«Янки в Вальхалле»

Эдмунд Гамильтон

Янки в Вальхалле

Янки в Вальхалле

Глава 1. Рунный ключ

— Кейт, твои подозрения оправдались, — возбужденно заорал мне Брай с передней палубы шхуны. — В этот раз мы вытянули что-то необычное.

Я непроизвольно вздрогнул, неожиданно испугавшись. Словно я заранее знал, что трал вытянет что-то, стоит его закинуть в этом месте ледяного арктического моря. Инстинкт заставил меня убедить Брая закинуть трал именно в этом месте, ничуть не отличавшемся от любого другого.

— Иду, Брай, — откликнулся я, пробираясь по палубе, загроможденной санями и клетками с рычащими собаками.

Наша шхуна «Петер Саул» — крепкий вспомогательный ледокол — стояла на якоре в море Линкольна, всего в четырех сотнях миль от Северного полюса. В сотне ярдах от нас простирались белые ледяные равнины — почти не исследованные пустыни Севера.

Когда мы прошлым вечером достигли пакового льда, я предложил Браю — океанографу испытать удачу. Тот вначале посмеялся над моими предчувствиями, а потом согласился.

— Да ты, Кейт, настоящий телепат, — объявил он. — Посмотрим, что принес трал.

В луже ледяной грязи лежал тяжелый, древний на вид, золотой цилиндр. На боку его был выгравирован ряд странных символов, ныне почти стертых временем.

— Что тут написано? — удивился я. — Что это за буквы?

— Это — буквы нашего языка, — ответил мне Хелсен, огромный, бородатый норвежский матрос.

— Чепуха, — отмахнулся я. — Я хорошо знаю норвежский. Это другой язык.

— Ни один из моих соотечественников сейчас не использует такой алфавит, — согласился Хелсен. — Но в древности в Норвегии для письма использовали руны. Я видел точно такие же руны на старых камнях в музее в Осло.

— Норвежские руны, — с удивлением пробормотал я себе под нос. — Тогда эта штука должна быть чертовски древней.

— Покажем ее Дубману, — предложил Брай. — Он уж точно скажет.

Когда мы вошли, Дубман, раздражительный маленький археолог экспедиции, с досадой оторвался от коллекции эскимосских наконечников стрел. Скривившись, взял он цилиндр, а потом с удивлением уставился на него. Неожиданно глаза его за толстыми стеклами очков заблестели.

— Древняя Норвегия! — воскликнул он. — Эти руны очень древние. А вообще, что это за штуковина?

— Может быть, надпись подскажет? — поинтересовался я.

— Посмотрим, что тут написано, — пробормотал Дубман.

С помощью увеличительного стекла он начал изучать символы, выгравированные на золотом цилиндре. Мы — Брай и я — ждали. В эти минуты меня охватило странное напряжение. Я никак не мог понять, почему эта вещь вызывает во мне такие чувства. Нет, определенно в ней было что-то странное. Вчера упрямый внутренний голос нашептал мне: «Уговори Брая бросить здесь трал». И с первого же раза трал вытянул золотой цилиндр, который, должно быть, столетия покоился на дне морском.

— Вот и все! — воскликнул Дубман, подняв голову. — Все верно, это штуковина очень древняя… Древнее, чем известное нам руническое письмо. Перевод надписи почти ничего не дал. Послушайте:

Мурашки побежали у меня по спине. И я подумал: как же зловеще должен звучать оригинал, если перевод вызывает у меня такие чувства? Но я тут же попытался взять себя в руки.

— Что это за чепуха про асов и Локи? — спросил я.

— Асы — древние норвежские боги, вечно молодые и могущественные. Они живут в удивительном городе Асгарде, и правил ими Один. Локи же восстал против них. Кроме двух его любимцев — чудовищного волка Фенрира и огромного змея Мидгарда, к Локи присоединились етуны-гиганты, враги богов. Но, в конце концов, богам удалось сковать Локи, его волка и змея. Однако существует предсказание, что, если Локи разрушит свои оковы, случится Рагнарек, и асы погибнут. «Но Рагнарек случиться, возвратись я…» — процитировал он. — Похоже, это тот самый ключ, с помощью которого заперли Локи и его домашних любимцев. Возможно, какой-нибудь почитатель древних норвежских мифов станет использовать его как доказательство, объявив, что произошло кораблекрушение и ключ был утерян в море.

— Я не из таких, — объявил Брай. — А ты, Кейт? Что заставило тебя попросить меня бросить трал именно в этом месте?

Я взял в руки золотой цилиндр и почувствовал, как волна дрожи прокатилась по моему телу. Словно что-то уговаривало меня бросить этот цилиндр назад в море. Но я не послушался, потому что другой голос нашептывал мне бережно хранить рунный ключ.

— Могу я оставить его себе на несколько дней, чтобы изучить поподробнее? — неожиданно спросил я. — Я буду с ним бережно обращаться.

— Не знал, что ты, Мастерс, в глубине души археолог, — с удивлением проговорил Дубман. — Но раз ты нашел эту штуковину, то можешь хранить ее у себя. Только не потеряй ее, иначе я с тебя шкуру сдеру.

Я продел нить через маленькое колечко на одном конце цилиндра и повесил его на шею. Он приятно холодил кожу, но я все время ощущал угрозу, настойчивое предупреждение, что…

Естественно, я попытался убедить себя в том, что все это ерунда. С другой стороны, к своим тридцати годам я приучил себя к тому, чтобы при необходимости подвергать сомнению даже непреложные истины. К тому же, несмотря на мое недюжее телосложение, я обладал осторожным скептицизмом, присущим моим шотландским предкам. Так или иначе, но как ученый я не верил в сверхъестественное. Как и многие из моих коллег-физиков, я верил, что в мире существует еще много сил, оставшихся неисследованными. Когда же человек окончательно познает окружающую его Вселенную, в мире не останется места для сверхъестественного…

В последующие дни я работал за двоих, помогая сгрузить на лед меленький ракетоплан и готовя его для моего первого разведывательного полета на север. Но даже интенсивная физическая работа не могла помочь мне забыть зловещую холодную силу рунного ключа, скрытого под рубашкой.

Угроза казалась мне намного сильней, когда я вечерами стоял на палубе. Над головой пульсировало северное сияние — мерцающие полосы и прямоугольники неземного света. В их лучах океан становился то зеленым, то фиолетовым, то алым. Ледяной ветер, словно безумный музыкант, бренчал натянутыми канатами, и мачты скрипели, вторя ему низкими голосами.

А рунный ключ мучил меня, напоминая о себе при каждом прикосновении. Что-то побуждало меня сорвать его с шеи и бросить назад в ледяную воду. Один раз я даже ухватился за него, потянул, пытаясь разорвать нить. Но что-то заставило меня отказаться от этой мысли. Через мгновение я совершенно успокоился, застегнул рубашку, мысленно проклиная себя и называя дураком. Почему я хотел уничтожить эту вещь — потенциально важную для науки находку? Внутренне я осознавал, что требования рунного ключа сильнее моих собственных желаний.

— Все это можно объяснить с научной точки зрения, — убеждал я сам себя. — Мы получим научное объяснение всему этому, когда начнем изучать цилиндр на большой земле.

Как мог маленький золотой цилиндр воздействовать на мой разум, указывая мне, что делать, словно я его слуга? Такие мысли наполняли мою душу страхом и сомнениями.

При всем моем скептицизме и научных познаниях я не мог ответить на эти вопросы. А они мучили меня, и я все время пытался придумать способ избежать воздействия проклятой вещицы…

Глава 2. Таинственная земля

В тот день выдалось ясное арктическое утро. Солнечные лучи сверкали на белоснежном пайковом льду, мирно вздымался серый океан, и лениво покачивался на волнах «Питер Саул». Я был готов совершить свой первый разведывательный полет на север. Доктор Джон Карал — шеф экспедиции — позвал меня.

— Мастерс, не улетайте слишком далеко, все-таки это — первый полет, и если погода ухудшится, сразу возвращайтесь.

— Метеорологи утверждали, что ближайшее время будет отличная погода, — уверенно ответил я. — Я отлично знаю Арктику…

— И все же было бы лучше, если бы вы оставили у меня этот рунный ключ, — крикнул мне вслед Дубман. — Ведь, если вы разобьетесь, я его потеряю.

В течение последних дней я все время думал о золотом цилиндре. Судя по моим измерениям, от него не исходило никакого излучения, хотя я мог и ошибиться. Я несколько раз проводил тестовые замеры, но так ничего и не обнаружил. Однако мысли о нем по-прежнему меня беспокоили. Иногда мне хотелось сорвать его с шеи и выбросить в море. И всякий раз что-то удерживало меня, не давая выбросить ключ. Сверхъестественные это были силы или нет, но они наверняка имели какое-то рациональное объяснение. Пытаясь разгадать эту тайну, я даже заглянул в книги Дубмана, посвященные старым норвежским миф. Асы, как говорили легенды, обитали в удивительном городе Асгарде[4], который отделяла от земли Мидгард[5] глубокая пропасть. Через нее перекинут удивительный мост-радуга. А вокруг Мидгарда лежали безжизненные, замерзшие земли Нифльхейма[6].

В главном зале Вальхаллы[7] царствуют Один — король асов, и его жена Фригг[8]. В других замках обитают другие боги и богини. Локи был одним из асов, пока не предал их. Потом он был заключен в темницу вместе со своими домашними любимцами — волком Фенриром и мидгарским змеем Ермунгандом. Прочитал я и о етунах[9] — гигантах, живущих во тьме Етунхейма и постоянно враждующих с асами. Существовали еще и карлики — альвы, обитающие в подземном Альвхейме. Хель — злобная богиня смерти обитала в подземном зале под городом етунов. Муспелльсхейм[10] — удивительное королевство, лежащее под Мидгардом.