«Обмануть смерть»

Несколько встречных раненых с готовностью указали путь после оказанной им легкой помощи, поскольку еще в состоянии были говорить. Кто мог, упрыгал самостоятельно либо к выходу, либо с остальными. Кое-кто без особого стеснения тащил вещи самого разного вида и качества. Драпировки, мелкие предметы, добытые бог знает где, вроде статуэток животных из слоновой кости и слишком уж похожего на реальный фаллоса. Очень может быть, что сделан по реальному образцу. Мерку сняли, и хорошо, если не отрезали для удобства. В борделе неплохо заплатят за такую занятную штуковину.

Обстановка, конечно, вокруг богатая. Помимо мозаики и фресок на стенах полированные деревянные панели, высокий потолок покрыт изумительной лепкой, резные канделябры. Драпировки из шелка немалой стоимости. Еще и странные деревца в кадках возле окон — то ли для красоты, то ли еще из каких соображений. Раньше как-то не доводилось бывать здесь, и подробности правильного разведения декоративных растений ускользнули от внимания.

Тут мои благостные размышления внезапно прервал кинувшийся из ниши полураздетый толстый тип, замахнувшийся длинным мечом. Я совершенно машинально убрался с линии удара и пырнул в живот ножом, моментально оказавшимся в руке. Глаза у мужика полезли из орбит, и, выронив клинок, он рухнул на колени.

— Ну что я тебе говорил? — вполголоса сказал один из «санитаров», отодвигая меня в сторону.

Стало досадно, очень захотелось попутно прирезать и его. Так неудачно продемонстрировать соглядатаям собственную реакцию! Но не выйдет. Второй вне досягаемости, причем сознательно, вон как держит руку на рукояти своей сабли. Кстати говоря, почему эти якобы пехотинцы — с саблями? Не с абордажными палашами и не с прямыми обоюдоострыми мечами? Люди Акбара, скорее всего.

— Надеюсь, этого перевязывать не станешь? — сказал «санитар», уже обращаясь ко мне.

— Не страдаю всепрощенчеством, — сухо бросил в ответ. — Хотя чего он выскочил, ума не приложу…

Взмах сабли — и голова со стуком покатилось в сторону. Тело словно слегка подумало — и потом мягко завалилось на бок.

— …нервы, что ли, не выдержали, — пробормотал бессмысленно.

— Идем, — потребовал старший. — Мы теряем время.

Шир фем Мунис

Он переступил через труп в зеленом мундире и небрежно сказал, обращаясь к своим парням:

— Здесь все ваше!

Отборные пехотинцы из его личного отряда взревели, рассыпаясь по палатам. В личных покоях императора было полно дорогущих вещиц. Если не спустят в ближайшие несколько дней на выпивку, каждому хватит даже небольшой части трофеев на безбедную старость. Ну, а у кого недостаточно ума, чтоб не пустить разом удачу на ветер, это уже его проблемы. Каждый здесь проверенный ветеран, побывавший неоднократно в реальном деле. Умелый вояка и одновременно гуляка. Зачем трофеи, если нельзя шикануть на публику и похвастаться?

Под его началом находился отдельный резервный отряд, в котором каждый мог сделать неплохую карьеру, оставшись в прежнем качестве в обычном полку. Большинство бывшие сержанты. Любой из них знал: командир его ценит, помнит, при случае прикроет и заплатит вдвое по сравнению с остальными. За это приходилось жертвовать кровью и беспрекословно исполнять приказания. В критических ситуациях они шли на смерть, однако и трофеи им доставались недурные. А нет, так Шир из своего кармана заплатит.

Фем Мунис посмотрел с долей иронии на мародерствующих подчиненных. Даже его верные псы заколебались в последний момент. Они выполнили бы приказ, но без особой охоты. Все же императорская семья. Пришлось лично зарубить и правящего монарха, и двух потенциальных наследников. Не то чтобы это напрягало, за много лет походов у него за спиной собрался добрый полк покойников, уложенных собственной рукой. И второй — женщин, детей и прочих неудачно подвернувшихся. На войне случается всякое. Иной раз в запале, по молодости или желая отомстить за погибших товарищей, такого наворотишь, потом самому противно.

Здесь было иное. Вполне сознательное истребление мужской части семьи. Не в первый раз происходила смена династии, случалось, летели и головы. Честно говоря, не ожидал. Думал, побегут прятаться, однако вечный пьяница нашел в себе силы и мужество встретить смерть достойно. А может, надеялся, что останется в прежнем качестве. Один визирь сменит другого, а он продолжит приятно проводить время. Вот и положил его без долгих разговоров. Бывают вещи, которые передоверять никому не стоит.

Вошедший в сопровождении парочки сержантов капитан Рэли бросил быстрый взгляд на погром, на пьяных от золота людей, поспешно набивающих карманы, и прямиком направился к командиру.

— Докладывай, — разрешил Шир, не тратя времени на ненужные реверансы.

— Фем Анджали прибыл с сопровождающими изъявить покорность. Ворота города открыты.

Командир гарнизона Карунаса примчался практически мгновенно. Какой шустрый. Он явно участвовал в заговоре. Не могли известия так быстро до него долететь, да и поклоны до выяснения обстановки бить рискованно. Намек Акбар всем дал внятный, но прямо ничего не обещал. Оно и понятно. Пошло бы что не так, Анджали бросился бы героически защищать столицу. А теперь ему и выбирать не из кого. Годрасы победили. Значит, поспешно удирать на корабли не придется. Удача на их стороне.

— Город наш, — сказал фем Мунис вслух с подобающей командиру безграничной уверенностью.

— Восставший народ, — с ясным взором, не позволив себе даже тени улыбочки, доложил подчиненный, — буквально разорвал виновников кровопролития во дворце.

— Конкретно!

— Достоверно известно о сорока двух убитых из списка. Кого на копья взяли, кто вздумал сопротивляться. С иными пока не ясно. Уйти вряд ли могли, дворец плотно окружен, но опознать сложно. Я привлек к этому делу главного церемонеймейстера и его команду.

— Женщины?

— Покои в женской половине взяты под охрану. Там никто не пострадал, — Рэли откровенно глянул через плечо командира. Даже ему было любопытно посмотреть на труп императора. Не часто такое случается. — Госпожа Зинави в полном здравии, проявляет любопытство и не особо боится. Жену и дочек, — он опять глянул на комнату, в которой валялся бывший повелитель, — тоже не трогали.

— Не уверен, что они нам нужны.

Даже в монастыре представляют собой потенциальную опасность. Всегда найдутся мечтающие через женитьбу легетимизировать права на престол. Это чревато.

— Приказ господина Ошидара был ясен и не допускал другого истолкования, — с постной миной произнес капитан.

«Вот именно, — подумал фем Мунис. — Может, у Годрасов есть какие-то дальние расчеты, или они собираются держать род под контролем, мне без разницы. Я общее решение выполнил, и Акбар его одобрил. Даже если потом кому-то вздумается откупиться моей головой, уж точно навечно попаду в хроники. А резать на глазах у будущей жены пусть и не особо обожаемых родичей несколько неудобно. Неизвестно, как отреагирует. Если потребуется удавить малолеток вкупе с мамашей — не великая сложность. Позже переместим их в крепость, а заодно проверим и приближенных».

— Мы выиграли? — спросил Рэли еле слышно. — Все закончилось?

— Пока нет. Есть еще Храм Солнца, и он не сказал своего слова.

— Коста с аголинами?

Полагаю, их тоже приговорили. Только даже среди своих об этом распространяться не стоит. Предательство союзника не относится к числу добродетелей у поклонников Воина.

— И Марван с Легионом и восточными кланами, — сказал вслух. — Очень многое зависит от исхода встречи войск. По срокам плюс-минус пара дней. Мы не зря торопились.

Офицер понимающе кивнул.

— Дальше действуем согласно прежнему плану. Над крепостью гвардейцев вывешен флаг Годрасов. Уходим туда. Сидим и тянем время. Большая политика на Джаде. Наша задача перебраться за стены и ждать известий. Флот блокирует подвоз продовольствия с моря.

— Куда они денутся, Карунас через три дня начнет испытывать нехватку продовольствия.

— Ты это знаешь, я это знаю, и все же могут пойти на принцип, опасаясь конфискаций и казней. Как дело повернется, не известно никому. Даже если вся чернь сдохнет, не от них зависит решение. Переговоры с Анджали и Храмом не наше дело. На то есть племянник Акбара, и у него соответствующие инструкции. Мы просто руки, — он машинально положил ладонь на рукоять меча. Вышло даже без намерения достаточно отчетливо и с солидным намеком. — Все, я иду к Ошидару, будем выводить людей из дворца. Здесь защищаться крайне неудобно. Мышеловка.

— Оторвать парней от грабежа будет непросто.

— Что? — удивился фем Мунис. — Ты командир или кисейная барышня? Каждого, не выполнившего приказ, убивать на месте!

Глава 2

Суд народа

— Танжура!

— Добуна Танжура!

— Давай Танжура! — гудел народ на улице.

— Под топор Танжура!

Толпа, состоящая не только из оборванцев, но и из прилично одетых людей, ревела у высокой ограды прекрасного особняка, словно море в бурю. Выбраться из скопища простонародья, куда он угодил случайно, не представлялось возможным. С окрестных улиц продолжали прибывать возбужденные до крайности горожане. Пытаться протолкнуться в противоположном направлении было не только неудобно, но еще и опасно. Неминуемо обнаружатся желающие выяснить, почему он хочет уйти и не является ли доверенным лицом фема, а то и приближенным ненавистного вельможи, стремящимся избежать справедливого возмездия.