«Университет Истинного Зла 2»

Наталья Лисина

УНИВЕРСИТЕТ ИСТИННОГО ЗЛА 2

Ректор нервно расхаживал по своему кабинету, то и дело наступая на некогда белоснежную ткань мантии и постукивая ладонью по своему бедру. Уши эльфа взволнованно подрагивали, и я не могла оторвать взгляда от столь забавного действа.

— Мирридиэль, успокойся, это всего лишь практика с Тёмными, — улыбнулась я успокаивающе и поймала друга за руку, заставляя его остановиться.

— Для тебя это всего лишь практика с Тёмными, а для меня это — «как воспримут Тёмные и Светлые друг друга», «как бы избежать конфликтов», «вдруг Тёмные разрушат наши леса ещё больше», — признался архимагистр с тоскливым вздохом, но не попытался продолжить свои нервные метания. Сел на соседний стул, спрятал лицо в ладонях.

Я прекрасно понимала его волнение, потому как сама испытывала его перед прибытием Светлых в Университет Истинного Зла. Да и сейчас испытываю тоже, но не так ярко. Теперь предвкушения во мне в разы больше, ведь практика с Тёмными означает встречу с знакомыми, почти родными лицами, возможность наладить контакт между студентами академии и университета и, конечно же, самую весёлую часть студенческой жизни.

— Не стоит так волноваться, с ними будем я, отец и профессор Тримал. Мы не позволим никому причинить вред лесу или друг другу, — сказала мягко и успокаивающе, с трудом сдерживая улыбку. Был в предстоящей практике и ещё один плюс: отсутствие леди Аристон.

Она уже пять месяцев не могла уняться, навещая нас с Мирридиэлем в каждый свой выходной. За всё это время меня шантажировали, пытались опоить, рассказывали о положительных сторонах архимагистра так, что почти все присутствующие в тот день в ресторации девушки и даже некоторые мужчины были готовы выйти замуж за эльфа. Я не была в их числе. Не повелась я и на описанные горы золота, известность и власть, которую даёт статус супруги архимагистра и второго советника короля. Даже умоляющие взгляды и рассказы о таких желанных внуках со слезами на глазах меня не сломили, хоть и оказались самыми действенными из всего арсенала леди Аристон.

Мирридиэлю тоже приходилось всё это терпеть, постоянно спорить с матерью, защищать меня и проверять еду на примеси любовного зелья. Я, увы, была способна различать только яды.

Теперь, спустя полгода после нашей первой встречи на Светлых землях, Мирридиэль мало походил на спокойную и уверенную версию себя. Лишь перед публикой на губах эльфа появлялась прежняя снисходительная улыбка, взгляд становился цепким, в глазах танцевали фиолетовые искры. Но стоило Мирридиэлю остаться со мной наедине, и я видела измученного, раздражительного мужчину, который, ища тепла и поддержки, уже поселился в моей комнате. Ни разу за пять месяцев я не спала одна.

Но я уеду из Академии Светлых Искусств уже через пару дней, а Мирридиэль останется. Теперь он будет в одиночестве терпеть визиты своей матери и спать в пустой постели. А спит без меня он очень неспокойно, я заметила это, когда поздно возвращалась из лаборатории. Всё ли будет хорошо?

Я хотела подойти и обнять друга, но мне помешал стук в дверь. Стоило ему раздаться, как архимагистр выпрямился, одним движением руки очистил и разгладил мантию и властно разрешил:

— Войдите.

Дверь без скрипа открылась, явив всех трёх Тёмных профессоров. Отец коротко улыбнулся мне и вновь стал серьёзным, как и оба его спутника.

— Светлого дня, лорд Аристон, — поздоровалась за всех профессор Ночная, слегка склонив голову с ёжиком тёмных волос. Магистр Тримал и Ящер остались недвижимы.

— Светлого, леди, лорды, — величественно кивнул Мирридиэль каждому по очереди. Я просто махнула рукой и одарила выжидательным взглядом.

— Прибыли студенты Университета Истинного Зла, — без лишних расшаркиваний оповестил профессор Тримал, почему-то не отрывая от меня взгляда. Возможно, дело в том, что я так и не убрала свою ладонь, которую положила на руку ректора, собираясь его обнять.

Я с усилием подавила порыв и не стала отдёргивать руку. Для всех посторонних Мирридиэль мой жених, и я имею полное право держать его за руку. Даже если карие глаза Тримала при этом темнеют, а взгляд становится холодным настолько, что пробирает до костей. Даже если мне больно от этого взгляда и хочется сбежать. Я не уберу руку.

— Я понял, — вежливо улыбнулся архимагистр преподавателям, помог мне подняться. — Идёмте.

На мгновение мою ладонь сжали, после осторожно переложили на локоть, и до дверей академии мы с Мирридиэлем шли уже под руку. Удивлённые взгляды, которые встречались ещё несколько месяцев назад, больше не сопровождали нас, но завистливых и откровенно ненавидящих было полно. И как бы я ни старалась казаться к ним равнодушной, к дверям Академии Светлых Искусств подходила, уже изо всех сил сжимая локоть эльфа и прижимаясь к мужчине почти вплотную, что со стороны наверняка выглядело неприлично. Хотелось спрятаться ото всех, и это чувство не покидало меня уже полгода, а потому я ещё больше радовалась предстоящей практике, ведь это шанс покинуть опостылевшие уже стены Академии Светлых Искусств.

В холле уже собралась огромная толпа, едва помещавшаяся (и то чудом) на сорока квадратных метрах. Бегло осмотрев собравшихся Тёмных, я отметила, что присутствовали лишь маги выше среднего уровня. Остальных студентов наверняка во время сессии специально завалили преподаватели, чтобы ребята официально не могли отправиться на практику во вражеские земли. По крайней мере, именно так сделала бы я.

— Доброго дня, адепты, — величественно склонил голову в приветствии архимагистр. Я осталась стоять без движения, изо всех сил изображая высокомерие, пока внутри всё ликовало при виде знакомых лиц.

В ответ на приветствие Мирридиэля раздался нестройный хор голосов, в котором чаще всего слышались фразы: «Вам тоже не хворать» и «И вам Тьмы». Я не смогла сдержать улыбку, которую тут же пришлось маскировать пренебрежительным взглядом. Получилось вполне натурально, судя по озлобленным лицам Тёмных.

— Меня зовут Мирридиэль Аристон, я ректор Академии Светлых Искусств, и я рад приветствовать вас в наших стенах, — продолжал свою речь архимагистр, не обращая внимания на скептично искривлённые лица Тёмных. Впрочем, моё лицо и лица всего Светлого преподавательского состава, который тоже здесь находился, выражали те же эмоции.

На следующие несколько минут я выпала из реальности, разглядев в толпе Тёмных счастливую и румяную Трис. Она не сводила с меня взгляда, нетерпеливо постукивала ножкой по полу и теребила пуговицы чёрного платья на животе. На довольно выдающемся животе, при взгляде на который сразу становится ясно, почему рыжий оборотень, стоящий рядом с моей подругой, выглядит таким довольным. И когда только успел? Хотя, не спорю, время у Динара было.

Последние полгода мы с Трис не связывались, у меня не было на это ни сил, ни времени, а причины молчания подруги видны невооружённым глазом. Неизвестно почему, но беременные не способны пользоваться ментальной магией. Возможно, всё дело в том, что в одном человеке живёт два сознания, а может, есть другие причины, но факт остаётся фактом.

— …с преподавателями академии, которые будут находиться с вами во время практики. Пока прошу всех построиться по факультетам, — продолжал вещать Мирридиэль, — и по курсам.

Толпа с тяжёлыми вздохами начала перестраиваться, разбредаться, образовывая четыре неровные колонны: боевики, стихийники, некроманты, лекари. Впереди стояли старшие курсы, явно закрывая собой товарищей, а первогодок вытеснили к дверям, позволяя первыми сбежать в случае опасности. Такое построение в Тёмных землях используется давно. Только в Университете Истинного Зла у дверей обычно дежурят те же старшекурсники или преподаватели. Небольшие же группы, особенно находясь в боевых условиях, предпочитают ставить сильных магов спереди и сзади или, если людей хватает, по кругу. Самые слабые и неопытные, а также лекари, находятся ровно в середине строя.

Следующие десять минут ушли на формирование групп. Всех Тёмных разбили на семь групп по восемь человек: четыре некроманта, два боевика и по одному стихийнику и лекарю. Оставшиеся девять магов достались мне и профессору Трималу. Я сразу подозвала к себе четверых, решив, что с остальными ведьмак разберётся сам, и направилась в ставшую за полгода родной аудиторию. По дороге сухо бросила через плечо:

— Профессор Гроули, — и криво улыбнулась в ответ на скрип зубов.

Заводить разговор с Тёмными я не собиралась, они, видимо, были в этом со мной солидарны. Так что шли по коридорам Академии Светлых Искусств мы в тишине, провожаемые лишь глухим стуком каблуков о каменный пол, покрытый зелёным ковром с коротким ворсом. Даже ни одного студента по дороге не встретилось, что было нестранно, потому что не одной мне хотелось как можно скорее покинуть эту обитель знаний и дискриминации.

В аудитории уже послушно сидели Светлые. Всего семь особей, успеваемость которых позволяла им на долгое время вылезать из лабораторий. У остальных же в этих самых лабораториях полным ходом шла подготовка к итоговой контрольной и курсовым работам.

— Доброго утра, — неожиданно весело поздоровалась я, не сумев сдержать эмоции при взгляде на измученных Светлых. Сейчас они больше всего походили на зомби: серые лица, остекленевший взгляд, невыносимая вонь. Видимо, ребята за работой забыли не только об отдыхе, но и о гигиене. Ели они, судя по виду, тоже нечасто.

Ответом на моё приветствие были семь медленных кивков. Очень медленных. Настолько медленных, что Полус успел заснуть и плавно перетёк в положение лёжа на парте. Пришлось подёргать острое ухо мастера по сну в любых ситуациях.