«Седьмая жена колдуна»

Ксюра Невестина

Седьмая жена колдуна

Солнце шпарило немилосердно. Скарлетт О`Нейр (для друзей и родственников просто Карли) сидела на ступеньках родового поместья и смотрела вперёд, в даль бесконечного горизонта и тихо вздыхала о нелёгкой Судьбе, о трудностях, выпавших на её долю. После чудовищной автомобильной аварии, унёсшей жизнь её родителей, в которой сама Карли чудом осталась жива, Фортуна отвернулась от неё и взвалила тысячу несчастий.

Но обо всём подробней. Первым звоночком стало обещание брата любым способом найти деньги на её лечение. На закономерный вопрос: «Разве род О`Нейр беден?» брат побледнел, посинел, а под конец и вовсе позеленел и признался, что любимая новобрачная жёнушка за полгода спустила всё его наследство в игорном доме, и родительских денег (включая часть Карли) как раз хватит, чтобы покрыть долги. К моменту предоплаты операции денег молодой граф О`Нейр имел меньше, чем любой зажиточный горожанин. У самой Карли на счету немногим более двухсот пенсов.

Удача в последний раз взмахнула хвостом, позволив Карли оправится от ранений и снова встать на ноги без операции, а обязательное медицинское страхование покрыло больничные расходы на реабилитацию. За этот подарок спустя два месяца Карли представилась самая паршивая необходимость, с какой только приходилось сталкиваться: она познакомилась с господином Градманом — банкиром, ростовщиком и рэкетиром, давшим сбежавшей невестке денег в долг.

Брат, не выдержав его давления, повесился на заднем дворике родового поместья на толстых ветвях раскидистой яблони за сутки до пренеприятного знакомства Карли О`Нейр с господином Градманом. Судя по договорам, заключённым между господином Градманом и непутёвой невесткой, наследство брата и сестры покрыло лишь основную сумму долга, оставив копиться незакрытые проценты. И за те два месяца, которые Карли провела в больнице, проценты выросли, как на дрожжах, и приводили в ужас.

И вот сейчас, спустя неделю после знакомства с этим по всем понятиям опасным человеком, Карли О`Нейр сидела на ступеньках родового поместья, в котором родилась и провела чудные двадцать два года своей жизни, пока дом и остатки личной собственности, включая предметы искусства, уходили с молотка. Беззащитная сирота ничего не могла противопоставить бандиту. Карли это знала, а потому не стала сопротивляться, увидев торчащее дуло пистолета у телохранителя господина Градмана.