«Химера (СИ)»

Виктория Бурнашова

Химера

Прозвенел первый будильник, а это значит, что сейчас только семь утра. Это просто кошмарное время для любого студента и для меня в частности. Но я коварная и у меня стоят все пять будильников с интервалом в двадцать минут. Я встаю только после пятого. И нет, я не боюсь опоздать в университет, у меня некие привилегии и мне разрешено иногда приходить ко второй паре. Почему? Это очень интересная история скажу я вам, но довольно простая. Ректор моего университета мой дядя, а я в свою очередь его лучшая и единственная племянница. Вот такие вот дела.

— Лесь, я на работу, завтрак на столе, — крикнула мама и я услышала, как хлопнула входная дверь. Ушла. Моя мама работает в продуктовом магазине в центре города. Нина Владимировна довольно своеобразная женщина — это если в коротко. У неё свои бзики, но она меня очень любит.

Отца нет и никогда не было. В смысле он был, конечно, но это был тот единственный случай, когда мама его видела. Она познакомилась с ним на площади. Она сидела на лавочке и плакала, поскольку её бросил очередной ухажёр. А тут появился этот красавец по имени Михаил. Он её успокоил, потом сводил в кафе и на какие-то аттракционы. Мама позвала его к себе и когда они оба дошли до нужной кондиции, то случилось то, что дало мне жизнь.

На утро его и след простыл. Просто ушёл, не оставив никакой записки. Мама естественно поплакала, погоревала, но быстро оправилась и забыла. Но через девять месяцев появилась я. Когда она узнала, что беременна от Миши, то первой мыслью был аборт. Теоретически я её понимала, ведь я не желанный ребёнок, который родился в полной семье, где прибывает любовь и гармония, но с другой стороны это же моя жизнь и я даже представить не могла, что меня могло и не быть. Но мама почему-то решила меня оставить, хоть все её подруги (которые с ней и сейчас общаются) были против.

В общем жили мы не так плохо, как некоторые. Отца мне заменили дедушка и бабушка, которые помогли нам купить эту квартиру. Правда, они умерли четыре года назад с разницей в две недели, но они были моей настоящей семьёй. Мама так и не оставила попыток найти себе спутника жизни, поэтому я чаще всего оставалась у бабушки с дедушкой, пока мне не исполнилось восемнадцать и я не поставила матери ультиматум: или я или мужчина в доме. Мама, скрепя сердцем, выбрала меня. Но это решение было трудным не только для неё. Я всё детство воспитывала себя сама, не смотря ни на что, и у меня уже устоялись некоторые принципы. Я поставила табу на мужчин в доме, а это означало, что главой семьи должна стать я. И первым моим важным решением было устроиться на работу. Потом в университет. И уже на вторую работу. Просто дело в том, что мой дядя Дима — ректор души во мне не чает и любит, как собственную дочку. Мы с самого начала заключили с ним договор. По окончанию университета я в любом случае получу диплом, но я буду обязана посещать занятия и не прогуливать. То есть от меня требуется только визуальное присутствие и больше ничего. Зачёты я тоже просто сдаю: прихожу на экзамен, знаю — пять, не знаю — четыре. Всё, весь экзамен. Да, знаю, что это подло и нечестно, но кто в нашем мире играет по честному? Многие платят за оценки и никто их не осуждает, поскольку не знает. Вот и я не треплю языком. Как все хожу, пишу что-то в тетради, обсуждаю преподавателей, сдаю экзамены. И мне так удобно.

Моя первая работа — это бармен. В клубе "Посейдон" я работаю уже около двух лет, график меня тоже устраивает: два через один. Работать нужно с десяти вечера и до четырёх утра. Самое то для меня.

Вторая работа — это курьер. После нескольких зарплат я приобрела себе отличный скутер. Он практически ничем не отличается от спортивного мотоцикла, только в нём не больше ста лошадок. Но вид у него звериный, прямо монстр на колёсах. Работаю сразу после универа с четырёх часов и до девяти.

В общем маме я помогаю очень и очень хорошо, благодаря мне мы сделали евро ремонт в нашей двушке и купили новую мебель. Думаю, не каждый мужчина способен на такое.

Я потянулась и, открыв один глаз, посмотрела на часы. Почти девять. Я опять задремала? О, нужно вставать. Да, дядя Дима иногда разрешает мне приходить ко второй паре, поскольку он знает, что я работаю практически до утра.

Скинув с себя одеяло, на ощупь пошла в сторону ванной.

— Да что же это такое?! — прошипела я, ударившись мизинцем об косяк, — Я только встала!

Тихо ругаясь про себя и иногда хныкая (больно ударилась), добралась до ванной. Сразу всё скинула с себя и встала под тёплый душ. После ночной смены мне помогает только тёплый душ, поскольку сегодня я спала всего около пяти часов.

Постояв немного, вспомнила какие у меня сегодня пары. Так, на первую я уже опоздала, а вторая у меня высшая математика. В принципе я могу и там поспать, но Олег Денисович мне импонирует, как преподаватель и обижать его своим храпом мне бы не хотелось, поэтому придётся просыпаться.

Выключив воду, встала перед зеркалом и посмотрела на себя. Пришлось двумя руками поднять опущенные веки, а то узкая щелочка, которая называлась обзором мне не нравилась. Ну что я могу сказать? Я трансформер. Нет, не в смысле биологический робот или какой-то железный мутант, просто моя красота не настоящая. Волосы у меня обстрижены по плечи, окрашены в пепельно — белый цвет, плюс сделано ламинирование, чтобы волосы всегда были прямыми. Ресницы наращенные, брови нарисованные. Хотя, в последнее время я не пользуюсь карандашом для бровей, просто мне в салоне их аккуратно выщипали и я стараюсь поддерживать форму пинцетом. Над верхней губой с левой стороны пирсинг. Это моя так называемая родинка. Мне идёт, но это же ненастоящее. Маникюр тоже заслуживает отдельного внимания. Чёрный матовый лак на не очень длинных квадратных ногтях. Больше я в себе ничего не меняла. Даже грудь настоящая, своим вторым размером горжусь и пусть у школьниц больше, но под нож хирурга не лягу.

Иногда пользуюсь цветными линзами, просто свои серые глаза мне не очень нравятся, хотя говорят, что они у меня очень красивые.

Может, не краситься сегодня? Ну а что? У меня от усталости руки трясутся, я не способна на косметические шедевры. Зачем я в конце концов тратила деньги в салоне? Правильно, чтобы всегда выглядеть красиво! Мои длинные ресницы избавляют меня от использовании туши, а серёжка над губой отлично подчёркивает мою индивидуальность. Чёрт, но помадой я обязана воспользоваться.

Накинув, на голову полотенце, открыла шкафчик и достала свою красную матовую помаду и аккуратно накрасила губы. Естественно из-за трясущихся рук получилось криво и я, плюнув, всё смыла и покинула ванную. Ничего страшного и так сойдёт. Правда чаевых меньше дадут, ну и ладно, могу я сегодня побыть естественной?!

На кухне плюхнулась на стул и сделала несколько глотков кофе со сливками. Да, это должно мне помочь. Ещё сахару туда накидаю и точно проснусь.

Распаковала шоколадку и утрамбовала её за несколько минут. Да, это вредит фигуре, но не моей. Дело в том, что я до шестнадцати лет была полненькой. Надо мной подшучивали одноклассники, хотя ела я намного меньше своих одногодок — худышек. Я пыталась садиться на диету, но всё заканчивалось ночными срывами и я просто объедалась до икоты, а потом ненавидела себя за это.

Всё изменилось в десятом классе. У нас появился новый ученик в которого я втрескалась по уши, как и мои подружки. Он был таким красивым, высоким парнем, который отлично играл в футбол. Его звали Коля. Я как самый весёлый человек в классе (свою полноту я компенсировала сарказмом и шутками) приглянулась нашему новенькому. Я поверить не могла в своё счастье. Конечно, я действительно не была толстой, всего килограммов на пять — семь больше остальных, но я успокаивала себя тем, что я чуть выше девушек, ну и тем, что у меня просто кость тяжёлая. Но вот этот Коля начал со мной общаться, подшучивать надо мной, как-то задевать, в общем делал всё, чтобы я обратила на него внимание. А я, понимаете, была таким человеком, который просто не может без юмора. Вроде это нравилось и Коле, до одного случая. Две девчонки решили вызвать меня на откровенный разговор. И от них я узнала, что Коле я совершенно не нравлюсь, поскольку ему больше нравятся стройные девушки — брюнетки. А я с детства была огненно-рыжей по мимо того, что пухлой и щекастой. Это очень больно ранило меня. Я плакала, ела и бесилась. Естественно, что с Колей общаться я перестала, всё-таки у меня была гордость. А через неделю я узнала, что он встречается с девушкой из противоположного класса. Её звали Диана. Высокая, худая и с длинными тёмно-каштановыми волосами. Идеал для нашего Коленьки. А тогда, когда я смотрела, как они обнимаются и целуются при всех я дала себе клятву, что изменюсь и стану похожа на эту Диану.

Наступил май, выпускной. Все разъехались кто — куда. А я осталась в городе. Записалась в спортзал, в бассейн и на бокс. Я занималась каждый день по несколько часов, причём ела я очень — очень мало. Это было жуткое истощение, я за две недели сразу сбросила восемь кило. И я не была рада, поскольку обвисшая кожа не способствовала появлению любви к своему телу. Меня спас тренер по боксу. Он вправил мне мозги и взялся за моё питание. Он составил для меня специальный рацион. И через месяц, обвисшая кожа подтянулась, а в место жировых отложений были мышцы. О такой фигуре можно было только мечтать, поскольку именно это я и хотела видеть. Вот тогда, стоя в ванной перед зеркалом и рассматривая своё отражение, я кое-что поняла. Я не хочу быть похожа на ту анарексичную Диану. Я не должна кому-то подражать. Если я кому-то не нравлюсь, то это не повод убиваться, ведь нравиться всем невозможно.