«Охота на оборотня»

Впервые я увидела его стоя на остановке. Капал мелкий дождик, настроение было ниже нуля.

Я опоздала всюду, где только могла опоздать.

Он стоял в своем промокшем насквозь темно-сером плаще, из-под которого виднелся дымчатый деним. С прилипшими к вискам прядками влажных темно- русых волос он походил на героя американского кино.

Я присела на мокрую скамейку, машинально пытаясь немножко приблизиться к нему, хотя точно знала, что ничего между нами не произойдет. Мне было не до того, и он был мыслями где-то далеко.

Я посмотрела на табло и внезапно поймала себя на том, что надеюсь, что автобус в ближайшее время не придет.

— Авария на выезде на МКАД, — спокойно сказал он, как будто мысли мои услыхал.

Разумеется, этот маленький фокус с экстрасенсорикой удивить меня не мог — у меня в кармане тоже лежал телефон, но абсолютно не хотелось смотреть в него и что-либо проверять.

— Меня зовут Денис, — сказал он.

Очевидно, имелось в виду, что я должна ответить ему и назвать себя.

Я колебалась, просто потому, что приличным девушкам полагается колебаться. А он ждал, потому что приличным мужчинам полагается ждать.

— Диана, — сказала я наконец.

— Как принцесса?

— Нет, как богиня охоты.

Незнакомец обернулся и внимательно посмотрел мне в глаза.

— Охотишься по ночам? — спросил он вкрадчиво, и, несмотря на всю безобидность его слов, мне показалось, что разговор уходит куда-то не туда.

— Охота — дело опасное в наших местах, — неловко отшутилась я, но смешно не было, похоже, ни одному из нас.

— Это верно. Не те времена, чтобы жертвы давали молча загнать себя.

Я поежилась. Теперь уже я начинала мечтать о том, чтобы автобус поскорее пришел.

Шестьсот четвертый вырулил из-за угла и, на ходу доставая проездной, я торопливо заскочила в него.

Заняла свободное место и посмотрела в окно.

Мужчина остался стоять.

Я отвернулась, делая вид, что забыла его. Автобус тронулся.

Но сколько бы я ни пыталась себе врать, в сознании все еще стояли его глаза — серые, как этот дождь. Затянутые дымкой, как небо над Москвой. Внимательные, пронизывающие насквозь.

«Еще раз встречу — придется переезжать», — подумала я и тут же оборвала себя. Нельзя поддаваться страху, нельзя. Это просто мужчина, просто сосед, который не знает обо мне ничего, и если я не буду дурой — не узнает никогда.

Сделав глубокий вдох, я заставила себя сосредоточиться на делах. Нужно было сдавать заказ — пока за меня его не сдал кто-нибудь еще.

Глава 1 -1

Мне снился сон.

С тех пор как я увидела Его на остановке, он снился мне раз за разом, доводя до подозрительной мысли, что я схожу с ума.

Мне снились Его глаза — серые, как грозовые тучи, затягивавшие меня в себя. Его волосы — черные, промокшие, чуть завивавшиеся от дождя. Они доставали до плеч — хотя наяву и едва достигали мочек ушей.

Иногда я видела его ясней, иногда могла разглядеть с трудом. Когда силуэт его достаточно проступал из сумрака, клубившегося кругом, становилось страшнее всего. На незнакомце больше не было плаща, его заменило что-то походившее на черный доспех. Рука — такая же тонкая, когда и тогда, когда я увидела его наяву, расслабленно лежала на рукояти меча.

Он долго смотрел на меня, прежде чем занести клинок — и потом наносил удар.

В первый раз я проснулась в холодном поту. За окном стояла ночь, и снова лил дождь. Я успела основательно устать от этого дождя, стучавшего по стеклам, казалось, без начала и конца.

Тучи застилали небо плотной пеленой, так что не разглядеть было, какая сегодня луна. Но, наверное, нет никакой — потому что при луне такой слабой я не чувствую себя никогда.

Я долго сидела и смотрела в темноту перед собой. Кого-то она пугает — но не меня. Меня успокаивает царящая ночью тишина, и я могу думать о том, на что не хватает времени днем.

Пока… меня не прерывает дверной звонок.

Довольно странное явление… в половине третьего утра. Но кто-то явно думал не так, как я.

Звонок повторился. С глухим стоном я поднялась и, на ходу натягивая халат, подошла к двери. Заглянула в глазок.

В первое мгновение я снова почувствовала, что схожу с ума. Страх нахлынул леденящей волной — тот же, что и во сне. По ту сторону стоял Он.

Мужчина прокашлялся.

— Я не пьян! — почему-то сказал он.

Я молчала, не желая сознаваться, что по эту сторону двери — именно я.

— Простите, мне просто нужна свеча!

Я возвела глаза к потолку, молчаливо вопрошая отсутствующую луну о том, зачем нормальному человеку посреди ночи может потребоваться свеча.

— Я не опасен! У вас, наверное, тоже света нет, да?

Я щелкнула выключателем.

Точно. Красота.

Темнота мгновенно стала пугающей при мысли о том, что я не могу одним движением руки развеять ее. А там, на лестнице, как-никак находился человек. Живой.

Я торопливо отперла дверь и замерла, разглядывая его удивленное лицо.

— Ты… — тихо сказал он.

— Я, — подтвердила я, не думая прекращать разглядывать его. — Простите, но это уже не смешно. Кто вы такой?

— У вас свет есть или нет?

Я покосилась на коридор.

— Пробки вышибло грозой, — уверенно подтвердил собственную догадку он, — или что еще. В общем, я вот оттуда, — он ткнул в соседнюю дверь рукой. Еще чемоданы разобрать не успел. У вас часто такое?

— Да. To есть нет, — я качнула головой. — Свет отключают, бывает иногда. Но соседи не стучатся посреди ночи, чтобы задать подобный вопрос.

— Извини… те.

— Зачем вам в три часа ночи свет?

— Работа, — развел руками он.

Я еще раз покосилась на коридор. Свечи у меня были. У кого же их нет?

— Я сейчас принесу, — сжалилась я, — подождите здесь.

Прикрыв за собой дверь, нырнула на кухню и отыскала в ящике стола ароматическую свечу. Вынесла ему.

— Спасибо, — сказал Денис. Я все-таки вспомнила, как его зовут. — Буду должен. И обязательно верну.

— Оставьте себе.

Я закрыла за собой дверь. Вернулась в постель. И тут только задалась вопросом — какой работой без электричества может заниматься у себя дома в три часа ночи современный человек?

Еще десять лет назад, когда пошел вал мистических фильмов, мне казалось: чуть- чуть, вот-вот — и о нас заговорят.

Можно будет свободно выходить на свет, не скрывая, что ты — не человек, и люди смогут спокойно принимать то, что мы такие, какие есть.

Говорят, такие времена уже наступали на Земле. В Галлии, например, почитали и любили волков.

В Азии белоснежные кицунэ пользовались почтением со стороны людей.

А взять египетскую мифологию? Она же вся, целиком, про нас! Боги меняют лица, как инфантильная блондинка — перчатки или плащ.

Но, странная штука жизнь — никто и не заметил, когда колесо повернулось назад.

Снова зазвучало давно забытое слово «инквизиция» — пусть пока еще и так же тихо, как звучали пару лет назад наши собственные имена.

Об Инквизиции не говорили вслух даже среди нас. И тем не менее каждый знал, что она есть.

Инквизиция — такой же ночной кошмар для нас, как и мы — для людей.

О нас много чего говорят. О том, что мы дикие, что не умеем управлять собой… Но ровно половина из сказанного — вранье.

Да, мы зависим от луны, и звериная форма нам нужна — но полнолуние здесь ни при чем. Без нее мы сохнем — как русалки, выброшенные на сушу, сохнут без воды.

Есть и те, кто не умеет или не хочет управлять собой. Ладно, скажем прямо… в основном это мужики. Ну, или мне как девушке удобнее так считать. Полагаю, кто- то из самцов наверняка скажет вам, что все наоборот, и это самки перегрызут горло любому, кто им не угодит.

В общем, факта всего два: мы есть, и мы отличаемся друг от друга так же, как один от другого отличаются двое людей.

Все дело в том, что инквизиторы — или охотники, как называю их я — в отличие нас, на одно лицо. Они, пожалуй, даже гордятся тем, что считают жертв по головам и не различают между собой ни двоих зверей, ни двоих людей.

Это, наверное, пугает больше всего. To, что они убьют тебя не потому, что ты сотворил зло. И не потому, что ты мешаешь им добиться своего. To и другое можно понять.

Если кого-то из волков настигла серебряная пуля с выгравированным на ней крестом — можно не сомневаться, его убили просто потому, что он волк. И все остальное не интересовало никого.

Ты можешь делать что угодно, трепыхаться как только требует твоя душа. Ты даже можешь вступить с ними в сделку и думать, что помогаешь им.

Для инквизитора волк — всегда только волк. А сам он всегда — человек.

Я хрустнула вафлей и уставилась в окно. За серыми бетонными махинами занимался тусклый рассвет. Сна ни в одном глазу, но и голова пустая, как будто бы ночь не спала.

«Он следит за мной, — думала я. — Иначе какого дьявола он посреди ночи приперся сюда?»

И все же мне до безумия не хотелось переезжать и путать след.

Говорят, что серые волчицы глупее других. Если так, то самая глупая из них, определенно, я.

Когда нормальная девушка не знает что делать, она идет к подруге. Но, без особых к тому причин, подруг у меня давно уже нет. В школе была парочка «лучших», как у всех, но уже институт развел нас по разным дорожкам, а потом я как-то все больше предпочитала парней.