«Скачай ту тёлку»

- Давай уже, не томи! – потребовал я. – Показывай свое творение.

- На самом деле, это фурор…

- Ты, наверное, не слышал пословицу «Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать»? Врубай давай.

- Ща, уже вот-вот… - пробормотал Квага. – Готово!

Он запустил приложение и откинулся на спинку кресла:

- Валяй, смотри.

Я сощурился, силясь разглядеть надписи на экране. Вставать из уютного кресла не хотелось.

- Это чего, типа, анкета? – осторожно спросил я.

- Именно. Надо ввести данные, выполнить поиск по профилю в соцсетях и, выбрав нужного тебе человека, скачать его.

- Что сделать? – не поверил ушам я.

- Скачать его, - терпеливо повторил Квага.

- Кого – его?

- Слушай, Герман, кончай тупить. Я и так всю ночь не спал, возился с программой.

- Не, ну я реально не пойму, что ты имеешь в виду!

- Что говорю, то и имею. С помощью этой программы мы сможем выдернуть сюда любого человека. Из любой точки земного шара.

Некоторое время я сидел, пытаясь до конца понять смысл сказанных Квагой слов, однако услышанное никак не укладывалось в голове. Мой друг с небывалой уверенностью заявлял, что может транспортировать человека. Живого. Откуда угодно – сюда, в нашу комнатку.

- А как ты вообще представляешь эту транспортировку? – спросил я наконец. – Мы ведь обычно выдергиваем то, что передают в данный момент. Но никто не передает живых людей.

- О том и речь, старик, - самодовольно хмыкнул рыжий гений. – Никто не передает людей. А ведь это, по сути, главная цель нуль-транспортировки – чтобы человек мог свободно перемещаться по миру.

- То, что ты предлагаешь сделать, скорее напоминает похищение, - заметил я. Кружка с коньяком, забытая, стояла на тумбочке. Я был слишком увлечен идеей Кваги, чтобы думать о пойле, пусть и дорогом.

- Ну, в данном конкретном случае, наверное, да, - неуверенно признал мой друг. – Но это ведь все ради науки, понимаешь? Инвестиция в будущее, типа. К тому же мы всегда сможем отправить его обратно – тем же самым способом, каким скачаем.

- Ну, если так, то ладно. Вот только до сих пор не пойму, как ты вообще это сделать собираешься? От меня ускользает суть.

- Фишка в новых «энтэшках», радиусных «вертушках», - сказал Квага. – Ты же их видел, верно?

- Ну это те, круглые, с охватом три метра?

- Именно, - кивнул мой друг. – Вот в ней-то я и отыскал слабое место, которое позволит нам самим начинать прием и переносить, что захотим.

- То есть речь идет о владельцах новой модели «нтэшки»? Ты их собираешься перемещать?

- Ну да. Так что я немного приврал, когда сказал, что мы можем перенести любого. Но ты удивишься, когда увидишь, сколько людей в мире уже приобрели себе «вертушку».

- И сколько же?

- Миллионы. Десятки миллионов. Я и сам не думал, что ее так быстро расхватают.

- Всему виной лень, - произнес я. – «Вертушка» с охватом четыре метра – это ведь вообще можно с дивана не вставать.

- Ну да, если вещь в радиусе, - согласился Квага. – Но только пользователи забывают, что они тоже находятся в зоне передачи. Что они могут транспортировать сами себя.

- А ты уверен, что с человеком все пройдет так же гладко, как с другими предметами? – осторожно поинтересовался я. – Организм ведь куда сложней стеклянной бутылки или конфетной обертки…

- Все получится, не сомневайся, - пообещал Квага. – Я высчитал необходимую скорость соединения. Чтобы успешно перенести человека, нам придется на полминуты занять весь канал.

- И ты, конечно же, уже придумал, как это сделать? – усмехнулся я, наперед зная ответ.

- Там буквально пять строчек кода, - презрительно поморщился рыжий гений. – Ничего сложного. Главное, чтобы копы нас не засекли. Все-таки это не коньяк тягать у старперов, сам понимаешь.

Я понимал. И оттого у меня, признаться, на душе было тревожно. Коньяк не побежит писать на тебя заявление в полицию. Коньяк не станут искать его родители и полиция. Но попробовать было чертовски интересно. Происходящее действительно больше напоминало не мелкое хулиганство, которым мы занимались последние три года, а, скорее, настоящий научный эксперимент.

По крайне мере, я упорно себя в этом убеждал.

- Ну что, приступим-с? – подмигнул мне Квага.

- Приступим, - кивнул я. – Только ты вслух читай пункты анкеты – мне с кресла не видно.

На заполнение мы потратили минут десять. Квага не стал вдаваться в детали и ограничился только основными, самыми важными, на его взгляд, параметрами. В итоге мы искали девушку, от двадцати до двадцати пяти, без вредных привычек, из России. На последнем настаивал лично я, Квага упирался, но, в конце концов, мне удалось его убедить.

- Ну вот что мы будем делать с американкой или, того хуже, китаянкой? – аргументировал я. – Нашей, русской девчонке мы, в случае чего, сумеем втолковать, что это розыгрыш и отправить ее обратно, а как ты расскажешь о своей программе какой-нибудь африканской девахе? Это же будет международный скандал!

- Черт с тобой, - сдался Квага. – Давай хотя бы русскую.

Он нажал кнопку «Поиск». На экране стали появляться имена. Набралось их около семи тысяч.

- Сузим поиск? – уточнил мой рыжий друг.

- Давай имя зададим? – предложил я.

- Имя? – задумчиво переспросил Квага. – Ну что ж, давай. Какое хочешь?

- Катя, - наугад брякнул я.

Он добавил имя и снова запустил поиск. Екатерин обнаружилось около шестисот.

- Кудряво живут девушки с именем Катя, - усмехнулся Квага. – Модель только недели две как вышла!

- Эти зажиточные девушки Кати… - пропел я на мотив популярного в сети хита.

- Ну все? Дальше тычем наугад? – Квага занес палец над клавишей «Enter» с таким важным видом, будто одно ее нажатие могло уничтожить весь мир.

Список мелькал по экрану, а курсор резво бежал вниз, подсвечивая то одну фамилию, то другую. Катя Богданова, Катя Василек, Катя Зинченко… Квага зажмурил глаза, шумно выдохнул и щелкнул левую клавишу.

Выбор пал на некую «Катю Ириску». Двадцать один год, Санкт-Петербург, без вредных привычек, блондинка. Фотография появилась и исчезла так быстро, что я толком не успел разглядеть нашу будущую гостью.

А в следующий миг уже началась передача. Открыв рты, мы с Квагой наблюдали, как из воздуха появляется наша Ириска. Сначала – ноги, длинные и стройные, потом – худенькое тело, острая девичья грудь, руки, шея и, наконец, голова. Оторопелый взгляд зеленых глаз перебежал с меня на Квагу, метнулся обратно. Поняв, что на ней нет одежды, Катя спешно закрылась от наших взоров руками. А передача тем временем продолжалась – загружались длинные пепельные волосы девушки.

Транспортер неожиданно зафырчал, словно дряхлый пес, больной пневмонией.

- Что происходит? – спросил я обеспокоенно.

Квага ожесточенно тарабанил пальцами по клавишам. Лоб его блестел от проступившего пота, а испуганный взгляд шарил по рабочему столу.

- Передача оборвалась, - прошептал мой рыжий друг, ожесточенно кликая по экрану.

* в переводе с франц. «Спасибо за пойло, козел!»

Я резко повернулся к Кате. Если передача не завершена, значит, девушка скачалась не полностью. То есть, по идее, в Санкт-Петербурге могла остаться ее селезенка, сердце или правая нога. Однако пока что Катя и не думала умирать: она стояла, тряслась от страха и часто дышала. Каких-то явных недочетов видно не было, и я решил, что нас с Квагой пронесло.

- Наверное, одежда не передалась, - осенило рыжего гения. – Вряд ли ведь она голая за компом сидела.

У меня словно камень с души свалился. Про одежду я как-то не подумал. Видимо, это потому, что до сегодняшнего дня мы ни разу не скачивали человека.

- Точно, - не скрывая облегчения, сказал я.

- Вы кто такие? – хриплым от волнения голосом поинтересовалась Катя.

Она смотрел на нас так, как, должно быть, смотрит на браконьеров пойманная в клетку лисица – с недоверием, испугом и долей обреченности. Такая без раздумий тяпнет тебя за палец, если сунешь его в клетку, и непременно сбежит при первой же возможности. Но, пока возможности нет, она будет сидеть, смотреть на тебя через прутья и молча ненавидеть.

- Не бойся, - мягко сказал я. – Мы всего лишь программисты, тестируем новую фичу.

- Вы на отца работаете, что ли? – спросила девушка, нахмурившись.

Мы с Квагой переглянулись.

- На отца? – переспросил я.

- Фамилии назовите ваши, - потребовала она тоном, не терпящим возражений.

- Какие фамилии? – оторопело пробормотал Квага.

- Ваши фамилии, - упрямо повторила девушка Катя, грозно глядя на моего рыжего друга.

- Зачем тебе они? – не понял я.

- Чтобы передать их отцу. Сами ему потом расскажете, что вы там за фичи тестируете! - процедила она.

- Да причем тут вообще твой отец? – спросил я оторопело.

Ее неожиданная дерзость была мне непонятна. Складывалось впечатление, что это не она у нас в берлоге оказалась, а мы к ней нагрянули.

- Мы не работаем на твоего отца, - терпеливо пояснил я, облокотившись на колени и исподлобья посмотрев Кате в лицо. – Мы вообще ни на кого не работаем, уяснила?

Она вздрогнула, словно очнулась ото сна.

- Не работаете? – пролепетала девушка.

Былая уверенность улетучилась, как ее и не было. Робость первых секунд вернулась к ней, и взгляд мигом уткнулся в пол. Она попросту растерялась.