«Джонни Мнемоник»

Уильям Гибсон

Джонни Мнемоник

Я сунул пушку в сумку «Адидас» и заложил четырьмя парами теннисных носков; это не мой стиль, но как раз то, что мне нужно, – если они думают, что ты работаешь грубо, будь техничным, если они думают, что ты работаешь технично, будь грубым. Я техничный малый, поэтому решил делать всё максимально грубо. В наши дни, впрочем, надо быть супертехничным профессионалом, чтобы подняться до грубого стиля. Мне пришлось выточить обе гильзы двенадцатого калибра из медной заготовки (на токарном станке) и потом вручную их зарядить; мне пришлось раздобыть древнюю микрофишу с инструкциями по изготовлению самодельных патронов; пришлось сконструировать рычажный пресс для впечатывания капсюлей – всё это очень непростые процедуры. Но я знаю, эти патроны сработают.

Встреча была назначена в Дроме на 23:00, однако я проехал в Трубе три остановки после ближайшей к нему платформы и обратный путь проделал пешком. Необходимая предосторожность.

Я взглянул на своё отражение в хроме кофейной будки. Острые европейские черты лица, ёжик тёмных жёстких волос. Девицы в парикмахерской «Под Бритвой» балдеют от Сони Мао, и всё сложнее удержать их от добавления к вашей причёске какого-то шикарного намёка на геройскую внешность. Возможно, это и не одурачит Ральфи Фэйса, но, по крайней мере, даст мне подобраться к его столику.

Дром – узкое помещение с баром по одну сторону и столиками по другую, где обитают сутенёры, сводники и богатый набор торгашей любой масти. Сегодня вечером вход сторожили Сёстры Магнетической Собаки, и мне совсем не улыбалось пытаться пробираться мимо них, если всё вдруг сорвётся. Они были двухметрового роста и худые, как борзые псины. Одна – чёрная, другая – белокожая, но, не считая этого, они были настолько одинаковы, насколько это может сделать пластическая хирургия. Уже много лет они были любовниками, а также плохим знаком в потасовке. Точно не знаю, кто из них раньше был мужчиной.