«Так ненавидеть нельзя»

Так ненавидеть нельзя

Ада Раевская

День был так себе. Я устала, как тяговая кобыла, не меньше, через день предстояла ещё такая же работка до полусмерти. И потом через день ещё. Так до бесконечности.

Я шла по улице, было уже темно. Кому-кому, а уж мне тут бояться было точно нечего, ведь я, наверное, самое страшное, что тут можно встретить.

Я лениво повернула в очередной двор. Не знаю зачем, просто захотелось. Дворик оказался типичным, я бы даже сказала, что таких тысячи, если не больше. Но была у этого самого дворика одна примечательная особенность, досадная для жильцов и такая удачная для меня.

Бар. Он находился в подвале одного из домов.

Судя по неоновой вывеске с одной оторванной буквой и шуму, который доносился оттуда, заведение вряд ли слыло сильно приличным, то есть, нормальной девушке туда соваться бы не стоило, но у меня желание выпить было совсем ни как у той самой девушки, так что я туда сунулась.

На деле всё было не так уж и плохо. В задымленном помещение был занят всего один столик, за ним очень громко отдыхала компания мужиков полубайкерского вида. Хотя, что-то я поспешила байкеров оскорбить… Бухие мудаки проводили меня сальными взглядами, но я не обратила на это никакого внимания: пусть только попробуют докопаться, и я за себя не отвечаю. Неплохой будет способ сбросить напряжение.

Подойдя к барной стойке, я огляделась в поисках бармена. Его нигде не было.

Вот, так захочешь вылечить душу ценою печени, а тебе никто и не принесёт стакан виски… Хотелось добавить «на старости лет», но, думаю, в мои только-только стукнувшие восемнадцать это будет преувеличением. Хотя, чувствую я себя на все сто, разумеется, на все сто лет, развалиться даже хочется.

Наконец-то парень показался из-за двери, смерил меня хмурым взглядом и сказал:

— Паспорт показывай.

Я сначала вообще не поняла, чего от меня хотят, а потом едва ли со стула не грохнулась, сдерживая смех.

— А с чего вы взяли, что я сюда явилась за чем-то алкогольным? Может быть, мне тут атмосфера нравится?

Симпатичный, надо сказать, парень, сразу как-то подобрел и заявил:

— Я прекрасно различаю тех, кто пришёл сюда, чтобы надраться. Так что, честно говори, если малолетка: домой провожу, маме-папе не скажу.

Моё шутливое настроение после его слов не оставило после себя и следа… Не знаю, почему так подействовало.

— Надраться я хочу, восемнадцать мне исполняется в этот самый момент, а моим маме и папе сейчас лучше на глаза не попадаться, — я усмехнулась.

К счастью, бармен не стал дальше пререкаться и просто спросил, что я буду. Хотелось запросить водки, но я поскромничала и заказала виски со льдом.

Парень обернулся к полкам с бутылками, позволяя мне любоваться своей шикарной спиной в чёрной рубашке. И почему же такие произведения искусства оказываются простыми людьми?..

Свой заказ я повторила ещё пару раз. В планах было выпить ещё несколько стаканчиков для закрепления эффекта, но тут мне на плечо легла массивная рука, а в лицо дыхнуло перегаром.

— Девушка, красавица, не составишь джентльменам компанию? — вякнуло существо, едва стоящее на ногах.

Первым же моим порывом было его оттолкнуть, если не поймёт — объяснить подробнее, с помощью парочки ударов по физиономии… При желании, я могла бы уложить в рукопашной схватке всех этих упитых амбалов, но мне захотелось проверить кое-что.

Я нарочито перепуганным взглядом посмотрела на бармена. Мне было интересно, сольётся он или оставит даму в беде?..

Спустя пару секунд я подумала, что всё-таки он выбрал второй вариант и мне уже придется, в случае, если силу не рассчитаю, оплачивать стоимость всей мебели, что тут стоит.

Однако, парень, имени которого я так и не знала, меня немного удивил. Он спокойно расстегнул пуговицы на манжетах, засучил рукава, оголяя шикарнейшие на вид руки и сказал, глядя прямо в глаза моему недообидчику:

— От девушки отстань или поговорим.

Тот, видимо, был уже пьян достаточно, чтобы не понять, чего от него требуют, но недостаточно, чтобы упасть уже мертвецким сном и не тревожить всех вокруг… Ко всему прочему, дружки смельчака тоже поднялись изо стола, видимо, готовясь отстаивать товарища.

— Чёрт, опять столы придётся новые покупать! — едва слышно и с досадой пробормотал мой защитник и спокойно так перемахнул через барную стойку.

Он хотел что-то сказать, а это точно спровоцировало бы драку и, как следствие, разрушение имущества, так что я решила, что всё-так не помешало бы мне вмешаться.

— Господа! — громогласно воскликнула я. — Хотите фокус покажу?

Всё это время я сидела к ним спиной, так что, не могла увидеть, как они кивали в знак согласия. Но в качестве этого знака я приняла молчание и фокус всё-таки продемонстрировала. Думаю, публике он придётся по вкусу.

Не вставая с барного стула, который неплохо крутился, я ногой оттолкнулась от стойки, начиная поворачиваться. При этом, я не забыла захватить со своего плеча руку мужика и вывернуть её таким образом, чтобы хруст костей раздался на всё помещение.

Чудесная тишина была разрушена визгом того, чья рука ещё не скоро придёт в нормальное состояние. Если придёт вообще.

— А вот был бы воспитанным мальчиком, то сейчас ручка бы не болела, — менторским тоном проговорила я.

Все, как им и положено, пребывали в глубочайшем шоке, даже драться передумали.

— Забирайте этого калеку и сами сваливайте отсюда, пока я добрая.

Моим словам они всё-таки поверили, совету последовали. Уходя, расплатились с барменом, который тоже похоже в шоке пребывал.

— Мне заказ повторите, пожалуйста, — мило улыбнулась я, обращаясь к оцепеневшему бармену. Да, впечатление на него я точно произвела, причём, неизгладимое.

Он тряхнул головой, вернулся за стойку, налил мне в стакан виски, достал бутылку водки, шот, наполнил его и выпил залпом, даже не поморщившись.

— И как вас зовут, мой доблестный рыцарь? — поинтересовалась я, после того, как мой стакан был вновь пуст.

— И как вас зовут, мой доблестный рыцарь? — поинтересовалась я, после того, как мой стакан был вновь пуст.

Мне парень ответил лишь после недолгой паузы:

— Макс. А вы, прекрасная леди с испуганным взором, поведаете мне своё имя?

Я рассмеялась: он мою игру подхватил.

Дальше о чём говорить, я не знала, но мне похоже и не надо было знать, разговор продолжил Макс.

— Мне этот бар, чтоб ему, не так давно от отца достался, — как бы пожаловался мне бармен, который и не совсем бармен. Зато теперь понятно, почему он так легко пожертвовал мебелью: люлей от хозяина-то не влетит.

— Думаю продать эту забегаловку, — продолжал Макс. — Я прям чувствую, что нужно это сделать, а то проблем не оберусь. Да и постоянные эти, — он кивнул в ту сторону, где заседала компашка, — задолбали уже.

Я пожала плечами, в общем-то, не желая задумываться об этом, но потом представила, что мне придётся вечно показывать фокусы и всё-таки посочувствовала владельцу этого сомнительного заведения.

— Тут кому что… Зачем-то же ваш отец этот бар открыл… — я уже дошла до отметки «пьяный философ» и начала рассуждать.

Макс явно над мои изречением задумался, а потом сказал:

— Ну, да, он не казался таким несчастным, как я, работая здесь, — усмехнулся он. — Но я ведь не должен становиться в точности таким же, как мой отец?..

Вопрос, заданный барменом, был скорее риторическим, однако я впала от него в ступор. У охотников из поколения в поколение передавались навыки, умения и… своеобразная идеология. Ни у кого и вопросов не возникало по этому поводу, всем с детства было привито одно и то же… Кроме меня и ещё нескольких детей лояльных к оборотням семейств. Наши родители были достаточно умны, чтобы разглядеть в оборотнях более чем разумных существ и поведать об этом своим детям. Однако, мы по-прежнему подчинены обществу, ненавидящему оборотней только за то, что они отличаются от нас и обычных людей. За то, что они сильные. Иногда я думаю, что лучше бы я родилась в семье, где не властвовало «вольнодумие», тогда бы мне не приходилось ломать саму себя. Я была бы твёрдо уверена, что каждый день да через день вершу благие дела… Как мои родители вершат.

— Конечно, ты не обязан, — как-то само собой я решила перейти на «ты», хотя на брудершафт мы с ним не пили.

— Тогда продам бар, решено, — как-то тускло улыбнулся мне Макс. Но потом он, видимо, попытался скрыть грусть и спросил: — Где же это таких милых девушек учат руки ломать здоровым мужикам?

В ответ я засмеялась, даже не зная, что ответить. Милой девушке от рождения сила дана, дабы очищать мир от скверны в виде оборотней? Нет, я ещё не настолько пьяна.

— Это большой-большой секрет, но я расскажу своему доблестному рыцарю, — я подалась вперед и заговорщически шепнула: — Я просто ведьма.

Такой бред, ужас просто. Но, хорошо, что в ответ Макс закатил глаза и оставил этот вопрос, понимая, что не все хотят свои секреты раскрывать.

— Понятно, а метла где? — ухмыльнулся он, подливая мне ещё виски, хотя я и не просила. Но, я не против. Хотя, этот стакан явно должен быть последним… Явно.

— Не завелась метла, не завелась.

Наш разговор становился всё абсурднее и абсурднее, но всех это устраивало.

— А ты где так резво научился махать через барные стойки?

— Я отслужил пять лет в армии по контракту.

Ого, вот значит как. Значит, такая шикарная спина ему была не природой дарована…