«В окно постучали (Фрагмент )»

П Шалый

В окно постучали

В окно постучали

В окно постучали. Стекло было толстым, звук слабым. Тук–туктук-туктуктук. Ещё раз: Тук–туктук-туктуктук. И ещё: Тук–туктук-туктуктук.

За иллюминатором мелькало быстрое и непонятное.

– Биолог, – позвал Командир, – погляди, кто это к нам морзянкой стучится? «ПРИВЕТ» барабанят. Или мне кажется?

– Неужели Карлсон или Птица-Говорун, – рассмеялся Биолог от велотренажёра. Но подлетел. На околоземной станции все порхают или ходят по потолку.

Никто из космонавтов-астронавтов и учи хикё-ши по плану в открытый космос не выходил, кто же это может быть?

– Ядри тебя налево, – выдохнул тихо Биолог, взглянув в иллюминатор. Вспомнились дед и сказки про домовых, леших и другую нечисть.

Как эхо, сквозь модули длинного стометрового чрева МКС – Международной космической станции, или по-другому ISS – International Space Station – пролетело гулкое недоумение:

– O my God! – и по-русски, – что это за лохматая рожа?

Случились оживление и полёты-передвижения.

– Что случилось? What happened? Кто? Nani ga okotta?

– Где коты, какие коты?

– Не neko, а inu.

– Monkey… Ham…

Переполох, какого на станции не бывало. Неразбериха. Все при деле, но планы исследований полетели к чёрту, работа прервалась.

Кто-то поплыл к Куполу, чтобы оглядеться и оценить то, что вызвало замешательство. Но хрустальный Купол смотрит на Землю, а помехи возникли на фоне звёзд.

Командир, как положено, был невозмутим. Повернул наружные видеокамеры. На мониторах мелькало что-то новое. Как помехи от солнечного ветра или магнитной бури. А в иллюминаторе – было непонятное, «такого не может быть».

– Сергей, у вас псина на Земле была? – вопрос Биологу.

– Дворянин, щенок щенков тех собачек, которые слетали в космос и вернулись живыми. Бекаром звать. На Земле остался. У нас и кошки были, и попугай, и рыбки, и улитки.

– Там не он, случайно? – усмехнулся Командир.

На экранах мониторов около МКС что-то или кто-то махал крыльями или ушами.

– Не может быть!

Тук–туктук-туктуктук, опять застучал морзянкой в иллюминатор отсека громадный красный попугай. За ним виднелась морда собачонки.

Астронавты и учи хикё-ши толпились у купола. Но в Купол больше двух человек не помещалось.

– Похоже, зверьё прилетело напомнить о себе – космических псах, котах, обезьянах, кроликах, мышах, морских свинках, улитках и других животинах. Без них не было бы и первого космонавта, – сказал Биолог.

В иллюминаторе мелькали шимпанзе, макаки, собаки, кролики, коты и другие мелкие животные, и птицы, и птенцы. Кто-то сел на модуль «Пирс», кто-то на призрачный модуль «Наука», кто-то перелетал со стальной фермы на крылья фотоэлементов, улитки подросли и ползли по всем конструкциям.

Меня, пограничного пса, как отслужившего своё пенсионера, привёз с заставы в свой дом мой пограничный вожатый Чуга. Соседом оказался старый пёс Буран. Мудрый и во многом непонятный. К нему частенько забегал самостоятельный Бекар. Государственная граница закончилась, начались другие грани и границы.

Бекар – зануда. Умненькая и шустрая помесь дворовой болонки и мелкой лайки. А, может, вариант какого-либо терьера и какого-нибудь болтливого попугая.

Бекар – белый, лохматый, но уши торчком, а хвост почти крючком. Он был другом Бурана. Я, бывший служака, увидел другой мир. Кобели дружат, суки дружат, какие-то новости в кино-мире, кинологическом, собачьем, какая-то история собачьих жизней. Не только гулять, жрать и кусать. В этой жизни, оказывается, существует что-то ещё, кроме повелительного наклонения, инстинктов и рефлексов.

Самая известная в мире собака была дворняжкой. А не овчаркой, ротвейлером или догом. Собаки, такие же разные как люди: большие и маленькие, умные и глупые, добрые и злые, хорошие и плохие, веселые и угрюмые, холерики и меланхолики, флегматики и сангвиники, альтруисты и жмоты – во всем диапазоне психических возможностей. Жадные и игривые лучше поддаются дрессировке. Кто кого приручил (прилапил) – люди собак или собаки людей – до сих пор неизвестно. И те и другие – социальные животные. По темпераментам и характерам они похожи, одинаково поддаются дрессуре. И была ли Лайка лайкой?

Экстерьер – это шаблон, под который подгоняют особь. Не обязательно это работоспособность. На соседней заставе служит чемпион округа. Тело длинное, задние ноги саблеобразно поставлены, серо-пыльный какой-то. Однажды встретились взглядом в питомнике отряда, промолчали и разошлись. Мудрость приходит с опытом, умом, а не с годами. Собаки думают не словами, а невербальными образами: визуальными, осязательными, звуковыми и нюхательными. Как живописцы, композиторы-музыканты, парфюмеры, кондитеры, сомелье и хорошие повара. В космос полетели неказистые дворняжки. Им не надо ничего доказывать.

Сегодня Бекар прибежал во двор к Бурану какой-то вздрюченный. Прискакал на трёх лапах. Вот кто злой и вредный на своих друзей. Мелкий. Пиявка. К счастью для Бекара нас разделял крепкий забор, а калитка между мной и Бекаром с Бураном была закрыта.

Хотя, злой для пса – не худшая характеристика.

Буран встал, зевнул и потянулся, помахивая чёрно-рыжим пером.

Бекар полизал лапу, немного успокоился и рассказал:

– Бегу себе, почту проверяю. Внезапно откуда-то появились ряженые. Так их называют приличные собаки и нормальные люди. Вначале они появлялись по одному, а сегодня шли по главной улице с «космонавтами» с планет Тартар, Ад или Преисподняя. Воюют против собак и своих. Как измельчали земные «космонавты», позорят героев космоса. Один ряженый клоун притравил злобного мордатого безухого пса на меня. Еле удрал переулками да огородами. Поэтому я сегодня злой, вредный и не в себе.

Хоть какое-то объяснение.

Бекар был вне себя оттого, что его так унизили в родном городе какие-то клоуны с нагайками. Сословие разбойников. Не дворяне-дворняжки, они с презрением относятся к учёным, писателям, художникам, музыкантам, городским мещанам, к заводским работникам, к крестьянам и вольным хлебопашцам. Раб мечтает о своих рабах, как говорили в Древнем Риме, а разбойник – о своей банде. Собака мечтает не о стае, а своей семье. Не человек, чай. Кому-то семьёй стали испытания.

Как понимаю, предки ряженых были вроде меня, пса-пограничника – пограничниками. Новые земли захватывали и границу охраняли. Землю сильно потом стали пахать, а вначале на земледелие и княжон всяких запрет был. Только грабить, убивать, волей и друг другом наслаждаться. Но те беспокойные времена атаманов-маркизов минули, а печаль о былых привилегиях осталась. В сословной иерархии какие-то снизу, касты неприкасаемых законом и феодализм возрождают.

Хотя мы не разбойничали и никого не грабили. Там, где я служил, в нашей деревне жили потомки молокан и сейчас кое-кто молокане, а в соседней деревне – там другая застава – живут потомки духоборов и духоборы. Не ругаются они почему-то.

Люди всегда куда-то стремились: за горы, за моря-океаны, бежали за границу, на Север, на Урал, за Урал, в Сибирь и дальше в леса, в тундру на восход, на Алтай, в Беловодье, в Шамбалу, на небо и выше неба.

Собаки не бежали, но оказались в космосе.

А на околоземной орбите, пока Бекар зализывал боль, нарушился распорядок работы, исследований и экспериментов.

Бекар успокоился и сказал:

– Я чего к вам бежал? Скоро праздник – День космонавтики, Юрьева ночь. Вот придумал.

Космические псы

Когда мы были людьми

мы были собакам

мы прилетели со звёзд

люди опять послали нас к звездам

мы вернулись на землю

первые суборбитальники Цыган и Дезик

взлетели 22 июля 1951 года

на высоту 87км 700м

и приземлились живыми

сохранённый для истории Цыган

в приёмной семье академика стал кусать

приходящих генералов адмиралов и маршалов

и ему за это ничего не было

Дезик продолжил полёты

и через неделю разбился вместе с напарницей Лисой

Белая (Маркиза) и Пестрая взлетели на космическую высоту

негоже француженок в космос выкидывать

поэтому Маркизе перед полетом имя сменили

приземлились и сразу скончались:

перегрузки оказались смертельны

Смелый летал с Рыжиком:

но второй раз Смелый решил не испытывать судьбу

и удрал далеко-далеко в степь

вместо него полетел щенок ЗИБ –

Запасной Исчезнувшего Бобика

Запасной Исследователь Без подготовки

ещё суборбитальные полёты совершали:

Кусачка, Козявка, Модница, Мишка, Чижик, Непутёвый, Рожок, Дамка (Димка), Малышка, Мильда, Снежинка, Бульба, Рита, Белянка, Пёстрая, Кнопка, Кнопка-2, Линда, Рыжая, Пальма, Пальма-2, Джойна, Модница, Отважная, Малёк, Пушок, Лиса-2, Сильва, Чайка, Лисичка, Альбина, Марсиана, Ласка…

и было их 58 собак-испытателей

бродячих собак

поднявшихся на космическую высоту

у Отважной было пять успешных полётов

Пальма погибла при третьем приземлении

было три претендентки на героический полёт:

Муха, Альбина и Лайка

впечатлительная Муха не дотронулась

до космической без запаха пищи

и поэтому не полетела

и осталась или живая

или погибла от стресса при испытании

Альбину пожалели:

она забеременела

Лайка – тебе забыли