«Изгнанники Эвитана»

  Пряный запах темноты,

  Леса горькая купель,

  Медвежонок звался ты,

  Вырос - вышел лютый зверь:

  Выпей - может, выйдет толк,

  Обретешь свое добро,

  Был волчонок, станет волк,

  Ветер, кровь и серебро.

  Хэлависа.

  Пролог.

  1

  - Что ж, Ваша светлость. - Мэтр Лорэ, один из лучших художников Эвитана, сейчас серьезен как никогда. - Вне всякого сомнения, на обоих портретах - одна и та же дама. Ваша бабушка.

  - Портреты - день и ночь, - герцог удивленно взглянул на собеседника. - Судя по картине в мидантийской раме - бабушка была редкой красавицей. А вот полотно слева...

  - Совершенно другая школа. Общее одно: ваша бабушка, вне всяких сомнений, была очень привлекательной дамой. И, осмелюсь сказать, это отразили оба портрета, - почтительно склонил голову художник.

  Одно и то же лицо... только женщины - абсолютно разные. Наряд и драгоценности значат немало, но не изменят души. А между этими дамами - ничего общего, кроме имени.

  С роскошного портрета кисти самого Алиэ Готта надменно и холодно улыбается молодая красавица. Когда-то в детстве герцог не отличал ее от десятков других. Бесчисленные портреты Гербовой Галереи если чем друг с другом и схожи - то именно выражением лиц.

  Пятьдесят лет минуло, триста ли пятьдесят? Всё те же истинные аристократы - в своем высокомерном величии. Скучные люди, потратившие жизнь на то, чтобы не уронить чести предков.

  Бабушка... Как странно так называть не дожившую до рождения внуков.

  Алое, сильно декольтированное (мода той эпохи) платье. Блеск ледяных зеленых глаз, блеск бриллиантов в фамильном колье, блеск рубинов в высокой прическе. Правда, к таким глазам больше пошли бы изумруды, но...

  "Вне всякого сомнения" (как сказал некий весьма неплохой мастер кисти), дама - истинная аристократка. И по праву занимает достойное место в семейной галерее.