«По ту сторону северного ветра»

По ту сторону северного ветра

— Давным-давно на Земле существовала прекрасная северная страна и называлась она Гиперборея. Любовь и гармония царили в том краю. И жил там дивный сказочный народ, который не знал бед и разочарований. Они достигли небывалых вершин в искусстве и поэзии, были мастерами песни и танца. Счастливый народ, проживающий на лоне природы там, по ту сторону северного ветра... А теперь пора спать.

— Папочка, расскажи ещё что-нибудь! Ну, пожалуйста!

— Пора спать, милая.

— Совсем капельку, прошу тебя!

— Ну если только капельку, — мужчина улыбнулся и укутал ребёнка цветастым одеялом, — есть на далёком русском севере большое озеро и называется оно Таймыр. А где-то на его берегах спрятана от посторонних глаз глубокая пещера. В пещере этой хранятся несметные сокровища, собранные со всех уголков Земли.

— Денежки, да?

— Нет, малыш, — засмеялся мужчина, — книги, конечно. Книги, в которых спрятаны тайны мироздания.

— А ты знаешь, где она — эта пещера? — девочка округлила глаза и затаила дыхание, предвкушая, что сейчас отец откроет ей самый большой секрет на планете.

— Нет, дорогая, но обязательно узнаю, и мы отправимся туда вместе.

— Кому-то пора спать, — на пороге комнаты появилась женщина с длинными непослушными волосами.

— Ну, мамочка, ещё немного!

— Нет-нет, детка. Папа устал, да и тебе пора закрывать глазки, — она подошла и нежно поцеловала ребёнка в лоб.

Девочка с надеждой взглянула на отца, и мужчина снова засмеялся:

— Какая ты любопытная! Обещаю, что завтра сказка будет ещё интереснее, а сейчас ложись, солнышко.

Девочка натянула одеяло до самого подбородка, и немного поворочавшись, уснула сладким сном, каким могут спать только маленькие дети.

Будильник назойливо пищал над ухом как надоедливый комар. В комнате было тихо, лишь противный звук разрывал время и пространство, говоря о наступлении нового дня.

Саша Князева открыла глаза, и первое за что зацепился взгляд, было большое жирное пятно на грязном потолке, который много лет назад сиял побелкой.

Никто из ныне живущих в здании не застал лучшие годы общежития при одном из университетов нашей необъятной страны. Студенты сменяли друг друга, проносились годы и десятилетия, технический прогресс шёл по планете, захватывая всё новые города и страны, а в здании, которое являлось временным жилищем для сотен молодых людей ничего не менялось — только потолок и стены становились всё грязнее и темнее, да плитка в коридорах уже не держалась на месте, кое-где её и вовсе не было.

Нащупав рукой ненавистный будильник, девушка нажала на кнопку выключения. Она растёрла лицо руками, чтобы сбросить с себя остатки сна и спустила ноги на пол. В общежитии было тихо, на редкость тихо. Обычно здесь можно было услышать самые разнообразные звуки — смех, крики и ругань, звон тарелок на общей кухне. Вода, льющаяся в душевых, бурлила по старым трубам, создавая глухой гул во всём здании, но сейчас даже её не было слышно. Саша даже на секунду испугалась, что в целом мире никого не осталось кроме неё. Глупо, конечно, но настолько непривычной была тишина.

9:30. Вчера отменили первую пару у группы. Начало второго семестра выдалось не слишком удачное — ушёл на пенсию профессор Капралов. У ветерана института и любимца студентов в последнее время пошатнулось здоровье, и пришлось делать выбор между спокойной старостью и волнами молодёжи, бушующих в коридорах его Альма-матер, а замену выдающемуся историку так и не нашли.

«У меня 15 минут, чтобы одеться и перейти дорогу... Успею выпить кофе»

Девушка быстро натянула джинсы и старый растянутый свитер, купленный в секонд-хенд, засунула ноги в растоптанные ботинки и прошмыгнула на общую кухню, чтобы высыпать пакетик растворимого кофе «три в одном» в кружку с выцветшими от времени цветами.

Кухню заливали солнечные лучи. Деревья за окном были покрыты инеем — в городе уже неделю стояли двадцатиградусные морозы. Саша смотрела в окно, наслаждаясь тишиной и покоем. Лишь когда в коридоре послышались голоса студентов, она вспомнила, что времени у неё совсем не осталось.

Допив остатки тёмной жидкости, которая лишь отдалённо напоминала кофе, Саша сполоснула кружку под струёй холодной воды, зашла в комнату за пуховиком и тяжёлым рюкзаком с книгами и конспектами и поспешила на учёбу.

Перебежав дорогу, она потянула на себя массивную дубовую дверь и оказалась в холле университета, где на неё тут же обрушился гвалт голосов студентов и преподавателей, спешащих по своим делам.

— Привет, Александра! Пошли, кофе угощу, — к ней стремительно приближался, сияя широкой улыбкой, Паша Пахомов.

Этот высокий и красивый молодой человек относился к тем студентам, которые к экзамену начинали готовиться за пару часов до его начала (если вообще готовились). Он всегда пропускал первую пару и уходил с последней, а на зачётах руководствовался старым добрым «Авось прокатит». И как не странно — прокатывало. Природная привлекательность, врождённая харизма и хорошо подвешенный язык делали Пашу всеобщим любимцем, как среди студентов, так и у преподавательского состава.

— Привет, как дела? — спросила девушка, уже увлекаемая однокашником в противоположную от входа сторону, к автоматам по продаже кофе и шоколадок.

— Отлично, если ты о личном. Ужасно, если ты об учёбе.

— Что случилось? — пальцы стиснули горячий стаканчик с кофе, который любезно купил для неё Паша.

— Капралову нашли замену.

— Так это отлично!

— Угу, сразу видно в тебе зануду, Сашка. Ты останешься старой девой с кучей котов, если будешь постоянно сидеть над книгами.

— Не вижу в этом ничего плохого, — Саша сделала вид, что обиделась на друга.

Молодой человек улыбнулся, провёл рукой по волосам, расстегнул пуговицу на рубашке, обнажая слишком загорелую для этого времени года шею и, облокотившись на столик рядом с автоматами, оглядел холл учебного заведения.

— Посмотри вокруг, Александра! Сколько людей: девчонок, парней, с которыми можно общаться, гулять, совокупляться, в конце концов. Разве книги могут дать тебе всё это? А?

— Книги могут дать тебе нечто другое, Паша. Так что там за новый преподаватель?

— Савельев.

— Ни о чём не говорит.

— Ну, как преподаватель не знаю, но он друг моего отца.

— Не пойму по твоей интонации — это хорошо или плохо?

— Для меня плохо, для всех остальных не знаю.

— Что плохого?

— Сказал, что, если я не буду учиться, отправит сапоги топтать, как моего брата. Он преподавал тут пару лет назад что-то про древности и раскопки.

— Отлично! А то ещё так мало профильных предметов, — в Сашином голосе звучала досада.

— Ага, зато сейчас у нас будет история древнего мира, история мифов и легенд, древняя история древнего чего-то там. В общем, всё древнее, как и этот универ.

— Это же жутко интересно, Паша, как ты этого не понимаешь?! — девушка цокнула языком и точным броском отправила пустой стаканчик в мусорное ведро.

— Ты пойдёшь с этой женщиной — я уже не в состоянии нянчиться с детьми.

Девочка посмотрела на социального работника, стоявшего возле входной двери.

— Бабушка, а когда мама с папой приедут? — непослушные волосы выбились из-под розовой вязаной шапки и лезли ребёнку в глаза.

— Они не приедут.

— Не задавай много вопросов и делай, что тебе говорят! Это всё твой папаша виноват. Сволочь! Вечно таскался неизвестно где и она с ним.

— Бабушка, а где они?

— Нет их! Нету больше! — женщина подтолкнула девочку к двери, — иди уже, нечего теперь говорить.

Саша отправилась на поиски нужного кабинета. Пока девушка петляла в лабиринте университета, её мысли занимал новый преподаватель и новые предметы, в которые он должен был погрузить первокурсников.

Слухи о господине Савельеве разлетелись по институту в одно мгновение. Их подогревал и Паша Пахомов, и студенты старших курсов, которые будучи бывшими школьниками в своё время, застали профессора за преподавательской деятельностью. Даже педагоги говорили о нём шёпотом, бросая друг другу многозначительные взгляды. Основной темой этих сплетен было то, что сдать у него экзамен практически нереально.

Девушка зашла в аудиторию, когда её коллеги уже рассаживались по своим местам. Бросив «здравствуйте» в сторону мужчины, который почему-то сидел не за преподавательским столом, а на нём, она прошмыгнула между рядами на своё место. Саша достала чистую тетрадь и ручки, и только тогда смогла повнимательнее рассмотреть нового преподавателя.

Валерий Павлович Савельев. Высокий мужчина лет пятидесяти, с длинными серебряными волосами, стянутыми на затылке в хвост, сидел на краю своего стола, опираясь на одну ногу и слегка покачивая в воздухе другой, и обводил взглядом аудиторию. Холодные глаза цвета стали скользили по лицам студентов, останавливаясь на каждом на пару секунд. Молодые люди тоже внимательно изучали знаменитого археолога, не скрывая своего любопытства.

Одежда его выглядела так, будто он только что вернулся с полей. Отчасти, это было правдой. Валерий Павлович часто бывал на раскопках в тайге, на севере, в горах и пустынях. Говорили, он объездил весь мир в поисках древних артефактов и сгинувших цивилизаций.