«Записки доктора Тихонина. Королева летучих мышей»

Галина Бек

Записки доктора Тихонина. Королева летучих мышей

Странный пациент

Осенним вечером 1988 года в двери приемного покоя психиатрической больницы постучался мужчина, находившийся в состоянии сильного, душевного волнения и говоривший на непонятном языке. В этот день Т.Т. (Тихон Алексеевич Тихонин), один из интернов больницы, был на ночном дежурстве и, именно к нему на осмотр попал незнакомец. Это был высокий, широкоплечий мужчина с черными, кудрявыми волосами. На вид ему было не больше тридцати лет. Черные, лихорадочно горящие глаза на бледном лице говорили о сильном, нервном потрясении. Возгласы мужчины, произносимые пронзительным и резким голосом, при приближении Т.Т. стали заметно тише. Приветливое выражение на спокойном лице Т.Т. произвели, казалось, умиротворяющее действие на незнакомца. Речь его стала более членораздельной. Он смотрел на Т.Т. с выражением мольбы и без умолка повторял:

– Conjuro te creature per eum qui te creavit in nomine Adonay oro estote mea petitioni. O, Deus, Ens magnus…(Заклинаю тебя творение, тем кто тебя создал, именем Адонаи, приди ко мне на помощь. О, боже, наш всемогущий…)

– Parlo Italiano? (Говорите по-итальянски?)

– Si, signore. ( Да, господин.)

Т.Т. посмотрел с улыбкой на пациента и начал разговаривать с ним на неплохом итальянском. В результате этой беседы Т.Т. выяснил, что иностранец не знает, каким образом, он полураздетый оказался в саду психиатрической больницы, в незнакомом ему городе и стране.

– Хорошо, предположим, что вы не знаете, как попали в Москву, но имя то у вас есть?

Галина Бек

Записки доктора Тихонина. Королева летучих мышей

Странный пациент

Осенним вечером 1988 года в двери приемного покоя психиатрической больницы постучался мужчина, находившийся в состоянии сильного, душевного волнения и говоривший на непонятном языке. В этот день Т.Т. (Тихон Алексеевич Тихонин), один из интернов больницы, был на ночном дежурстве и, именно к нему на осмотр попал незнакомец. Это был высокий, широкоплечий мужчина с черными, кудрявыми волосами. На вид ему было не больше тридцати лет. Черные, лихорадочно горящие глаза на бледном лице говорили о сильном, нервном потрясении. Возгласы мужчины, произносимые пронзительным и резким голосом, при приближении Т.Т. стали заметно тише. Приветливое выражение на спокойном лице Т.Т. произвели, казалось, умиротворяющее действие на незнакомца. Речь его стала более членораздельной. Он смотрел на Т.Т. с выражением мольбы и без умолка повторял:

– Conjuro te creature per eum qui te creavit in nomine Adonay oro estote mea petitioni. O, Deus, Ens magnus…(Заклинаю тебя творение, тем кто тебя создал, именем Адонаи, приди ко мне на помощь. О, боже, наш всемогущий…)

– Parlo Italiano? (Говорите по-итальянски?)

– Si, signore. ( Да, господин.)

Т.Т. посмотрел с улыбкой на пациента и начал разговаривать с ним на неплохом итальянском. В результате этой беседы Т.Т. выяснил, что иностранец не знает, каким образом, он полураздетый оказался в саду психиатрической больницы, в незнакомом ему городе и стране.

– Хорошо, предположим, что вы не знаете, как попали в Москву, но имя то у вас есть?