«Двадцать лет счастья»

Виктор Квочка

Двадцать лет счастья

Первый межпланетный полет намечался на столетнюю годовщину полета в космос. Даже космический корабль назывался «Юрий Гагарин». Огромное пятикилометровое произведение искусства, иначе его и не назовешь. Конструктивно, это была решетчатая ферма. С одной стороны, которой находились атомные реакторы, ядерный реактивный двигатель, запасы рабочего вещества к нему. И все это на протяжении практически трех километров. Дальше по ходу стоял щит биологической защиты. Этакий зонтик. Еще полтора километра всего этого агрегата занимали различные научные приборы, оборудование обеспечения, посадочные модули и автоматические зонды. Для людей же оставался модуль длиной почти триста метров в самом носу, состоящий из центрального сегмента и шести цилиндрических жилых модулей. Они вращались вдоль продольной оси, создавая в жилых помещениях, которые находились на периферии, гравитацию примерно равную земной. Каждый из модулей был трехэтажным.

Самый внешний – жилой. Там находились каюты экипажа, столовые, тренажерные залы. Над ними, в самой широкой части цилиндров, находились гидропонные плантации. Еще выше различные лаборатории и склады. Все эти модули соединялись между собой по периметру и через четыре центральных блока «спиц».

Конечно, многие мечтали попасть в экипаж. Но критерий отбора был строгим, ведь полет должен быть очень длительным. Примерно двадцать лет. Поэтому одним из основных критериев было семейное положение. Холостяков не предвиделось. И хотя на борту могло свободно разместиться до ста пятидесяти человек, с учетом естественного увеличения, до трехсот, но, для первого полёта было принято решение ограничить экипаж из сорока человек.

Виктор Квочка

Двадцать лет счастья

Первый межпланетный полет намечался на столетнюю годовщину полета в космос. Даже космический корабль назывался «Юрий Гагарин». Огромное пятикилометровое произведение искусства, иначе его и не назовешь. Конструктивно, это была решетчатая ферма. С одной стороны, которой находились атомные реакторы, ядерный реактивный двигатель, запасы рабочего вещества к нему. И все это на протяжении практически трех километров. Дальше по ходу стоял щит биологической защиты. Этакий зонтик. Еще полтора километра всего этого агрегата занимали различные научные приборы, оборудование обеспечения, посадочные модули и автоматические зонды. Для людей же оставался модуль длиной почти триста метров в самом носу, состоящий из центрального сегмента и шести цилиндрических жилых модулей. Они вращались вдоль продольной оси, создавая в жилых помещениях, которые находились на периферии, гравитацию примерно равную земной. Каждый из модулей был трехэтажным.

Самый внешний – жилой. Там находились каюты экипажа, столовые, тренажерные залы. Над ними, в самой широкой части цилиндров, находились гидропонные плантации. Еще выше различные лаборатории и склады. Все эти модули соединялись между собой по периметру и через четыре центральных блока «спиц».

Конечно, многие мечтали попасть в экипаж. Но критерий отбора был строгим, ведь полет должен быть очень длительным. Примерно двадцать лет. Поэтому одним из основных критериев было семейное положение. Холостяков не предвиделось. И хотя на борту могло свободно разместиться до ста пятидесяти человек, с учетом естественного увеличения, до трехсот, но, для первого полёта было принято решение ограничить экипаж из сорока человек.