!

— Так точно. Понимаю, — Гурий невольно улыбнулся. — Разрешите идти?

Капитан Крокус невольно задержал на нем взгляд. Подтянутый, худощавый, с мальчишеской обаятельной улыбкой… и подозрительным блеском светлых глаз. Что такие мальчишки ищут в Галактической полиции? Романтику дальних миров? Или их влечет сюда обостренное чувство справедливости? Этот парень, Гурий Хватов, чьим местом рождения значился далекий Марс в Солнечной системе скопления Девы, явно искал здесь что-то свое.

— Идите, капитан.

Да, сектор был так себе. Окраина. Вдалеке от богатых обжитых миров. Поблизости не было даже систем, где находились перевалочные станции. Все созвездие Улитки было таким — его составляло всего пять звезд, вокруг которых вращалось в общей сложности одиннадцать планет. Из них обитаемы были лишь шесть, причем на четырех планетах жизнь еще не достигла стадии разумной. На двух других разум уже появился, но местное население пока даже не начало пользоваться электричеством и потому контакты были существенно ограничены.

Однако это не мешало использовать пространство. По иронии судьбы именно через относительно пустой сектор было проложено семь караванных путей. По семи направлениям тут почти каждую неделю летали корабли, не считая тех частников, которые всего-навсего хотели «срезать угол напрямик». Чем и пользовались пираты, сами себя называвшие «черными» звездопроходцами. Шесть нападений за четыре месяца — это только те, о которых было известно полиции, ибо шесть подвергшихся нападению кораблей успели передать сигнал тревоги и как-то ухитрились отбиться от пиратов. Но сколько таких неудачников просто-напросто не смогли этого сделать? В глубоком космосе ежемесячно пропадает без вести около полусотни кораблей. Кто-то потом объявляется сам, кого-то находят в виде груды обломков, а судьба примерно половины так и остается никому не известной. И кто знает, может быть, некоторые из них и нашли свой конец в секторе 2-бис-6-14-29.

В задачу патрульных крейсеров Интергалакпола входило, насколько возможно, уменьшить их количество.

Первая декада прошла стандартно. Полицейский крейсер «Стремительный» вошел в сектор точно в расчетное время, о чем было доложено начальству и, рассчитав маршрут, стал курсировать туда-сюда, чутко прислушиваясь к «звездному шуму» — звукам, которыми полно пространство. Это только кажется, что космос молчалив. Шорохи, скрежет, писк, похрустывание, мелкий стук метеоритов об обшивку и — изредка — позывные.

В свое время Гурий любил слушать «звездный шум». Он был для него существенной частью так называемой романтики. «Стремительный» летел по заданному маршруту, а новоиспеченный капитан большую часть свободного времени торчал на мостике, рядом со связистом. Тот сперва нервничал — известно, что начальство любит мешать работе! — но Гурий Хват был предельно вежлив и корректен в общении с коллегами, еще будучи простым стажером. Не изменил своему правилу в должности старпома, и даже получив капитанские нашивки, остался вежливым, как прежде.

Вот и сейчас он просто стоял рядом, чуть наклонив голову к плечу, прижимая пальцем микрофон.

Связист моргнул.

— Сделайте чуть погромче. Пожалуйста!

— Вот так? — связист слегка подправил настойки.

— Еще немного. Вот! Слышите?

— Сигналы? — в эфире возник весьма характерный ритмичный писк.

— Вот-вот. Вам это ничего не напоминает?

Писк был не просто характерным. Он слагался в весьма знакомый код.

— «Мэй-дей»?

— Что там, кэп? — дежуривший у штурвала второй пилот отвлекся от экранов.

— Сигнал бедствия.

— Почти на границе сектора, — связист усилил звук, проверил частоту. — Примерное направление 2-бис-48-3/1.

— Это, — пилот торопливо вбил данные в навигатор, — не просто почти на границе. — Это и есть граница.

— Передайте: «Идем на помощь!» — Гурию хватило секунды для принятия решения.

— Но… это в стороне от маршрута и…

— И я вас очень прошу, — сказал капитан. — Кроме того, мы же на минуточку. Только посмотрим, что и как… и сразу вернемся назад. Пожалуйста.

Когда новый капитан «Стремительного» просил таким тоном, ему никто не мог отказать.

Пассажирский лайнер погибал.

Схватка была короткой и отчаянной. На каждом лайнере есть система обороны — без парочки носовых орудий ни одно судно не выпускают в глубокий космос. Но чаще всего что это за орудия? Исключительно для того, чтобы расстреливать слишком близко подлетевшие метеориты. Ну, еще у личного состава есть несколько станнеров и шокеров. Ну, в стены кое-где вмонтированы взрывные устройства. Но даже на самом мощном станнере всего одна обойма на двадцать зарядов, а взрывные устройства расположены таким образом, чтобы помочь спасателям добраться в случае аварии до заблокированных в отсеке людей, а вовсе не для того, чтобы помешать кому-то постороннему проникнуть внутрь. И поэтому не было ничего удивительного в том, что, когда из-за ближайшего астероида вынырнул вооруженный от кормы до носа корвет и, недолго думая, открыл предупредительный огонь, приказывая сдаться, лучшее, что мог сделать пассажирский лайнер — это послать в эфир сигнал бедствия и попытаться удрать.

Да-да, только попытаться. Потому как пиратский корвет предупредительно встал поперек курса, а даже самый маневренный корабль не может развернуться во мгновение ока. Три минуты на экстренное торможение, еще минута на проверку всех систем, затем пять минут на маневр уклонения…

На четвертой минуте маневра лайнер с двух сторон атаковали четыре маневренные «Осы» — классические флайеры, отлично приспособленные как для полетов в атмосфере, так и для маневров в космосе. На «Осу» можно было установить всего одну пушку, зато она могла нести до дюжины боевых единиц живой силы. Четыре синхронных выстрела из носовых пушек четырех «Ос» поразили сразу все четыре маневренные двигателя лайнера, лишив его подвижности. По сути дела, ему оставили только два варианта — полный вперед и полный назад. Но еще один, уже прицельный, выстрел со стороны корвета повредил ему носовую броню. Произошла частичная разгерметизация рубки. Лайнер лишился команд из центра и повис в пустоте. Еще пару минут спустя «Осы» завершив маневр, атаковали его вторично, пробивая броню в районе шлюзовой камеры, там, куда входили планетарные челноки, доставляя на лайнер пассажиров. Один челнок и сейчас еще стоял там. Когда лайнер приблизится к очередной планете, именно на нем сойдут на грунт некоторые пассажиры. Оказалось достаточно сделать всего три выстрела, чтобы открыть доступ внутрь корабля.

Атакующих было всего три десятка, и, несмотря на то, что среди них не было боевых киборгов последних моделей, на то, чтобы полностью сломить сопротивление экипажа и объяснить пассажирам, кто тут главный, ушло от силы полчаса.

После этого предстояла самая приятная для захватчиков процедура — сбор добычи. Даже дележка не так приятна — ведь делят чаще всего не добро, а деньги и не сразу после боя, а несколько дней или недель спустя. Ибо мало захватить рабов и ценности — их еще надо продать, и только после этого вырученные средства распределить между участниками рейда. А во время сбора добычи всякое может случиться. Ты найдешь крохотную бирюльку со светящимся камешком, сунешь ее в потайной кармашек и — как знать! — может быть, удастся продать ее на черном рынке тайком от капитана. Кроме того, собирая добычу, ты можешь сам решать, что хватать и тащить на «Осу», а что оставить. Это так приятно — когда есть выбор!

Первая партия «барахла» и рабов уже была погружена на «Ос» и отправлена на корвет, пираты тащили к шлюзам вторую партию, прикидывая, стоит или не стоит делать третью ходку, когда у десятников одновременно взвыли зуммеры общей связи.

Сначала никто не обратил на это внимания. Мол, нервничает кэп, приказывает поторопиться. Но когда сигнал тревоги зазвучал второй раз, все забеспокоились.

Из ближайшей пространственной «норы», той самой, которой недавно воспользовался лайнер, вынырнул полицейский крейсер и с ходу ринулся к месту схватки. В эфир полетело предложение сдаваться.

— Он спирт с антифризом не попутал? — фыркнул капитан пиратского корвета, когда ему доложили о требовании полицейского. — Пошел он…

— Так и передать? — вскинул брови радист.