«Настоящий князь»

Марина Аницкая

Настоящий князь

О себе: Студентка, живу в городе Чите. Нежно обожаю Профессора, Стругацких, Ричарда Баха, Enya и Blind Gardian. С радостью отвечу на письма, в особенности от земляков (у кого-то в моем городе есть сходные вкусы, «МФ» уже в середине месяца не достать!)

— Ты твердо решился на эту затею? Ты решил создать двойника?

— Он будет иллюзией.

— Все в мире — иллюзия.

— Ты должен определиться. Либо все в мире — иллюзия, и тогда твое вмешательство не имеет смысла. Либо все происходящее — реально, и тогда то, что ты хочешь сделать, обречено на неудачу.

— Я так не думаю. Стране нужен настоящий правитель. Ты поможешь мне?

— Ты уверен, что сможешь воспитать князя?

— Ты тоже.

— Ты не прав, и я докажу тебе это. Я исполню твою просьбу.

Я стою возле обширного, темного стола, заваленного листами — бумага, пергамент, папирус, шелк с прихотливо выведенными на нем картами звездного неба… Из высокого окна падает яркий свет, и солнечные лучи безжалостно освещают мои чертежи — все исправления, кляксы, каракули, но, что хуже всего, мою ошибку, которую я так и не смог найти. Я потратил много сил на составление гороскопа, я не раз перепроверял мудреные формулы — но все бесполезно. Мне не удалось узнать свою судьбу.

Мой учитель и опекун, маг Васуда перебирает принесенные ему на проверку расчеты, и, как всегда, я не могу ничего прочитать по его смуглому лицу и темным глазам, прячущимся глубоко под нависшими густыми бровями. Наконец он отрывает взор от листа.

— Да, — говорит он. — Ты все сделал верно.

— Но это значит… — Он смеется надо мной? Говорить с учителем — все равно, что фехтовать с ним. Никогда не знаешь, когда он сделает ложный выпад.

— Это значит, — он медленно поднимается и идет к окну. Его белая мантия в лучах солнца выглядит величественно. — Это значит, что твоя судьба не определена. И вот почему, — он бросает на меня быстрый, мрачный взгляд. Еще не так давно мне хотелось бы спрятаться от такого взгляда. Мне и сейчас неуютно.

— В свое время был создан двойник юного князя Тануры, сына Магахари, сына Шатары. Целью была власть, как ты сам, наверное, понимаешь. Двойник существует и сейчас, как показывают звезды.

— Он опасен?

Еще один пронизывающий взгляд.

— Тебе? Нет. Стоит двойнику посмотреть в глаза тому, с кого он создан, он исчезнет. Иллюзия рассеется.

— Заговорщики хотели подменить меня?

— Да. Но потом идея заговора угасла. Сейчас твой «близнец» мирно живет в какой-нибудь тихой дыре. Вы с ним можете никогда не встретиться.

— Мне не нравится мысль, что где-то в этой стране существует мой двойник. Я хочу посмотреть ему в глаза. Я хочу знать свою судьбу.

Васуда внимательно смотрит на меня, вздернув правую бровь.

— В таком случае тебе придется отправиться к нему лично. И тайно. Я думаю, ты понимаешь, почему не стоит давать приказ стражникам арестовать его. Не стоит подавать таких примеров.

Я выехал один, на рассвете. Меня не хватятся — все привыкли к моим причудам, и еще больше — к причудам Васуды. Он правит страной, и будет править еще два года — до моего совершеннолетия. Если честно — я не то чтобы очень жду этого дня.

Васуда дал мне карту и объяснил, куда ехать. Гораздо легче с помощью магии найти то, что есть, чем гадать о том, что только произойдет.

Я некоторое время еду по людному тракту, но при первой же возможности сворачиваю на небольшую дорогу, отходящую от него. Я думаю о том, как хорошо иногда побыть одному. Без придворной знати, которая только и знает, что сплетничать и бросать на ветер добытые двадцатью поколениями предков драгоценности. Без интриганов, которые норовят добиться для себя почестей и богатства. Без Васуды, сам вид которого молчаливо говорит: «Ты должен!». Ты должен фехтовать на уровне лучших мечей княжества, ты должен плести заклинания на уровне придворных магов, ты должен разбираться в хитросплетениях государственных интересов на уровне посланников других царств… И если тебе трудно — ты не должен показывать этого.

Единственное «не должен» в длинном-длинном списке моих обязанностей.

Я не спорю. Многие еще помнят междоусобицу, унесшую моих родителей, пожары и кровь по всей стране. Правитель не может пренебрегать своим долгом. Это кончается слишком страшно.

Мой путь лежит не так уж и далеко — три дня пути, деревенька у подножия гор. В таких поселках живут крестьяне, пасущие свой скот в долине, йоги, ищущие просветления в отрешении от всего сущего, мелкие ремесленники, торговцы… Двойники правящей династии.

Интересно, это первый такой случай или нет? Я пытаюсь вспомнить книжную премудрость, которой так щедро меня пичкали всю мою жизнь. Перед моими глазами встают страницы, исписанные аккуратно выведенными строками. Сильные маги иногда создают свои подобия для того, чтобы они помогали им в работе… Нет, это не то. Встреча с двойником в полнолуние на выходе из храма сулит смерть увидевшему… Нет, это тоже не то. Во всяком случае, месяц только-только народился, и внезапная гибель мне не грозит. Рабы полюсов… Так-так. Как гласит легенда, на свете существуют люди, связанные тайными узами, любое изменение в душе одного из них немедленно отражается в душе другого… Короче говоря, если у меня сегодня радость, то у близнеца — горе горькое. Такие двойники повторяют друг друга в зеркальном отражении — значит, если у меня есть недостаток, то у него будет соответствующее достоинство?

Подходящая идея для заговорщиков. Если они считают, что молодые аристократы порочны (не без этого, конечно, не без этого), а сам юный князь, развращенный с детства, — я усмехнулся — самый гнусный тип в этом вертепе, то тогда их двойник окажется просто кладезем всех добродетелей! Причем даже без особых усилий с их стороны.

Я прислушался к себе. Никакой особой гнусности — равно как и просветленности — я в себе не ощущал.

Говорят, что сумма пороков постоянна — как только ты преодолеваешь один, как немедленно возникает другой. Нда, неудивительно, что заговор не состоялся.

Интересно, мой «близнец» знает о моем существовании?

Наверняка.

Интересно, а подготовился ли он к этой встрече? Я бы не хотел, чтобы кто-то приехал ко мне, посмотрел в глаза и положил конец моему существованию, хотя бы и призрачному… Хотя вряд ли бы нормальный князь тайно потащился бы в захолустье искать невесть кого. Я достаточно хорошо знаю историю, чтобы не сомневаться в этом. Почему Васуда настоял, чтобы я поехал один — и сам? Гораздо проще было бы вызвать этого человека (а человека ли?) в столицу. Он, конечно, прав — нельзя арестовывать ни с того, ни с сего ни в чем неповинного крестьянина, или кто он там. Народ должен доверять князю — иначе… Ни одно войско не сможет справиться с восстанием в горах.

Но можно было бы как-то объяснить… В конце концов, он же знал о заговоре? Значит, двойник не так уж и невиновен. Значит, причина иная.

Какая? Появление двойника может вызвать смуту — и тогда недовольные, которые есть всегда, могут попытаться склонить чашу весов в свою сторону.

Но ведь двойник исчезнет, поглядев в глаза тому, кого он изображает. Значит, тогда стоило бы прежде всего тихо убить наследника (то есть меня… Неприятная мысль.), а потом объявить, что занимавший трон был самозванцем, и предъявить якобы настоящего князя. Или двойник должен исчезнуть после смерти «оригинала»?

В таком случае, мне следовало бы сидеть у себя в опочивальне, под бдительным надзором многочисленной стражи.

Но я еду один по сельской дороге, и вокруг — ни души… Я не очень-то хороший маг, но, пожалуй, в первую двадцатку ведунов княжества все-таки вхожу. Двадцатым. Этого немного — но достаточно, чтобы я мог не опасаться чьей-то случайной волшбы на дорогах. А направленной, умышленной атаки я не боюсь. Княжество мое мало, и тем, кто мог бы причинить мне вред, не интересна моя небольшая, затерянная в глуши страна.

Это хорошо. История всегда пишется кровью — и у меня нет никакого желания входить в легенды.

Итак, Васуда допустил (более того — настоял) на том, чтобы я поехал один. Значит, мне ничего не угрожает — если бы мой опекун хотел захватить власть, он сделал бы это шестнадцать лет назад. Именно благодаря ему сейчас меня называют молодым князем. Значит… Значит… Мысли мои не могут сдвинуться с места, как повозка, увязшая в канаве после дождя. Я вздыхаю и в попытке отвлечься рассеянно обвожу взглядом окрестности. Вечереет. По обе стороны от дороги поднимаются тонкие колонны стволов. Тихо. Я еще раз оглядываюсь — на этот раз мысленно. Если прямо сейчас свернуть, то рядом есть хорошая полянка с бегущим по ней ручьем. След костра — тут не раз ночевали путники. Ну что же, подойдет она и мне.

Днем я перекусил на постоялом дворе на обочине большого тракта, и сейчас мне не хочется разводить костер. Я привязываю своего коня, Омута, достаю из сумки лепешку и ужинаю, запив водой из ручья. Я заворачиваюсь в плащ, и смотрю в небо. Мне снится хоровод из созвездий, вокруг одной, самой яркой и неподвижной из них. Она светится холодным зеленым огнем и молчит, когда я спрашиваю о том, что мне предначертано.

Я просыпаюсь от утренней свежести, забравшейся мне под плащ. Роса… Роса везде, под самым первым лучом она переливается цветами, каких никогда не будет и на картинах самых лучших художников, прежде чем испариться под взглядом солнца.

Солнце, солнце, разве капля росы — это твой двойник?

Я выезжаю на дорогу. Еще два дня пути. Еще много времени для размышлений…