«Надежда патриарха»

Моя улыбка погасла. Вряд ли я был таким человеком. «Господи, я сознательно произносил каждое слово ненависти в твой адрес. И по-прежнему так думаю. Ты снизошел до того, чтобы забрать Арлину и Дерека. Не говори мне, что Ты не мог этому воспрепятствовать, я лучше знаю. Я не могу этого простить, и никогда не смогу.

Я знаю, что, отрекшись от Тебя, не могу рассчитывать на мольбы к Тебе. Да и верю ли я в Тебя? Возможно, нет. Я обещал, что никогда больше не буду говорить с Тобой. И, конечно, не жду ответа. Я даже не надеюсь, что Ты слышишь меня, и знаю, что проклят. Но, как ты, несомненно, знаешь, я уже слишком стар, чтобы измениться. Поэтому я постоянно ловлю себя на том, что обращаюсь к Тебе – недоверчиво, неохотно, но с уважением. И все в порядке. Ты не должен меня слушать. Только я должен говорить…»

– Приближаемся к безопасной для сверхсветового режима зоне, сэр, – сказал пилот.

– Кристен, пожалуйста, координаты Константинии.

– Слушаюсь, сэр. – Ответ компьютера последовал незамедлительно. На экране высветились цифры.

– Мистер Ван Пэр? И вы, Рафаэль. – По моему приказу пилот и дежурный гардемарин тоже произвели вычисления.

– Результаты совпадают, сэр, до шестой цифры после запятой.

– Отлично. Введите их в комп.

– Координаты получены и поняты, капитан. – Голос компьютера звучал бодро.

– Спасибо. – Я взял трубку:

– Двигательный отсек, приготовиться к переходу в сверхсветовой режим.

– К переходу в сверхсветовой режим готовы.

Я с тоской посмотрел на уменьшающуюся на экранах Землю…

Филип зашел ко мне за три дня до отлета.

Он сделался еще более безрадостным, и в глазах его словно навеки поселилась боль. Я обнял сына, мягко поцеловал в обе щеки.

– Мне так жаль, – в который уже раз сказал я ему. – Я мог ее спасти.

– Нет. Ты забыл, что я присутствовал на всех заседаниях следственной комиссии. У меня в компе есть их доклад.

– Если бы я только…

– Папа, не тебе было спасать маму. Она делала то, что считала правильным.

– И Джаред…

– Не надо. Пожалуйста! – Он отмахнулся от моей недосказанной фразы. – Я еще не отошел от этого. Я не могу… – Он глубоко вздохнул. – Прости, я принимаю это слишком близко к сердцу. Но не думай, что я хоть на минуту решил, будто это твоя вина. – Сын несколько раз вздохнул, чтобы успокоиться. – Ты взял пакет?

– Он в холодильнике, – Самый ценный груз, запечатанный контейнер из Ферфилдской акушерской клиники. То, что осталось от Арлины на этой Земле. Доктор Джексон скоро имплантирует клетку молодой, здоровой женщине из каюты пятого уровня, с которой заключен весьма выгодный для нее договор на вынашивание плода.

Я дал клятву, и я ее сдержу. У нас с Арлиной появится ребенок. Я еще не выбрал пол, но подозреваю, что это будет девочка. Она станет продолжением своей матери. И таким, немного забавным, способом я хоть немного искуплю свою вину. Когда она вырастет, мне будет уже восьмой десяток – но что с того? Я придирчиво осмотрел в зеркале свое новое лицо без морщин. Все-таки лечение этими проклятыми энзимами не действовало по-настоящему. Однако впервые за много лет мое колено не болело.

«Я так тоскую по тебе, дорогая. Тоскую сейчас и буду тосковать вечно…»

– К переходу в сверхсветовой режим готовы, сэр.

– Через минуту.

Тогда, в моей каюте, Филип улыбнулся:

– У меня есть еще один подарок для тебя. Откроешь, когда я улечу на Землю. – Он протянул мне небольшую коробочку, довольно тяжелую.

– Спасибо тебе, сынок. Ты точно не хочешь отправиться с нами?

– У меня много дел. – Его глаза посерьезнели. – Эндрюс Бевин в растерянности после того, как Дэнил… – Он нахмурился. – А после принятия твоих новых законов у нас полно работы. Ты и представить не можешь. Папа, то, чему положил начало твой указ… Воссоздание природы так хорошо воспринято людьми. У Бернили есть план восстановления озонового слоя – он должен дать эффект. А щиты от солнца… И подъемники для горнолыжников восстанавливают! Ты сделал это, папа. Ты возродил Землю.

– Это сделаешь ты. Я только отдал распоряжение. Его голос звучал печально:

– Человек, который спас океаны, воздух, поля… – Он стоял, держа руки в карманах. С болью Фити промолвил:

– Я покажу тебе голографические изображения, но это не совсем то. Почему ты не можешь позволить себе все посмотреть?

– Я этого не заслужил.

– «Ты увидишь Землю перед тобой, но тебе не суждено ступить на Землю, которую я дал детям Израиля». – Его глаза заблестели.

– О, сынок. Я не пророк Моисей.

– Разве нет? – Он крепко меня обнял. – До свидания, папа. Благополучного полета и возвращения домой.

Теперь, через три дня, я на капитанском мостике распаковал подарок Филипа.

– О, нет! – Я обратил свой полный муки взор на гардемарина Спика. – Только не это.

– Что такое, сэр?

Старая, потертая, отцовская Библия. Та самая, которую я заучивал за нашим расшатанным столом в Кардиффе. Рядом неизменно стояла чашка с дымящимся чаем. Отец с суровым одобрением смотрел на меня…

Где нашел ее Фити? Вместе с другими вещами отца я оставил Библию Анни, когда покинул бывшую жену в Кардиффе. Сейчас ее нет в живых. Должно быть, Филип отыскал Эдди Босса, ее мужа, и забрал книгу у него. Я задумался: знал ли Эдди, что она окажется у меня.

Я открыл Библию наугад, прочитал фразу:

«Кого мне бояться? Господь сила моей жизни, так кого же мне бояться?»

«Ага. Нам надо будет поговорить об этом – Тебе и мне».

Между тем у меня оставался мой корабль. Мой мальчик Майкл и Тэд. И будущая дочь.

Моя долгая ссылка в космос.

И мой долг офицера…

– Двигательный отсек, вы готовы?

– Двигательный отсек готов.

Я устремил долгий, тоскующий взгляд на Землю. Палец мой опустился на панель управления:

– Сверхсветовая скорость!

Оглавление