«Не жизнь, а роман!»

Юлия Меллер

Не жизнь, а роман!

Пролог. Где-то на территории Франции

К зданию исследовательского института подъехала машина. Немного покрутившись на парковке в поисках свободного места, минивэн остановился, и из него вышла элегантная молодая женщина. Судя по её быстрым шагам и по напряженной спине, она была раздражена. Её невысокие каблучки, словно молоточки, отстукивали по каменному покрытию неприятное «цок-цок». Охранник на входе, узнав, к кому пришла эта интересная мадам, попросил её подождать в холле. Вскоре к ней спустился русский учёный Вячеслав Грушевич и, подхватив посетительницу под локоть, повёл её внутрь, махнув охране рукой.

Усиленная охрана в институте появилась только из-за работ этого русского. Он руководит каким-то засекреченным проектом и в его власти небрежно махнуть рукой и дать разрешение пройти любому. Охраннику было интересно, чем Грушевичу не угодила симпатичная дама, но они быстро скрылись в коридорах, и он тут же забыл о посетительнице.

— Зачем ты пришла? — недовольно, едва сдерживая злость, шипел руководитель проекта.

— Затем, Славик, что нам надо поговорить, — пытаясь сохранять спокойствие, твёрдо произнесла гостья.

— Дома этого сделать нельзя?

— Ты не ночуешь дома уже несколько дней.

— Я работаю!

— Слава, мы женаты семь лет, и так больше продолжаться не может.

— Ты опять? Сколько можно?

— Что значит «опять»? Последний раз мы серьёзно разговаривала с тобой четыре года назад, и ты пообещал, что всё будет хорошо. Я родила второго сына, но между нами ничего не изменилось. Тебе не нужна ни я, ни дети.

— Не говори глупостей! Я же не гуляю, а занят делом.

— А я годами вру мальчикам, что папа любит их.

— Я люблю их.

— Три дня назад у Саши был день рождения, а у Никиты в прошлом месяце, ты ни об одном не вспомнил.

— Ты могла бы напомнить.

— Посмотри в телефон, я даже подарок за тебя купила и оставила его в твоей машине, но ты не обратил внимания на мои звонки, а дома отмахивался и раздражался, когда я пыталась с тобой поговорить.

— Я занят. Я работаю! Ты хоть понимаешь, чем я занимаюсь?!

— Нет, ты никогда не рассказываешь о своей работе.

— Потому что ты ничего не поймёшь!

Собеседница зло посмотрела на него. Это он заставил её уйти из университета, и она отправилась за ним во Францию, на родину его далёкого-предалёкого предка.

Для кого-то из девушек это могло быть великолепным предложением, но Вячеслава такие простушечки не интересовали. Ему нужна была Катерина, дочь известного политика, со школьных лет воспитывавшаяся в духе «много знаний не бывает».

Перед ней были открыты все дороги, и тем слаще Славику было их все оборвать и увести её за собой, тогда ещё малоизвестному молодому дарованию. Она подходила ему во всём! Аристократичная внешность, спокойно-доброжелательный характер, знание пяти языков, умение подать себя в любом обществе. Пока он молод, она будет сидеть подле него, а потом он совершит открытие и с гордостью выведет её в свет! Он всё просчитал!

— Слава, я подала на развод, — выдернув локоть из его захвата и остановившись, сказала главное Катя.

— Что?! Как ты посмела? — он был шокирован.

— Да вот, как видишь, посмела, — чуть насмешливо ответила она и предпочла увеличить между ними дистанцию.

Катюша ожидала, что муж будет зол, но в его глазах мелькнуло что-то беспощадное, отчего холодок пробежал по спине.

— Я оставлю тебя с голой жопой! — совсем не благородно пригрозил он.

— Я заочно закончила университет и скоро выхожу на работу.

— Как? Когда? С-сука! Ты не получишь от меня ни цента и с детьми можешь попрощаться навсегда!

— Веди себя достойно, — одёрнула его Катя, — и не смей мне угрожать! Я не из нищей семьи, чтобы меня можно было шантажировать деньгами, а дети… всё решим по суду.

Она, сцепив зубы, глубоко вдохнула, из-за чего тонкие ноздри напряглись, придавая ей по птичьи хищноватое выражение лица.

— Не надо было мне приходить к тебе, но ты ведь не следишь за почтой, а нам с тобой завтра в суд.

Высокий, немного худощавый, но с отличной осанкой и по-своему привлекательным лицом, Вячеслав стоял, огорошенный известиями и хваткостью своей жены.

Где та девочка, что смотрела ему в рот и ловила каждый его взгляд? Он знал, что все женщины с годами становятся стервами, но она должна была стать ЕГО стервой! Отстаивать его интересы!

Вячеслав оценивающе окинул взглядом Катерину и, к сожалению, вынужден был констатировать, что упустил её. Можно попробовать обаять Катюшу и оставить беременной третьим ребёнком, но если она располнеет, то станет бесполезна в будущей светской жизни, а величайшее открытие, которое прославит его на века, уже почти свершилось.

Жаль! Как же все не вовремя!

— Катенька, — неожиданно улыбнулся он, — ну что мы как враги? Хочешь, я покажу тебе свою лабораторию?

— Зачем? Раньше я мечтала быть тебе помощницей, просила тебя поделиться своими заботами, а теперь…

— Ну, радость моя, не сердись! Я свалял дурака! Всё будет так, как ты захочешь!

— Слава, я выгорела и уже ничего не хочу. Я давно перестала быть женщиной, только материнство удерживает меня от резких и драматичных шагов.

— Малышка, пойдём, посмотришь, будет хоть что нашим мальчикам рассказать, — ворковал Вячеслав и был он в этот момент удивительно хорош собою. Раньше бы, Катя поддалась и счастливо прижалась к нему, но не сейчас. Однако, было бы неплохо сохранить хотя бы вежливые отношения, это пойдёт на пользу детям.

Грушевич вёл свою жену в сердце лаборатории. Сотрудники с удивлением смотрели на незнакомую женщину, которую сопровождал их начальник. Они строили различные предположения, но не останавливались, спеша по своим делам. Обед не долог, а шеф строг.

— Катюша, ты, наверное, слышала, что многие страны сейчас занимаются разработками по перемещению из точки А в точку Б, кто-то пытается сделал прокол в параллельные миры, кто-то экспериментирует со временем! — азартно произнёс Вячеслав, посмотрев на жену и оценивая какую реакцию вызывают его слова.

Катерина поняла, что муж ожидает привычной ему поддержки. Он тщеславен и любит, когда она замечает, как он хорошо водит машину, что он чистоплотен, что если он ест дома, то всегда убирает тарелку в посудомойку. Для неё было непросто доставить ему подобное удовольствие. О работе он не рассказывал, ремонтом по дому не занимался, с семьёй уже много лет никуда не ездил, в постели… кажется, уже скоро будет год, как между ними что-то было, но она по привычке соблюдала этот ритуал похвалы, лишь бы сынишки увидели его довольную улыбку.

— Слава, знаешь, у нас с тобой замечательные дети, но ты никогда не говорил о них с таким энтузиазмом, вдохновением, как сейчас о работе. Сашка и Никитка растут быстро, а ты пропускаешь мимо ту беззаветную любовь, что они могут дать в этом возрасте.

Ему не понравилось, что Катя снова заговорила о детях.

— Так значит, ты всё решила окончательно? — создавалось впечатление, что это он только что решил что-то окончательно, руша его идеальную жизнь.

— Да, Вячеслав.

— И ты увезёшь сыновей в Россию? — он даже не спрашивал, а констатировал, вспоминая все прошлые претензии Кати.

— Да. Им пригодится любовь бабушки с дедушкой.

— А моей матери тебе мало? — уже теряя интерес и заранее зная, что жена ответит.

— Этэри Альбертовна — замечательная женщина, но полностью подчинена твоему отцу, а его раздражают «вопли малолетних сорванцов», — Катерина повторила то, что не раз уже говорила, но если Слава задал вопрос, то на него надо отвечать, чтобы не сердить его. Это уже привычка и не время бунтовать.

— Катюш, подойди, хоть посмотри установку, — обезоруживающе мягко попросил Вячеслав.

Она взглянула на него с сожалением. Амбиции, вполне возможно, что оправданные; властный бесчувственный свёкор, воспитывающий свою копию из сына — всё это сделало из умнейшего интеллигентного Славика неприятного, холодного, безразличного к близким человека, но иногда кажется, что если бы он захотел, то… ах, нет, в том-то и дело, что его абсолютно всё устраивает.

Катерина прошла в святая святых мужа, дала себя подвести к расположенному посреди зала огороженному пространству. Там на полу кругами шли какие-то вставки, а ограждение выполнено из какого-то странного металла. В тишине всё казалось декорациями к фантастическому фильму.

Вячеслав что-то увлечённо колдовал на панели управления и вставки на полу приобретали более яркий цвет. Часть ограды отъехало в сторону, приглашая войти внутрь.

— Ну что, нравится? — с каким-то ожесточением спросил он, позабыв о доброжелательности.

— Что это? Телепорт, машина времени или звёздные врата? — усмехнулась Катюша.

— А вот это тебе предстоит узнать самой, — и он с силой втолкнул её внутрь.

Катерина не удержалась и упала, больно ударившись. Ограждение позади сомкнулось, а муж, с улыбкой превосходящего её во всем человека, демонстративно нажал на смешную крупную красную кнопку.

Вокруг всё загудело, Катя, не обращая внимания на боль в колене, бросилась к двери, но металлическое ограждение оказалось подвижным и словно барабан стиральной машины начало раскручиваться вокруг неё, и уже невозможно было понять, во что нужно колотить, чтобы вырваться на свободу.